Медальон
Шрифт:
– - Ты наверняка устала?
– - заметив затянувшуюся паузу и немного потерянный взгляд девушки, Элиот решил взять все в свои руки.
– - Где ты остановилась? Я провожу тебя.
– - В старом доме, -- Кларисса смотрела куда-то в сторону. Ей совершенно не хотелось смотреть другу в глаза. Она не узнавала его.
– - В старом сгоревшем доме? Ты с ума сошла!
– - уверенность вернулась к Элиоту, когда он понял, что девушка совсем потерялась.
– - У меня есть небольшой домик, там всего пара комнат, я бываю там только когда...
– - он вдруг запнулся и отвел взгляд, но потом быстро продолжил.
– - Редко бываю там. Я жил там, пока
– - Не думаю, что эта хорошая идея, -- Клер нахмурилась.
– - Я не позволю остаться тебе в сгоревшем доме! Пойдем, пора выбираться отсюда. Тебя не должны заметить.
Элиот несколько минут метался по кабинету под недоумевающим взглядом Клариссы.
– - Вот!
– - он, наконец, остановился и извлек из ящика немного потрепанный коричневый плащ. Точно такой же Клер видела на людях в зале, когда только пришла.
– - Надень, и не поднимай голову.
Элиот накинул плащ на плечи девушке и потянулся за своим. А когда он обернулся, то увидел перед собой одного из тех, кого он видит каждый день: человека без лица, без имени. В этом плаще нельзя было понять кто под ним. Он был огромный и бесформенный, а капюшон оказался настолько большим, что совершенно мешал обзору.
– - Иди за мной. И помни. Не поднимай головы, -- попросил Элиот прежде чем открыть дверь.
– - Ничего не спрашивай, если увидишь кого-то кроме меня -- просто кивни.
Клер внимательно его выслушала и кивнула. Говорить ей совершенно не хотелось. Элиоту же хотелось провалиться еще глубже под землю, только бы не встречаться с разочарованным и потерянным взглядом подруги еще раз.
Он открыл дверь, и они направились в бескрайние коридоры. На самом деле никто не знал, как далеко и глубоко идут эти тоннели. Но доступную ордену часть Элиот знал лучше, чем свой собственный дом. Он провел здесь достаточно времени, чтобы выучить каждый поворот. Он запросто вывел подругу из подземелья. Но не тем ходом, по которому она пришла. После войны в черте города осталось много пустующих домов, к которым вели такие тоннели.
На поверхности давно рассвело. Жизнь кипела. Под землей не замечаешь, как проходит день.
– - Оставь плащ здесь, -- заговорил Элиот, указывая на гвоздь, вбитый в стену тоннеля.
Яркое полуденное солнце ослепляло, но привыкнуть к нему оказалось проще, чем к полной темноте.
Девушка шла позади своего друга и пыталась решить для себя насколько сильно он изменился, и насколько был честен с ней.
Клер очень удивилась, когда Элиот вывел ее на очень знакомую улицу, именно там стоял ее дом. Элиот остановился у одного из маленьких домиков с единственным окном и дверью. Он приподнял небольшой цветочный горшок с окна и взял в руки лежащий под ним ключ. Он с трудом вошел в замочную скважину, замком пользовались не часто. Сейчас девушке совершенно не верилось, что все это время ее друг был так близко.
Дверь открылась, и Элиот пригласил девушку внутрь. Клер зашла внутрь, лишь на секунду задержавшись на пороге. Дом оказался совсем небольшим, кухня и одна комнатка. Все было очень скромно, без излишеств. Было видно, что никто здесь не живет.
– - Это мой старый дом. Я жил здесь пока учился. Можешь не беспокоиться и жить здесь столько, сколько потребуется, -- Элиот подошел поближе к девушке и вложил в ее руку ключ.
Кларисса сжала ключ в руке и все же решила повернуться и посмотреть в глаза другу.
– -
– - Я один из членов ордена, известного здесь как "Белый лотос", -- боязливо оглянувшись, ответил Элиот.
Клер много слышала об этом ордене. И пока жила в Риене, и от Кристофера. Ничего хорошего в этих слухах и рассказах не было.
– - Я лучше пойду, -- Кларисса положила ключ на стол и попыталась выйти. Но Элиот поймал ее за руку.
– - Постой. Я должен объяснить, -- он выжидающе смотрел на девушку, он ждал, пока она перестанет вырываться и успокоится.
– - Я нахожусь на службе у короля. Его семья попросила меня выяснить, есть ли в этом ордене что-то, что может угрожать им.
Клер долго смотрела на друга. Она не могла понять, врет он или пытается выкрутиться.
– - Почему я тебе не верю?
– - спросила она, наконец освободив руку.
– - Прошу, мне незачем тебе врать.
Клер хотелось верить, но все это выглядело слишком странно.
– - Мне надо идти, у меня еще есть дела. Мы еще увидимся, -- Элиот ушел, аккуратно закрыв за собой дверь.
Только сейчас девушка смогла выдохнуть. Все это было слишком странно. Непонятные события клубились вокруг нее. А все ниточки подводили ее к медальону и ордену. Но самым невероятным сейчас оказалось появление Элиота. Каким-то странным образом он оказался замешан во всем этом.
Клер еще раз выдохнула и огляделась. Дом оказался неплох. Все аккуратно стояло на своих местах: стол и два самых обыкновенных стула под небольшим окошком рядом с дверью, маленькая пузатая ваза на столе пустовала. Кухня оказалась крошечной, она спряталась в самом дальнем левом углу. Кроме небольшого столика, шкафа и печки здесь ничего не было. А в оставшейся комнате была спальня. Узкая кровать и пустой платяной шкаф -- это все что там было. На всех предметах в доме лежал огромный слой пыли, он ясно давал понять, что дом пустует уже очень давно.
Это оказалось неплохим местом, чтобы начать жизнь с чистого листа, если бы не все тайны, что угрожали придти и разрушить все вновь. Та странная девушка нашла ее один раз, значит, сможет найти и сейчас. А женщина в подземелье. Она знает про отца больше чем сама Клер. Эта женщина уверена, что Байрон Готьер жив, иначе она не отправила бы... письмо! Клер совсем про него забыла. Она подскочила с места и побежала в старый дом за вещами, в которых и спрятала письмо. Она просто обязана узнать, что орден хочет от ее отца и как он с ним связан.
Кларисса быстро достигла своего дома. Оглянувшись, чтобы никто не заметил, что она туда ходит, она вошла внутрь. Все ее вещи лежали точно так же, как она их и оставила. Здесь было слишком темно, чтобы читать. Клер собрала все вещи и вышла на улицу, держа письмо в руках. Она сломала воск. Внутри лежал свернутый в несколько раз белоснежный лист бумаги. Пальцы девушки были в саже и сейчас, когда она разворачивала письмо, оставляли неприятные черные следы на бумаге.
Когда девушка развернула лист, то увидела несколько рядов ровных аккуратных строк, написанных алыми чернилами. Каждая буква была украшена множеством завитушек и не нужных линий. Сейчас из-за волнения и ветра сложно было разобраться во всем этом. Клер стояла и старалась вчитаться в первую строчку. Ее отвлекли несколько крупных капель, упавших на лист. Начинался дождь. Клер торопливо и неаккуратно свернула листок и со всех ног побежала в тот дом, что оставил ей Элиот. Письмо не успело промокнуть.