Мечтатели
Шрифт:
– Синьор! Извините! Не надо огня. Не надо огня! Мужчины оглянулись на одного из братьев Джанелли, бегущего к ним и размахивающего руками.
– О чем это он? – спросил Гарри.
В это же время потянул ветерок, пламя вспыхнуло и обожгло кончики пальцев Гарри.
– Не надо, синьор!
Гарри отбросил спичку. Она упала на шнур. Римская свечка воспламенилась первой, взлетев в воздух, обдав пламенем и запахом пороха обоих мужчин. На мгновение мир исчез для Франклина, замещенный полосой ревущего огня. Потом небо взорвалось, и он покатился по земле. Огненные шары и ракеты летали вокруг кирпичной
Франклин начал медленно ползти по направлению к кирпичной платформе на локтях и коленях. Его кончики пальцев нащупали что-то холодное и жесткое. Он схватил головку кувалды и потянул ее к себе. Теперь у него было оружие. Одним движение Франклин вскочил на ноги, держа кувалду высоко над головой и побежал по направлению к платформе, где ракеты все еще чертили небо.
С другой стороны посольства гости, сначала испуганные взрывом, теперь охали и ахали, когда фейерверки взрывались над головами. Находясь около посла, Мишель увидела, что он взглянул на часы и пробормотал, что будет черт знает что, если все это не кончится через 20 минут. Казалось, что все происходит самотеком, никакой организации не чувствовалось. Мишель искала глазами Франклина, потом, не видя ни его, ни Гарри, прошла сквозь толпу туда, где они с Франклином наблюдали приготовление фейерверка.
«Как ты могла быть такой дурой? Фейерверк! Как это могло отразиться на нем? Я оставила его с Гарри!»
Борясь с поднимающимся страхом, Мишель помчалась сквозь лабиринт заграждений, ее глаза испытали острую боль, когда она бросилась в едкий дым. Потом, также внезапно как и начался, фейерверк прекратился. Братья Джанелли осторожно двигались сквозь дым, заливая водой участки лужайки со сгоревшей травой. В конце платформы Мишель увидела Франклина на коленях, в руках он крепко держал кувалду, его голова запрокинулась назад, глаза наполнились слезами. Она подбежала к нему, и он повернул свое запачканное сажей лицо к ней.
– Я остановил их! – прошептал он хрипло, – их было сотни, но я их перебил…
Кувалда выпала из его рук, и Франклин повалился, всхлипывая. Мишель обернулась и увидела Гарри, стоящего около нее, его лицо, черное, как и у Франклина, его остекленевшие глаза.
– Что случилось? – спросила она.
– Произошел несчастный случай, – запинаясь, ответил Гарри. – Фейерверки выстрелили по ошибке. Франклин и я стояли около них… А потом он спятил.
– Помоги мне поднять его.
– Разве мы не вызовем доктора?
– Вызовем – позже.
Поддерживая Франклина за плечи, она наполовину вела, наполовину волокла его до стоянки машин. Мишель нашла своего шофера и усадила Франклина на заднее сиденье.
– Мы скоро будем дома, милый, – шептала она. – Все будет хорошо.
Франклин сжал ее руку.
– Я должен вернуться. Что-то надо делать, – он закрыл глаза, борясь с болью. – Делать что-нибудь… Не помню… Не помню…
Мишель осознала, что дверца машины все еще открыта.
– Иди
– Что говорить, если кто-нибудь спросит, что случилось?
Мишель бросила на него испепеляющий взгляд.
– Почему бы не сказать правду? Был несчастный случай. Франклин в шоке, и ты везешь его домой.
Мишель хлопнула дверью, обвила руками Франклина, пытаясь решить, что делать дальше. Инстинкт подсказывал: надо везти Франклина домой, где он будет в безопасности.
«Все, ради чего он работал, развалится вечером», – подумала она, вспомнив банкиров.
Мишель посмотрела на мужа. Его дыхание стало поверхностным и прерывистым, кожа была холодной на ощупь. Мишель укутала его одеялом и крепко держала.
В окно машины постучали.
– Притчард едет, – сказал Гарри тихо. – Он везет медсестру, на всякий случай. Потом хочет знать, все ли в порядке с Франклином.
«Надо решать; я могу поехать домой с Франклином, и вся работа, которую он делал, пропадет. Когда это случится, Роза потребует объяснения у меня, и с того времени наша жизнь превратится в ад. Или – я должна сделать то, что не может Франклин. Решай, Мишель!»
Мишель вышла из машины и вплотную подошла к Гарри.
– Я хочу, чтобы ты отвез его домой, – сказала она тихо. – Расскажи Притчарду, что случилось и оставайся с Франклином, пока я не вернусь.
– Ты не поедешь с ним?
– Я не могу объяснить сейчас. Я буду там, как только смогу.
Мишель схватила портфель Франклина, дала инструкции шоферу и поспешила в посольство.
Небольшая группа людей стояла вокруг руин кирпичной платформы, и старший Джанелли громко пересказывал катастрофу шефу протокольного отдела. Мишель обошла их и продолжила свой путь в посольство. Она задержалась около посольского секретаря, который затем провел ее в главный офис.
– Рад слышать, что с вашим мужем все в порядке, – сказал дипломат, поднимаясь на ноги. – Шок, да?
Мишель подарила ему самую обнадеживающую улыбку, на какую была способна.
– Франклин и мистер Тейлор оказались слишком близко около фейерверка. Они поехали домой переодеться.
– Значит, ваш муж не будет присутствовать на собрании, как запланировано?
– Нет, господин посол, но я буду. Глаза дипломата расширились.
– Простите, но вы уверены, что вы хотите сделать это?
– Да, – сказала Мишель твердо. Посол пожал плечами.
– Они ждут в конференц-зале.
Мишель возмутил его снисходительный тон, и она ступала нога в ногу с ним, когда они шли к сверкающим двойным дверям конференц-зала.
«Что я делаю?»
Отступать было уже поздно. Посол распахнул дверь и объявил:
– Джентльмены, – миссис Франклин Джефферсон. Их выражения были – от удивления до слабого любопытства, и изысканность их манер не смогла уменьшить ауру власти, окружавшую их. Эти люди были не просто хранителями больших сумм денег. Они были костяком и движущей силой, которая строила и охраняла империю.
«Да будь они прокляты, – подумала Мишель, злясь на собственный страх. – Они сидели за моим столом, они ели мой хлеб. И пусть выслушают».