Мэллори
Шрифт:
Эффи смотрела на него напряженно, с преданным самоотречением собаки, которая видит возле себя кость, но не может ее достать.
— Месяц или два! О, нет, невозможно!..
— Точнее не скажу. Все зависит от того, когда у меня будут деньги.
Корридон произнес это с некоторым раздражением, очень недовольный собой. Сколько же может стоить подобная операция? Сто фунтов, двести? Он не имел об этом ни малейшего понятия. Надо быть сумасшедшим, чтобы дать такое обещание! Но слово вылетело, теперь уже не откажешься…
Эффи заметила нотку досады в его голосе.
— Вам самому нужны деньги. А мне не к спеху, поверьте… С вашей стороны очень любезно предложить такую помощь, —
— Ладно, ладно, поглядим, — ответил Корридон. И неожиданно почувствовал радость. Он действительно в силах ей помочь, хоть как-то отблагодарить ее за молитвы. — Пошли, проводишь меня наверх. Об этом поговорим в другой раз.
Довольная тем, что Корридон улыбнулся, девушка проворно взбежала по лестнице. Корридон поднимался медленнее.
«Я в лепешку разобьюсь, — думал он, — но сдержу обещание. Она этого стоит».
— Сюда, — сказала Эффи, открывая дверь.
Комната была маленькая и темная. Корридон тут же наткнулся на кровать.
— Не включай свет, — быстро предупредил он. — Мне надо кое-кого высмотреть.
— Кого? — с беспокойством спросила девушка.
— Вот это я и хочу узнать.
Из окна открывался вид на Фритч-стрит. Улицу освещал фонарь, но никого не было видно. Корридон, не шевелясь, стоял несколько минут, напряженно всматриваясь в ночной мрак.
— Они наверняка здесь, — проворчал он сквозь зубы.
Он открыл окно и высунул голову; на лицо стал капать холодный дождь. Ниже окна находилась покатая крыша.
— Что вы делаете? — вскричала Эффи, когда Корридон перекинул ногу через подоконник.
— Хочу посмотреть поближе.
— Но вы упадете! — Девушка схватила его за руку. — Не надо! Говорю вам, вы можете упасть!
— Ерунда! — нетерпеливо бросил Корридон. — Не беспокойся, я привык к таким упражнениям.
Одной рукой держась за подоконник, он стал скользить по выступу, пока не нашарил водосточную трубу. Эффи показалось, что он сейчас упадет. Не в силах наблюдать за ним, она отвернулась от окна и спрятала лицо. Корридон был поражен, увидев ее отчаяние.
Черепицы были мокрыми и скользкими. Если он поскользнется, если водосточная труба не выдержит его тяжести, он полетит вниз головой. Но мысль о смертельной опасности не остановила его; он просто не думал об этом. Корридон хотел добраться до кирпичной стены соседнего дома — оттуда будет видна вся улица.
Водосточная труба угрожающе затрещала, но он уже достиг цели. Взглянув вниз, Корридон убедился в правильности своего предположения: Фритч-стрит была как на ладони, и он стал методично осматривать каждую дверь, каждый закоулок, надеясь заметить какое-нибудь движение или огонек сигареты, которые могли бы выдать затаившихся преследователей.
Он долго оставался неподвижным, забыв про дождь и холод, но ничего не обнаружил. Ноги его окоченели, руки с трудом держались за трубу. Глаза Корридона привыкли к темноте и, наконец, его терпение было вознаграждено: в глубине одного из дверных проемов колыхнулся едва уловимый силуэт человека. Проехавшее мимо такси на секунду осветило невысокого мужчину в застегнутом до самого подбородка плаще и в черном берете военного образца, сдвинутом на бок.
Корридон ни минуты не сомневался, что это один из тех, кто целый день ходил за ним по пятам. Он никогда не видел этого человека и не знал, что заставляет его, несмотря на холод и дождь, часами караулить на улице. Но он был совершенно уверен, что его преследует не одиночка. Девушка, которую Крю приводил в клуб, скорее всего, тоже была членом этой шайки.
Карабкаясь назад в комнату Эффи, Корридон решил не обращить больше внимания на типа в черном берете. Объяснения загадки он добьется у Крю.
Глава 2
На
Он провел ночь в «Аметисте», устроившись в кресле и задрав ноги на стол, глухой к протестам Зани, который уговаривал его вернуться к себе домой. На заре он вновь вылез на крышу, но человека в черном берете не обнаружил. Из соображений безопасности Корридон покинул клуб, перемахнув через заднюю стену на боковую улочку. Он доехал на такси до Чаринг-Кросс-Роуд, зашел в парикмахерскую и побрился. Потом позавтракал в маленьком кафе, где просидел довольно долго, попивая кофе и перелистывая газеты. Мужчина в черном берете не появлялся. Наконец Корридон решил покинуть кафе и с час плутал по переулкам. Убедившись, что слежки нет, он направился к цели.
Четырехкомнатная квартира Крю находилась этажом выше табачной лавки на маленькой грязной улочке возле «Друри-Лейн» [3] . Чтобы попасть к нему, нужно было, пройти мимо двух вонючих мусорных ящиков, загораживавших вход, и подняться по лестнице до тускло освещенной площадки.
По тому, как Крю вел себя в лучших домах Уэст-Энда [4] , и как он одевался, его можно было принять за дипломата или за светило с Харли-стрит [5] — конечно, специалиста по женским болезням. У него был респектабельный вид, а говорил он с уверенностью светского льва, чем всех вводил в заблуждение. Его считали состоятельным человеком, однако все его богатство заключалось в располагающей внешности, аристократических манерах да в ловкости пальцев.
3
«Друри-Лейн»— лондонский музыкальный театр.
4
Уэст-Энд — западная фешенебельная часть Лондона.
5
Харли-стрит — улица в Лондоне, где находятся приемные ведущих частных врачей-консультантов.
Крю специализировался на карманных кражах, о чем не подозревал даже Корридон, знавший Уэст-Энд, как собственный кошелек. Крю безумно боялся полиции и возможного ареста, поэтому выбирал свои жертвы очень тщательно, удостоверившись сперва, что риск стоит того. Он мог украсть часы с руки собеседника, вытащить толстый бумажник, засунутый в карман пиджака под плащом, извлечь запонки из манжет — а его жертве и в голову бы не пришло, что это сделал он. Снять колье или брошку, открыть женскую сумочку и поживиться деньгами было для него детской забавой.
Когда Корридон подошел к квартире Крю, дождь уже кончился.
Робкие лучи солнца еще сильнее подчеркивали грязь и запустение улицы. Корридон был удивлен. В его представлении всегда элегантный, гладко выбритый и чуть надменный Крю просто не мог жить в такой дыре. Он даже остановился на минуту перед табачной лавкой, решив, что Зани дал ему неправильный адрес. Никто не обращал на него внимания. Вдоль тротуара выстроилась длинная вереница грузовых и легковых автомобилей.
Зани предупредил, что квартира находится над табачной лавкой, а других табачных лавок на улице не было. Увернувшись от человека, разгружавшего грузовичок, который шел прямо на него с мешком картофеля, Корридон поднялся на верхний этаж и прислушался, но гомон с улицы заглушал все шумы в доме.