Мечников
Шрифт:
Щелков строго проверил выводы Мечникова и одобрил их.
— Хотя ваша работа, это я заранее могу вам предсказать, и не понравится кое-кому за рубежом, там придерживаются иных взглядов, но все же мы ее напечатаем.
Студент первого курса Харьковского университета Мечников вступил на дорогу исследователя. Как и предвидел Щелков, вскоре и следа не осталось от подавленного настроения юноши. Увлекшись работой в лаборатории, он быстро забыл свои злоключения в Германии.
Сувойка — маленький нежный колокольчик, сидящий на тонком стебельке, — сумела излечить
Однако вскоре ясный небосклон затянулся тучей. Немецкий физиолог Кюне в пренебрежительном тоне пытался опровергнуть данные, полученные студентом Харьковского университета. Щелков первый прочел этот отклик на работу своего ученика. Он пришел к Илье и протянул ему журнал со статьей Кюне:
— Вот и исполнилось мое предсказание. Не нравится ваша работа господам гегеймратам (тайным советникам). Что же, мы, надеюсь, не останемся в долгу. Извольте, друг мой, еще раз проверить ваши выводы и напишите ответную статью. Долг платежом красен.
Илья еще и еще раз проверил свои наблюдения. Стебелек живого колокольчика не имеет ничего общего с мускульной тканью. Тут же, в лаборатории, на столе, уставленном стеклянными колбами и приборами, Мечников пишет ответ Кюне. В нем не меньше язвительности, чем в статье почтенного немецкого профессора. Львенок выпускает свои когти.
Ответ Мечникова Кюне напечатан. Победа в первом научном поединке осталась за Ильей Ильичом.
Так своеобразно начал курс наук в Харьковском университете Илья Мечников.
Знакомство с учением Дарвина
Книга «Происхождение видов», привезенная Ильей Мечниковым из Лейпцига, привлекла его особенное внимание. Автором ее был Чарлз Дарвин. Мечников читал эту книгу с величайшим интересом. Она отвечала на самые важные вопросы, волновавшие биологов. Илья был очарован стройной теорией эволюционного развития. Раньше он знал только полочки, по которым аккуратной рукой систематиков были расставлены представители всего живого на нашей планете. Дарвин же связал воедино все проявления жизни на Земле. Это было захватывающе и грандиозно. Хотелось с кем-нибудь поделиться впечатлением от прочитанного. Илья пошел к своему старшему другу — Щелкову.
— Многим не по вкусу придется эта теория, — сказал Щелков Илье Мечникову. — Она разрушает церковные представления о происхождении мира. Дарвин объясняет появление новых форм жизни не вмешательством бога, а как результат борьбы организмов за существование и отбора наиболее приспособленных. Что же вы думаете, старое легко уступит место новому? Так не бывает. И все же я уверен, что учение Дарвина найдет благодарную почву именно в России. Ваше поколение будет призвано его утвердить в науке.
Илья внимательно слушал Щелкова. После некоторого молчания он сказал:
— Вы правы, Иван Петрович, в том, что старое нелегко уступает место новому. Многие из моих товарищей, и я в их числе, не пострадали за некоторые научные утверждения только потому, что среди наших
Илья делился своими мыслями со Щелковым:
— Меня больше всего поразило указание Дарвина на то, что известное всем сходство зародышей организмов, при большом различии взрослых особей, подтверждает эволюционную теорию. Мне кажется, что именно здесь я найду применение своим силам, тут есть о чем подумать и над чем поработать.
Эти откровенные, идущие от души слова Мечникова глубоко взволновали Щелкова.
«Надо помочь юноше найти свой путь в науке. Он выходит на хорошую и большую дорогу», — подумал Щелков, обнимая Илью.
Мечников не был обычным любознательным читателем и почитателем Дарвина. Он старался вникнуть в каждую строчку сочинения великого английского натуралиста, соглашался с той или другой идеей Дарвина, спорил с ним. Первое знакомство с книгой «Происхождение видов» закончилось тем, что Илья написал на это сочинение рецензию. И не только написал, но отослал ее в Петербург в редакцию журнала «Время».
Этот журнал издавался братьями Достоевскими. В нем печатались «Униженные и оскорбленные», «Записки из мертвого дома» и другие произведения Федора Михайловича Достоевского. В письме в редакцию журнала юноша из Харькова писал: «Прилагаю при сем свою статью о современной теории видов, я тем самым предъявляю полнейшее желание видеть ее напечатанною на страницах журнала „Время“, если она будет признана достойной этого. Кроме того, покорнейше прошу редакцию уведомить меня о судьбе моей статьи.
Ил. Мечников».
Свою статью Мечников послал в столицу 3 февраля 1863 года, но она не была напечатана. Журнал «Время» был закрыт за публикацию статьи о положении в Польше. Достоевские вскоре добились возобновления выхода журнала под другим названием — «Эпоха»; статьи Мечникова не было и в нем.
В статье студента Мечникова теория Дарвина подвергалась рассмотрению с самых различных ее сторон. Нет необходимости здесь приводить все замечания и мысли Мечникова по поводу эволюционной теории. Но нельзя не осветить один из множества примеров зрелости научного мышления юного естествоиспытателя из Харьковского университета.
Мальтус, этот лжеученый из поповской братии, утверждал: человечество удваивается через каждые двадцать пять лет и возрастает численно в геометрической прогрессии (1, 2, 4, 8, 16, 32 и т. д.). Средства же пропитания человеческого рода увеличиваются в арифметической прогрессии (1, 2, 3, 4, 5 и т. д.). Отсюда мрачный прогноз — голод неизбежен, люди размножаются быстрее, чем растет производство продуктов питания. Дарвин распространяет «закон Мальтуса», который не имеет никаких оснований и в отношении человечества, на всю живую природу.