Медуза
Шрифт:
– Сделаем, что сможем, – ответил Кэмпбелл.
– Специалист НУМА ищет на картах атолл, координаты которого нашли Трауты. Если она что-то найдет, я хотел бы попросить вертолет, чтобы проверить данные.
– Прикажу заправить вертолет и подготовить к вылету. Отправитесь, как только захотите.
Завала поблагодарил Кэмпбелла и отправился на главную палубу, в кладовую снабжения. Отложил аварийный спасательный плот и думал, какое дополнительное оборудование понадобится, когда послышался пронзительный телефонный звонок. Звонила Бет.
– Нашла! –
– Так быстро?
– Просто повезло. Нашла в Британском национальном архиве. Их материалы выложены в базе данных и систематизированы по периодам. Какой у вас электронный адрес?
Завала назвал адрес и, прежде чем повесить трубку, убедился, что у него записан личный телефон Бет. Надо будет пригласить ее на ужин.
Потом он прошел в центр связи корабля и набрал на компьютере свой электронный адрес, мгновение спустя на экране появилась карта, выпущенная британским Адмиралтейством в 1850 году. Он несколько мгновений разглядывал ее, особенно точку, обозначенную «остров Бедствия». Потом щелкнул мышкой. Появилась карта Тихого океана № 2683.
Завала разместил рядом более раннюю карту и более позднюю, правленую. Кружками на второй карте обозначались острова, убранные картографами Адмиралтейства. Остров Бедствия не был обведен кружком, но название исчезло и точка обозначала остров как атолл. В какой-то момент между 1850 и 1875 годами остров Бедствия превратился в атолл.
Завала позвонил специалисту НУМА по старым кораблям и узнал оценочную скорость полностью груженного китобойного судна. Потом откинулся на спинку стула, сплел пальцы за головой и поставил себя на место капитана такого китобоя.
Сун Ли говорила, что вирус убивал через нескольких дней после заражения. После выхода из Понпеи экипаж судна должен был хорошо себя чувствовать. Завала предположил, что судно шло под попутным ветром.
Он крестиком обозначил на карте к западу от Понпеи место, где «Принцесса» должна была оказаться в конце первого дня пути. На второй день лихорадка начала валить людей. Судно теряло время. Завала поставил другой крестик, показывая положение судна к исходу второго дня.
На третий день на борту китобоя воцарился хаос. Большинство матросов и офицеров не могли работать и были почти при смерти. Судно шло еще медленнее. Третий крестик он поставил ближе ко второму.
Хорошо, капитан Завала, едва не сказал он вслух, у тебя полный груз ценной ворвани, твои офицеры и экипаж умирают, а сам ты болен. Что бы ты сделал? Я бы хотел пристать к суше, подумал он. Не к Понпеи – там очаг болезни. И до него все равно не добраться.
Джо вызвал спутниковую карту, изображение интересующего его атолла. Мог ли безымянный атолл когда-то быть островом? Бет сказала, что на месте утонувшего острова может остаться атолл. Извержение или землетрясение заметили бы люди на соседних островах, но времени проверять исторические записи не было.
Он увеличил получаемое со спутника изображение искомой точки. Типичный тихоокеанский атолл: крошечный остров с несколькими пальмами,
Завала вызвал корабельный поисковый центр и получил подтверждение: самолеты пролетали над атоллом и осматривали его, но он показался слишком незначительным, чтобы проводить более серьезные исследования.
Несмотря на свои сомнения и эти досадные факты, Завала постоянно возвращался к названию – остров Бедствия. Кто-то назвал этот остров источником несчастья. Какого?
Он набрал сотовый номер Остина, но ответа не было. Глядя в пространство, он обдумывал дальнейшие действия. Он мог остаться на судне НУМА и бездельничать, дожидаясь, пока поисковая флотилия что-нибудь отыщет… или присоединиться к поискам, хорошо понимая, что, вероятно, зря тратит время и топливо.
Бездействие Завала ненавидел. Он взял трубку селекторной связи, позвонил на мостик и сказал капитану, что ему нужен вертолет, осмотреть атолл.
Матросы помогли ему принести со склада спасательный плот и погрузить его в вертолет. Завала сел в кабину и взялся за приборы управления. Через несколько мгновений вертолет поднялся с площадки, сделал круг над судном и полетел на север.
Пилот вел вертолет на высоте пятисот футов со скоростью сто пятьдесят миль в час. С высоты океан казался сине-зеленым, в солнечных бликах. Завала миновал несколько кораблей поисковой флотилии, но они осматривали другие участки. Блеск воды мешал ему увидеть атолл, пока он не оказался почти над ним.
Он накренил вертолет и посмотрел на песчаную полоску величиной с носовой платок, с несколькими пальмами на ней. Атолл выглядел точь-в-точь как на спутниковой карте. Убедившись, что в кольце рифов нет достаточно широкого прохода, чтобы пропустить какой-либо корабль, он снизился, чтобы приглядеться внимательнее, и мягко посадил вертолет на воду в нескольких сотнях футов от самого большого участка суши, который располагался не в центре лагуны, как обычно, а в конце.
Винты замерли, Завала отстегнулся и вышел на понтон. Стояла полная тишина, только волны шелестели о берег. Глядя вниз, в кристально чистую воду, он увидел бегущего по дну краба.
Вытащив из кабины плот – оранжевый пластиковый контейнер, он положил его на воду и дернул шнур. Негромко зашипела выходящая из капсулы двуокись углерода, и плот раздулся. Завала перебрался на плот и начал грести к берегу.
Он вытащил плот на ослепительно белый песок и обошел остров по периметру, чувствуя себя жертвой кораблекрушения, угодившей на один из крошечных пустынных островков, которые так любят изображать художники-комиксисты.
Тропическое солнце, словно паяльной лампой, жгло непокрытую голову. Он поискал спасения в тени редких пальм. И осмотрел окрестности, вбирая чуждую красоту атолла с его светом и цветами из иного мира.