Мэгги

Кэролайн Джуди

— Он совсем застоялся. Выезжайте на нем потихоньку и будьте особенно осторожны в самом начале, мистер Уитни.

Стэн провел коня вдоль конюшни к старому большому выгону. Вся съемочная группа собралась у ворот в предвкушении захватывающего зрелища. Стэн вывел коня из ворот, вскочил на него и галопом пустил по полям. Он его сдерживал только в самом начале, регулировал скорость, а потом отпустил его и позволил то, чего ждал конь: мчаться таким галопом, какого просила душа. А она просила полета, бури, смерча. Было очевидно, что эти дикие скачки нравятся и самому Стэну. Во всяком случае, в его посадке не чувствовалось ни страха, ни растерянности. Он подставлял лицо ветру и хохотал. Невольные

зрители слышали этот смех, и все были зачарованы этой демонической скачкой. Потом все увидели, как Стэн подхлестнул коня, побуждая его еще больше увеличить скорость. Он как будто навязывал коню свою волю, словно желая проверить, справится ли он с ней.

Наблюдавшая за скачками толпа примолкла. Летящий на ветру дуэт представлял собой сказочное зрелище. Светлые волосы наездника разлетелись за спиной и струились в большом контрасте с черной, вороной гривой и хвостом скакуна, летящего на просторе. Они слились воедино, наездник и арабское чудо. Но вот один из работников ранчо перемахнул через забор, чтобы остановить лихого наездника. Остальные затаили дыхание, а управляющий кричал, как будто Стэн мог его услышать. Но все их попытки были уже не нужны. Слишком поздно. В просторе полей затерялся ручеек, который невозможно было заметить сразу. Ручеек был узким, перемахнуть его можно было одним прыжком, если бы знать о его существовании. Но несмотря на его узость, он был достаточно глубок. И стоило лошади споткнуться у этого ручья, подскользнуться, как она упала бы в скалистое ущелье. Управляющий бежал к этому месту, взмахивая руками. Джон, он уже много лет работал со Стэном, заметил его жесты и тоже побежал туда. Они оба поняли, что там что-то неладное и хотели предотвратить несчастье, но в этот самый момент конь остановился как вкопанный. Он заметил ручеек впереди еще раньше, чем Стэн. И Стэн, не ожидавший такой резкой остановки, взлетел в воздухе с дикой, пугающей грациозностью, развевающимися волосами, распростертыми руками и исчез в полном безмолвии.

Как только друзья увидели, что случилось, они побежали к машине и помчались по полю к тому злополучному месту. Добежать до места несчастья было невозможно, оно находилось слишком далеко. Джон, он был за рулем, дико сигналил управляющему, который прыжками двигался к роковому месту. Они вместе поехали, шины застревали в гравии, и машина жутко подскакивала на кочках и ухабах, стоило им выехать в открытое поле. Управляющий издавал страшные утробные звуки, сменявшиеся бормотанием, как будто он молился всю дорогу.

— Что там за местность? — спросил Джон управляющего, не отрывая глаз от бездорожья, по которому они ехали.

— Ущелье, — ответил управляющий, затихнув на время, пытаясь угадать, что их ждет впереди. Он понимал, что они могут вообще ничего не найти, но через мгновение крикнул: «Стоп!» Джон послушался команды. Управляющий пошел, пробираясь сквозь траву по спускающейся под уклон местности к стоявшему и переступавшему на месте Серому Дьяволу. Сначала никто ничего не разглядел, а потом Джон заметил Стэна, в белой рубашке, почти сорванной с тела, с разодранными грудной клеткой, лицом и руками он едва поддавался опознанию. И только волосы были все те же, обрамлявшие то, что когда-то было красивым лицом, а сейчас разметавшиеся по земле. Стэн, разбитый, истекающий кровью, был пугающе неподвижен.

Джон первым подбежал к искалеченному телу Стэна и сейчас он, заново переживая свои впечатления от увиденного, не стал говорить Джастине, как он понял, что Стэна больше нет.

— Когда я подбежал к нему, он был уже мертв, — глухо сказал он, опустив голову на скрещенные руки.

Боль, сковавшая Джастину, передалась ребенку, и он забился у нее в животе, чутко

улавливая страшное душевное напряжение матери. Морщась от болезненных толчков, Джастина приложила ладони к животу, успокаивая малыша. Она подняла глаза и прямо перед собой на затененной стене увидела большую фотографию Стэна. Он чему-то смеялся, и лицо его было по-детски беззаботным. Начиная с вчерашнего вечера и весь сегодняшний день Джастина снова и снова должна была убеждать себя, что все случившееся — реальность, хотя в нее и трудно было поверить.

Вот и сейчас здесь собрались его друзья, которые были свидетелями его гибели, она стояла рядом с его гробом в Георгиевской комнате, а надежда, что весь этот кошмар разом исчезнет, все еще не покидала ее. Вот же он, веселый, жизнерадостный, здесь, на фотографии. Казалось, что сейчас он точно такой же появится на пороге и все изменится.

Джастина тяжело вздохнула:

— Мне пора. Спасибо.

К ней сразу же подскочило несколько человек, помогая подняться с кресла. Джастину до глубины души тронуло такое трепетное отношение. Потеряв Стэна, его друзья всю свою любовь к нему переключили на его ребенка. Стэн не ушел от них окончательно, он возродился в своем ребенке. И это чувство согревало всех его друзей.

— Я отвезу вас в отель, — сказала Кристина, и они пошли вниз в сопровождении мужчин. Кто-то из них шел впереди, придерживая Джастину на ступеньках.

На улице уже спустилась ночь, все небо было усыпано мерцающими звездами, и в воздухе стоял дурманящий аромат цветов. Джастина подумала о матери и Уго, которые, конечно, волнуются, не понимая, куда она могла деться. Но эта мысль только мелькнула у нее в голове и исчезла, сегодняшний вечер так много дал ей, ведь она практически до этого и не знала настоящего Стэна, не знала его друзей, его дома, его повседневной жизни. Сегодня она по-другому узнала Стэна, и он стал ей еще ближе.

Кристина остановила машину у отеля и, повернувшись к Джастине, взяла ее руки в свои. Джастина увидела в ее глазах такую же боль и страдание, какие испытывала сама и, наклонившись вперед, поцеловала Кристину в щеку.

— Спасибо, Кристина. — И, скорбно усмехнувшись, прибавила. — Он был бы счастлив, увидев, что мы поняли друг друга.

— И подружились… Я надеюсь, что это так. Джастина, я была бы счастлива, если это случится. — Кристина вглядывалась в глаза Джастины своими прекрасными темными глазами. — Я собиралась и раньше встретиться с вами, но не решалась, опасаясь, что вы не так меня поймете. Теперь я об этом жалею…

— Да. Мне рядом с вами легче пережить весь этот ужас, — призналась Джастина. — Спасибо, что вы подошли ко мне. Я бы не решилась сама это сделать.

— Я это знаю. Стэн говорил мне, что вы очень гордая и независимая. Впрочем, меня считают такой же, — улыбнулась Кристина. — Думаю, что такое сходство характеров не помешает нам стать друзьями.

Женщины расстались, договорившись увидеться еще и побыть вдвоем в студии Стэна.

Уго ждал Джастину в холле отеля. Он нервно ходил взад и вперед от двери бара к лифтам, обращая на себя внимание своим возбужденным состоянием. Увидев Джастину, Уго ринулся ей навстречу и вдруг на полпути остановился, хлопнув себя ладонью по лбу.

— Боже, Джас, я только сейчас догадался, где ты была… У него дома… Там еще кто-то был?

— Да, — кивнула Джастина, — его друзья.

— Ну пойдем, мама не спит, ждет тебя.

Мэгги встретила Джастину, не упрекнув ни словом, ни взглядом за ее долгое отсутствие. Она понимала состояние Джастины и решила не мешать ей пережить гибель любимого человека по-своему, без назойливого участия и утомительного внимания.

— Я пойду к себе, мама. Спокойной ночи.