Механикум
Шрифт:
— Время от времени, — признался Ро-Мю 31.
После такого ответа все на мгновение остолбенели.
— Ты шутишь? — спросил Какстон. — Скажи мне, что ты пошутил.
— Я механикум, — произнес Ро-Мю 31. — Мы никогда не шутим.
Далия взглянула в зеленые глаза протектора, и, хотя в них не было и следа человечности, в его электрических полях она обнаружила оттенок откровенного веселья. При виде застывшего выражения ужаса на лицах друзей она улыбнулась и отвернулась, не желая лишать Ро-Мю 31 удовольствия.
— Это… Это ужасно, — пробормотала
— Механикумы используют труд рабов?! — с отвращением воскликнул Какстон.
— Я был о тебе лучшего мнения, Ро-Мю Тридцать один, — сказал Зуше. — И об адепте Зете тоже.
Ро-Мю 31, посчитав, что возмущенное молчание продолжалось достаточно долго, угрожающе склонился над сидящими друзьями.
— Вот я вас и поймал, — сказал он.
После его слов возникла пауза, а затем напряжение в кабинке взорвалось истерическим хохотом.
— Это вовсе не смешно, — вымолвил Какстон, вытирая выступившие от смеха слезы.
— Конечно, — поддакнула Северина. — Ты не должен так поступать.
— Что? Разве я не могу пошутить? — спросил Ро-Мю 31.
— Мне кажется, их ошеломил твой поступок, — сказала Далия, отворачиваясь от окна. — Вряд ли кто-то видел, чтобы механикум старался быть смешным.
Ро-Мю 31 удовлетворенно кивнул.
— Даже если я и механикум, я все равно остаюсь человеком, — сказал он.
После этой сценки беспокойство, вызванное опустошенными городами, растаяло без следа и начался разговор, такой же оживленный, как в те времена, когда они все вместе трудились над первым образцом Чтеца Акаши.
Они снова ощутили возбуждение от длительного путешествия, и тогда Зуше при помощи механодендрита подключился к информационному порту кабинки и спроецировал на окно вид, передаваемый пикт-камерой, установленной на корпусе маглева. Они напряженно всматривались в простирающуюся на юге пустыню, а потом Зуше развернул изображение, и появилось темное пятно туч над Магмагородом, оставшимся позади в двух тысячах километров. По просьбе Какстона Зуше вернулся к виду перед маглевом, и перед ними появились серебристые линии рельсов, уходящих в горы.
Вдруг Далия заметила, что рельсы исчезают в окаймленном стальными балками темном проеме, который проходил под горой и вел к Мондус Гамма. Она невольно вскрикнула, схватила руку Какстона и крепко стиснула его пальцы. Надвигающаяся тьма проема вызвала у нее внезапный приступ ужаса.
— Что случилось? — спросил Какстон.
— Я не ожидала, что нам предстоит путешествовать сквозь тьму, — ответила она.
— Это же просто тоннель, — попытался успокоить ее Какстон. — Тебе не о чем беспокоиться.
Отряды генерал-фабрикатора прибыли за адептом Зетой через несколько часов после того, как маглев Далии подошел к тоннелю, соединявшему горную часть Фарсиды с плато Сирия. Тяжелый транспортный челнок появился с северо-запада и приземлился перед Магмагородом на дороге Тифона, и от пламени его двигателей почернело несколько украшавших ее мраморных статуй. Золотистое
На громоздком корабле не было никакого вооружения, но, как только он опустился на посадочные полозья, из аугмиттеров послышалась повторяющаяся тирада в бинарном коде, с требованием адепту Кориэли Зете явиться к генерал-фабрикатору.
Вызов был составлен в крайне повелительном тоне, так что игнорировать его было невозможно. Более того, корабль опустил аппарели, по которым стали выходить воины.
Из трюма на базальтовую мостовую вышли три сотни модифицированных скитариев и протекторов. В результате союза, заключенного генерал-фабрикатором с силами, освобожденными из древнего хранилища, эти когда-то славные солдаты превратились в искаженное подобие прежних воинов. Их тела закрывала шипастая броня, головы венчали рогатые шлемы, а руки-орудия источали неестественную мощь.
Протекторы изменились не меньше: мощные тела раздулись, а почерневшее оружие приняло другие формы, чтобы не только уничтожать противника, но еще и мучить его.
Под внимательными взглядами из-за бронированных орудийных гнезд и ракетных установок, хитроумно вмонтированных в стены кузницы Зеты, эти отвратительные убийцы построились в три когорты и промаршировали к Вратам Вулкана.
Позади них появился окруженный защитным полем паланкин, поддерживаемый высоченными звероподобными скитариями, с серой кожей и в колючей броне. Эти похожие на огров существа не могли быть получены только в результате генетического отбора и аугметации. Их огромные тела искрились, а вены под кожей пульсировали красноватым огнем, словно насыщенные внутренним электричеством.
В паланкине с надменным видом стояли посол Мельгатор и адепт Регул, оба в черных как сажа одеяниях и с наброшенными на головы капюшонами. Мельгатор держал в руке посох из черного дерева, увенчанный оскаленной волчьей головой, а у Регула посох был из слоновой кости, а наверху красовался череп из черного обсидиана.
Строй модифицированных солдат расступился перед ними, и Регул остановил паланкин в сотне метров перед воротами. Великолепные адамантиевые ворота Магмагорода, украшенные серебряными шестернями, золотыми орлами и молниями, начали медленно открываться.
Между расходящимися створками ворот вырвалась полоса света, и скитарии разразились воинственными тирадами скрапкода, а Регул, подняв руки, активировал встроенные аугмиттеры, и из них понесся стремительный поток лингва технис, беспорядочный и аритмичный. Череп на его посохе ярко вспыхивал в такт словам, и орудийные башни в стене начали одна за другой закрываться.
Свет города разошелся оранжевым полукругом, и лишь в центре осталась тонкая тень вышедшей из ворот женской фигуры.
Адепт Кориэль Зета окинула взором ряды воинов, а затем остановила полный отвращения взгляд на двух фигурах в паланкине, словно перед ней были зараженные чумой бродяги, просившие позволения войти в город.