Медуза
Шрифт:
– Рисуешься.
Она спрятала пистолет в кобуру на бедре и показала на часы. Они прошли к двери, сняв наушники. Охранница ждала за дверью, но Кейтлин сказала, что сама проводит Завалу до вестибюля, когда они окончат разговор.
– Пойдем пройдемся, – предложила она.
Они пошли по тенистой тропе, которая находилась совершенно в другом мире, вдали от звуков стрельбы и запаха пороха.
Кейтлин Лайонз была привлекательной женщиной лет тридцати, и, если бы она надела черный кожаный комбинезон с короткими рукавами, с пистолетом за поясом, могла бы сойти за участницу
– Неплохо стреляешь, Джо. Никогда не хотел поступить в ФБР?
– Как только у ФБР появится свой флот, – ответил Завала.
Кейтлин рассмеялась.
– Ты проявил большую смелость, подойдя ко мне, когда у меня в руке пистолет.
– Мне надо было испугаться?
– Ну, ты же знаешь, что говорят о брошенных женщинах…
Завала поморщился. За красивую внешность и скромное поведение его очень любили многие вашингтонские женщины. Он когда-то встречался с Кейтлин, но начинающийся роман прервал срочный отъезд по делам Группы особого реагирования. И вернулся к ней Завала только сегодня.
– Брошенная – некрасивое слово, Кейт. Я собирался с тобой связаться, закончив последнюю работу.
– Как тогда насчет обманутой? Покинутой в беде? Забытой? – Она увидела отчаяние на его лице. – Не волнуйся, Джо, – сказала она с улыбкой. – Я не сержусь на тебя за то, что ты сбежал ради очередного дела НУМА. Я коп. Я могла бы поступить так же. И вообще не искала чего-то постоянного. ФБР так же требовательно, как НУМА. К тому же, если ты мне понадобишься, достаточно включить телевизор и любоваться твоим красивым латиноамериканским лицом. Я смотрела погружение батисферы. Очень волнующе.
– Самую трогательную часть ты не видела.
Кейтлин вопросительно посмотрела на него. Джо показал на скамью у дороги. Они сели, и Завала рассказал ей о нападении на батисферу, о том, как их спас Остин, и о связи всего этого с компанией «Пирамида». Когда он умолк, она взяла его за руку и сжала.
– Ты скотина и обормот, Джо, но я была бы безутешна, если бы с тобой что-то случилось. – Она чмокнула его в щеку. – Ну-с, чем я могу помочь в расследовании этого преступления на дне океана? Как ты не раз говорил, я сухопутная крыса.
– А еще ты специалист по азиатским преступлениям, а я нет.
Завала описал треугольный знак, который Остин обнаружил на клешне, и рассказал о связи подводного робота, напавшего на батисферу, с рыболовной компанией, принадлежавшей «Пирамиде».
Кейтлин негромко присвистнула.
– «Пирамида». Худшая из худших. Если это так, то ты не мог найти более опасного противника. Вам с Куртом очень повезло, что вы остались в живых.
– Что ты знаешь о «Пирамиде»?
– Позволь тебе кое-что объяснить, – начала Кейтлин. – Моя работа – удерживать азиатскую преступность как можно дальше от берегов Штатов, а если что-то все-таки здесь происходит – распутывать. Это битва, в которой невозможно победить. Азиатские преступные организации в нашей стране существуют с 1900-х
– В тонгах родился термин «наемный убийца»?
– Наемные убийцы – это первоначально китайские бандиты, которые сражались друг с другом во время войн тонгов. Тонги начинались как социальные клубы, но превратились в банды. Они существуют до сих пор как часть обширной международной преступной организации, так называемые триады. Поэтому так интересен треугольник, который ты описал.
– Почему?
– Термин «триада» придуман англичанами, которые узнали, что символом китайских тайных обществ был треугольник.
Глаза Завалы сузились.
– Ты права. Это интересно.
– Треугольник символизирует единство неба, земли и человека, – продолжала Кейтлин. – Пирамида – знак их легальных операций. Но и легальные операции все равно связаны с рэкетом, убийствами, проституцией, наркотиками, ростовщичеством и отмыванием денег.
– Проторенная дорожка, – согласился Завала.
– Это также всемирная сеть банд, существующих в каждом городе. Названия банд начинаются со слова «призрак, призрачный»: «Призрачные дьяволы», «Призрачные тени», «Призрачные драконы». Понимаешь общую картину? Они выполняют грязную работу: устрашение, принуждение, убийства. И всегда готовы действовать немедленно.
– А легальная сторона?
– Криминальная деятельность – основа, но она эволюционировала в нетрадиционную организацию с иностранными отделениями и законным бизнесом: промышленность, недвижимость, кино, фармацевтика. И, как ты обнаружил, коммерческое рыболовство. Некоторые отделения производят загрязненные, опасные продукты питания.
– А у руководства «Пирамиды» есть человеческое лицо?
– Да; кстати, таких лиц три. Говорят, компанией руководят трое братьев.
– Необычная организация.
– Нет, если вспомнить размах этого предприятия. «Пирамида» – это целое государство. У нее огромные средства, целая армия бандитов, дипломатический корпус, взаимодействующий с китайским правительством, которое триада традиционно поддерживает. Банды «Пирамиды» есть во всех странах, и США не исключение. Это самая большая преступная организация в Китае и, вероятно, во всем мире.
– Но как с ней бороться? – спросил Завала.
– Очень и очень трудно. Азиатские преступные организации умны, богаты, гибки и мультиязычны. Развитие связи и транспорта раздвинуло пространство для их преступной деятельности до мирового масштаба. Мы затрудняем жизнь их уличным бандам и щиплем края их финансовой империи, но до сих пор они были для нас неприступны.
– А что изменилось?
– Они столкнулись с единственным врагом, который способен повредить им, – с китайским правительством. Правительство пытается вытеснить «Пирамиду» из бизнеса.
– Секунду, ты ведь только что сказала, что правительство поддерживает триаду?
– Исторически. В Китае существует обширная серая зона между законным и незаконным. Именно в ней всегда действовали триады. До сих пор правительство это допускало, потому что триады приносили доход, поддерживали порядок и всегда были настроены патриотично.