Мечтатели
Шрифт:
Она понятия не имела, что скажет ему. Возможно, попрощается с ним. В конце концов, он ведь уехал от нее, не попрощавшись. Уехал, зная, что она любит его. Она заслуживала лучшего к себе отношения, пусть даже это будет последнее «прощай».
Хотя была осень, вокруг буйствовала зелень. Старую ферму явно ремонтировали — Каролин заметила новую крышу, почувствовала запах свежих досок. И даже на расстоянии ее ухо уловило стук молотка и веселый мужской голос.
Не вынимая вещей, она вылезла из машины
— Вы что-то хотели? — участливо спросила она с британским акцентом.
Казалось, Каролин потеряла дар речи. После всей лжи, после всех намеков и утаек ей и в голову не могло прийти, что Алекс, возможно, женат. Но женщина стояла перед ней, веселая и улыбающаяся, и Каролин хотела лишь одного — провалиться от стыда на месте.
— Наверно, я свернула не туда, — в конце концов выдавила она. — Я искала… искала своего родственника. Он снимает в этой округе дом.
Женщина задумалась. Вид у нее был растерянный.
— Я не знала, что здесь есть другие американцы. Пойду спрошу у мужа, может, он в курсе. Как зовут вашего родственника?
— Не надо! — ответила Каролин, пятясь от нее. — Наверно, я заехала не в ту деревню. Может даже, не в тот район. Извините, что побеспокоила вас.
Увы, слишком поздно. Стук молотка прекратился, а мужские голоса зазвучали ближе. Каролин уже была рядом с машиной, когда из дома вышел Алекс, без рубашки, загорелый, с отросшими волосами, небритый. Его синие глаза лучились радостью и весельем. Каролин застыла как вкопанная, не в силах оторвать от него взгляд.
В следующий миг он тоже увидел ее. Смех его тотчас смолк, на лице появилось каменное выражение. Следом за ним с хохотом вышел другой мужчина и встал рядом.
— Ага, ну вот и вы, — крикнула им женщина с ребенком на бедре. — Эта женщина заблудилась, она ищет своего родственника. Ты случайно не в курсе, Паоло, есть здесь в округе какой-нибудь другой американец?
Второй мужчина покачал головой.
— Нет, mia cara, только вот это ублюдок, — он обошел застывшего, словно статуя, Алекса и поцеловал женщину в щеку.
— Так мы остаемся обедать?
Англичанка посмотрела сначала на Алекса, затем на Каролин, и на губах ее появилась улыбка.
— Не думаю, дорогой. По-моему, наша гостья нашла того, кого искала, — сказала она и вручила ему ребенка. — Пойдем.
Каролин даже не заметила, как они ушли. Наверно, к дому вела еще какая-то, неизвестная ей тропинка, потому что в следующий миг Паоло и женщина с ребенком куда-то пропали. И лишь тогда Алекс сделал шаг ей навстречу.
— Каким ветром тебя сюда занесло?
В его голосе не прозвучало особой
— В Вермонте уже выпал снег, и я поняла, что не вынесу очередной зимы в этом доме. Я подумала, что это твоя жена, — ни с того ни с сего добавила она.
Слова Каролин удивили его.
— Кто? Анна? Она замужем за Паоло. Я никогда не был женат, как ты помнишь. Я сам тебе говорил.
— Ну, ты мне много чего говорил.
Его губы скривились в усмешке — губы, чье прикосновение она помнила так хорошо!
— Верно, много чего.
— Почему ты отказался от денег? Салли ведь завещала их тебе.
— Салли привыкла во всем поступать по-своему. Это нехорошие деньги, и мне они не нужны.
— А как же я?
Он лишь пожал плечами, однако за маской безразличия Каролин разглядела нечто такое, отчего ее ладони тотчас сделались потными, а в животе словно стянули тугой узел.
— Откуда мне знать, нужны тебе эти деньги или нет. Решай сама.
— Я не об этом, — сказала Каролин. — Ты сказал, что деньги тебе не нужны. А я? Я нужна тебе?
Он явно не ожидал от нее такого подвоха.
— Я должен ответить?
— Если учесть, что я приехала сюда за тысячи миль, то да.
Она даже не заметила, как он подошел ближе к ней. Подкрался медленно, словно хищник, и неожиданно до нее дошло, что в западню угодил не только он, но и она. Хищник и жертва, оба.
Он встал рядом с ней. Под ярким средиземноморским солнцем его кожа отливала шелком, и Каролин тотчас захотелось припасть к ней губами. Алекс положил руку ей на шею — большую, сильную, мозолистую руку и вместе с тем такую нежную.
— Ты мне нужна, — произнес он. — И ради тебя я даже готов закрыть глаза на эти проклятые деньги.
Он поцеловал ее властно и жадно, как будто припал к источнику жизни. А когда наконец отстранился, то увидел в ее глазах слезы и тотчас улыбнулся.
— Какое, однако, великодушие, — пробормотала Каролин.
— Еще какое! — согласился он. — Придется сдать билет на самолет. Я собирался к тебе на следующей неделе.
— Великие умы думают одинаково, — засмеялась она. Его руки легли ей на грудь, и ей тотчас захотелось лечь с ним на траву под ярким тосканским солнцем.
— Я все еще не сказал тебе.
— Что не сказал?
— Что люблю тебя. С тех самых пор, когда тебе было тринадцать.
Каролин улыбнулась ему и принялась расстегивать пуговицы на блузке.
— Ну конечно, как же иначе! — воскликнула она. — И тебе понадобилось столько лет, чтобы это понять?
— Нет, — сказал он. — Просто я дал тебе время, чтобы убедиться, что это тебе нужно.
— По крайней мере теперь мы знаем, что ты женишься на мне не из-за денег.
Алекс вопросительно поднял бровь.