Мечта
Шрифт:
– Знаете, Джессика, мне вряд ли удастся найти инвесторов, если вы будете настаивать на том, чтобы самолично возглавлять консорциум. – Он сложил на коленях руки. – Ничего личного, не поймите меня превратно. Ведь они незнакомы с вами, и тот факт, что ими будет управлять молодая неопытная женщина, может им очень не понравиться. Они побоятся, что вы будете постоянно менять свои решения, как большинство женщин, и посчитают, что лучше со всем этим не связываться.
– Но это нечестно.
– Жизнь часто бывает нечестной, – пробормотал Гордон, но тут ему пришла в голову одна
– Какой же? Гордон задумался.
– Нам надо пойти на компромисс. Для начала мы распланируем все на бумаге. Вы сделаете несколько чертежей вместе с архитектором и будете вносить поправки до тех пор, пока они полностью не удовлетворят вас. А потом мы просто поставим инвесторов перед фактом. – С каждой минутой Гордону все больше нравилась эта идея. – Это должно сработать. Если вы воплотите все свои идеи в архитектурных проектах, нам будет легче высчитать истинную стоимость и гораздо проще уговорить инвесторов, имея на руках конкретные планы.
– Вы хотите таким образом устранить те препятствия, которые могут помешать работе этих инвесторов со мной? – сухо осведомилась Джессика, но она совсем не сердилась. Если половая дискриминация существует, то тут уж ничего не поделаешь. Ей и раньше приходилось с этим сталкиваться. Что ж, с этим она и в этот раз справится.
– Это все очень упростит, – продолжал Гордон, пропустив мимо ушей ее замечание. – Вы сможете полностью контролировать архитектурные проекты. А инвесторы, в свою очередь, будут точно знать, во что они вкладывают свои деньги. Если им не понравится ваша идея, они просто не станут связываться, а вы не получите своих денег.
– А сколько я могу получить? – спросила Джессика. – Недавно она слышала жалобы от своего коллеги, который тоже работал с архитектурным бюро.
– Если бы мы сотрудничали с человеком, знающим свое дело, то прибыль была бы колоссальной.
Джессика не знала, радоваться ли ей или огорчаться. Ее уверенность полностью улетучилась, как только Гордон заговорил об архитектурных проектах, области, в которой она совершенно не разбиралась.
– Вы имеете в виду какого-то конкретного специалиста?
– Да, – сказал Гордон, открыто посмотрев ей в глаза. – Он один из лучших в своем деле, а поместье Кросслинов это заслужило.
Джессика не могла с этим поспорить.
– И кто же он?
– Он работает в этой области всего двенадцать лет, но уже успел сделать невероятные успехи. Ему удалось объединиться с одной нью-йоркской фирмой, и они сотрудничали целых семь лет. Кроме того, все эти годы он работал на ПГР и на Восточном побережье.
– На ПГР?
– Планирование городского развития. Они создают проекты не только для городов, но и для пригорода. А пять лет назад он основал свою собственную фирму в Бостоне. Я видел его проекты, как раз похожие на то, что вы собираетесь создать. Они просто потрясающие.
Любопытство ее все возрастало, и ей стало досадно, что Гордон медлит с ответом.
– Он очень практичный человек и, кроме того, очень опытный архитектор, не глуп, с ним будет приятно работать. И еще я думаю, его очень заинтересует
Джессика попыталась вспомнить все, что она когда-то читала в газетах о строительстве и современных архитекторах, чтобы понять, кого имеет в виду Гордон. Но такого рода статьи обычно печатали в деловом разделе, в который она редко заглядывала. К сожалению, этот факт только подтверждал правоту Гордона. Но это нисколько не заставило Джессику отступить от своих планов. Тем более что она будет работать с человеком, в котором так уверен Гордон.
– Так кто же он?
– Картер Маллой.
Джессика молча на него уставилась. Это имя показалось ей знакомым. Картер Маллой. Она нахмурилась. Перед ее глазами замелькали какие-то обрывки воспоминаний.
– Я когда-то была знакома с одним Картером Маллоем, – задумчиво проговорила она. – Его родители в свое время работали у нас. Мать следила за домом, а отец был садовником. – Джессика вдруг почувствовала щемящую грусть. – Как же мне не хватает нашего Майкла Маллоя. Сейчас он был бы так кстати. Майкл привел бы в порядок участок вокруг дома. Но лет десять назад Маллой вышли на пенсию и уехали на юг. – Тоска ее куда-то улетучилась, уступив место досаде. – А их сына я не видела еще дольше, и слава богу. Он был таким противным. Всегда подчеркивал, что старше меня, и очень злился на то, что мои родители богаты, а его бедны. Вечно сквернословил. У него постоянно возникали проблемы в школе. А эти его ужасные плечи: одно другого выше на целую милю. Он был таким уродливым.
Гордон с трудом дослушал ее до конца, а когда заговорил, его голос прозвучал недовольно:
– Сейчас он совсем не урод.
– Простите?
– Я сказал, – повторил Гордон, – что сейчас он скорее привлекателен. Он вырос во многих отношениях. И в плане внешности тоже.
Джессика очень удивилась:
– Вы знакомы с Картером Маллоем?
– Он держит свои счета в моем банке. Бог его знает, зачем Картер держит свои счета здесь, имея бизнес в Бостоне. Говорит, что он связан неразрывными узами с местом, где провел детство.
– Я в этом и не сомневалась. У него здесь были дела с полицией. Мелкие кражи, не правда ли?
– Он изменился в лучшую сторону. Джессика очень в этом сомневалась.
– Меня всегда удивлял тот факт, как у таких замечательных людей, как Энни и Майкл, мог родиться такой сын. Сколько же страданий он им причинил! – Она покачала головой. – Вы уверены, что он живет не здесь? Если он переберется в наши места, предупредите меня об этом заранее. Не хотелось бы столкнуться с Картером Маллоем на улице.
– Он живет в Бостоне.
– И кем он сейчас работает? Продавцом подержанных автомобилей?
– Он архитектор.
Джессика на мгновение застыла от удивления.
– Значит, это не тот Картер Маллой, которого я знала.
– Как я уже сказал, он давно вырос.
Мысль, которая пришла Джессике в голову, была настолько ужасна, что она постаралась поскорее отмести ее.
– Картер Маллой, которого я знала, не мог так измениться. Он не смог бы стать профессионалом ни в чем. Вряд ли он даже закончил школу.