Мелисандра

Холт Виктория

Он взял протянутую ему руку и прикоснулся к ней губами.

– Ваш покорный слуга, – произнес он.

Фенелла вскинула резко очерченные брови:

– Боюсь, что не имею удовольствия вас знать, сэр.

– Вы не знаете меня? Но я вас знаю. Как можно быть в Лондоне и не услышать о верховной жрице моды и красоты.

– Льстить вы умеете, – улыбнулась Фенелла. – А кто, скажите мне, вас сюда приглашал?

Он изобразил шутливое раскаяние:

– Неужели меня так быстро разоблачили?

– Вы можете сказать что-либо в свое оправдание?

– Незваному

гостю нечего сказать, кроме того, что, стремясь попасть в рай, он приготовился прорваться сквозь любые заслоны и преграды, которые ему попытаются поставить.

– Я вижу, – одобрительно кивнула Фенелла, – что вы, молодой человек, себя подать умеете. Как вас зовут?

– Холланд, – ответил он. – По-вашему, человек, навещая друзей своего отца, проявляет слишком большую дерзость? Мой батюшка был частым гостем в вашем замечательном доме.

– Брюс Холланд, – улыбнулась она.

Молодой человек поклонился:

– Я его сын… его единственный оставшийся в живых сын. Фермор Холланд, к вашим услугам.

Фенеллу это начинало развлекать. Ничто ей не было так по душе, как смелость. Похоже, ей была известна причина его посещения, и все же не терпелось проверить, верно ли ее предположение. Взгляд Фенеллы обратился к стройной фигуре в изумрудно-зеленом платье.

– Фермор Холланд… – медленно повторила она. – Мне кажется, вы недавно стали счастливым мужем.

Он поклонился в знак согласия.

– Вы пришли сюда с супругой?

– К сожалению, она не смогла меня сопровождать.

– Воспитание, несомненно, не позволило ей явиться без приглашения.

– Несомненно, – согласился он.

– Погодите-ка… она ведь дочь Чарльза Тревеннинга… другого моего знакомого, добрейшего корнуолльского эсквайра.

– Мы польщены тем, что вы проявляете к нам интерес, мэм.

– Мэм! – воскликнула она. – Так-то вы величаете королеву.

– О да, вы – королева, – согласился Фермор. – Все могущая, наипрекраснейшая королева Фенелла.

– Ах, какой вы льстец! Только не говорите, что явились сюда повидаться со мной.

– Но так оно и есть.

– А еще с кем?

– Кого же еще могут заметить глаза, ослепленные вашей непревзойденной красотой?

– Вы хотите возобновить знакомство с мисс Сент-Мартин?

Он широко раскрыл глаза и молчал, словно лишившись дара речи.

– Я вас не виню, – продолжила Фенелла. – Она очаровательна, но не для вас, друг мой. Сегодня можете у нас остаться, однако больше сюда не являйтесь, пока я не посоветуюсь с вашим тестем. Ну, теперь идите и помните: я вас не приглашала. Вы совершили непростительный поступок, явившись сюда без моего ведома. Вы для меня не существуете, и долго здесь оставаться не можете. Сдается, мне следовало бы запретить вам разговаривать с мадемуазель Сент-Мартин, но я знаю, что это бесполезно.

– Значит, я получаю ваше разрешение увидеться с ней?

Фенелла отвернулась:

– Я не желаю участвовать в этом. Вы пришли

сюда без моего приглашения. Вы, молодой человек, как я вижу, ни перед чем не остановитесь. Отец ваш был таким же. И только в память о нем я вас отсюда еще не выставила. Но предупреждаю: не задерживайтесь здесь!

Он склонился над ее рукой.

Фенелла проводила его пристальным взглядом блестящих глаз. Какой привлекательный молодой человек! Решительный… находчивый… обаятельный. Теперь таких мало осталось… теперь мужчины уже не те.

Увидев Фермора, Мелисанда возблагодарила Бога, что не одна. Рядом с ней находился молодой человек, развлекавший ее в тот вечер, а кроме того, Женевра со своим лордом и Люси с адвокатом.

– Похоже, вы привидение увидели, мадемуазель Сент-Мартин, – приветствовал ее Фермор.

– Я… я не ожидала вас здесь увидеть, – запинаясь, проговорила Мелисанда. – Представить себе не могла, что вы знакомы с мадам Кардинглей.

– Мой отец – ее старинный друг.

– Нас нужно представить, – громко, так, чтобы все слышали, прошептала Женевра.

Мелисанда сделала усилие, пытаясь совладать со своими эмоциями. Она испытывала одновременно радость, возбуждение и страх. В эту минуту она поняла, почему не стала встречаться с Леоном и требовать объяснений. Она была влюблена в Фермора.

Представляя подруг Фермору, Мелисанда заметила, что глаза Женевры блестят, Люси же, опустив веки, смотрела вниз.

– У меня такое впечатление, будто я давно вас знаю, – сказала Женевра. – Мелли про вас рассказы вала.

– Вдвойне польщен, – ответил он. – Приятно услышать, что о тебе помнят.

– Да, но вы не знаете, что именно нам сообщили о вас, – улыбнулась Женевра.

– Наверное, что-то хорошее, раз вы так рады меня видеть.

– А может, мне просто любопытно поглядеть, такой ли вы страшный, каким вас нарисовали. Тедди, – обратилась она к своему лорду, – готовьтесь: вы будете меня ревновать. Мистер Холланд мне нравится.

Люси и адвокат, Фрэнсис Грей, в свою очередь приветствовали его, и он ответил им так же вежливо и дружелюбно, как Женевре и Тедди, но по отношению к спутнику Мелисанды проявил видимую холодность.

– А Каролина… она здесь? – спросила Мелисанда.

– Она не смогла прийти.

– Как жаль! Может, в следующий раз?

– Как знать…

Он не мог оторвать от нее глаз. Ему казалось, что перед ним совсем другая Мелисанда, не та, которую он знал в Корнуолле. Она выглядела старше своих семнадцати лет, тогда как в Корнуолле, наоборот, казалась моложе. В атмосфере чувственной роскоши она представлялась ему более уязвимой.

Они являли собой великолепное зрелище – три юные девушки в нарядных платьях и четыре молодых человека в сшитых по последней моде фраках. Наблюдавшая за ними Фенелла, заметив напряжение, которое возникло между Мелисандой и Фермором, пожала плечами, думая: «Ах, ладно, скоро подыщу ей подходящего мужа».