Меченосец
Шрифт:
– Он интересен только специалистам. Сам я, знаете ли, ботаник-любитель и коллекционирую разные отклонения от описания в ботанической энциклопедии.
– И что же здесь не так?
– Соцветия, сэр. Они имеют другую форму. Вы, кстати, быстро набираете форму. Еще пару недель – и не будете отставать от спецназа.
– О да, я быстро прогрессирую, – улыбнулся Браун, но, едва представив, что придется провести здесь еще две недели, почувствовал тошноту.
– Что нового в лесу?
– Здесь везде
– Перестрелку? – эксперт отложил карандаш и поднялся. – И где же?
– На северо-востоке. Ближе к руслу Желтой Риорды.
– То есть это не в стороне объекта «Ниагара»…
– Нет. Но это может быть связано с этим объектом.
– Когда вы решили добраться до них?
– Не я решаю, а капитан Альварес. Ему виднее.
– Да, конечно.
– Ну, я пойду – ополоснусь «ключевой водой», – сказал Браун и, оставив эксперта с его рисованием, направился к надувному комплексу. Под «ключевой водой» подразумевалась гигиеническая пена, которой приходилось мыться в прозрачном пластиковом мешке.
По сравнению с душевым теплоагентом, которым он пользовался на базе в Онтарио, гигиеническая пена была следующим этапом безводной технологии.
Войдя в «штабную комнату», Браун увидел там лейтенанта Роджерса. Тот стоял, склонившись над планшетом, и изучал присланные из округа спутниковые снимки.
– Добрый вечер, сэр.
– Привет, лейтенант, – ответил Браун, обходя стол. – Что-нибудь интересное?
– Пытаюсь определить место сегодняшней перестрелки.
– Ах да, вам же доложили…
– А где капитан Альварес?
– Он пошел еще посты проверить. А я уже не в силах… – Браун грустно улыбнулся и направился к двери своей отдельной комнатки – единственного персонального помещения во всем палаточном комплексе.
Весь остальной гарнизон ночевал в штабной комнате, убирая стол и разворачивая спальники.
– Вы быстро набираете форму, сэр! Видно, что в прошлом побегали по джунглям!
– О да, – вынужденно согласился Браун, хотя, сколько себя помнил, бегал только по барам и по девицам легкого поведения. Но сообщать об этом лейтенанту он не собирался.
Зайдя в свою комнатку, он плотно прикрыл надувную дверь и, опустившись на койку, с минуту сидел прикрыв глаза. Затем поставил в угол автомат, снял шлем и положил рядом на пол. Немного передохнув, с трудом расшнуровывал ботинки, в которых продолжали шуметь крохотные компрессоры и турбодетандеры.
Заслышав жильца, под полом снова зашуршала крыса, уже почти свое домашнее животное.
Солдаты дважды выбрасывали ее в кусты, и оба раза она возвращалась. На третий упрямую животину хотели убить, но Браун за нее вступился – обшивку она не грызла, а его такое соседство вполне устраивало.
«А ведь я здесь действительно
Взяв с кровати спутниковый скриптограф, Браун стал набивать заученную комбинацию цифр.
В Бунсдорфе десять вечера. Если этот ублюдок был на службе, значит он еще трезв.
– Слушаю вас, сэр! – ответил связной робот, старательно маскируясь под живого человека.
– Я хочу поговорить с генералом Штойбергом, робот…
– Одну минуту, сэр, я попробую соединить вас с генералом…
«Вот как? А на слово «робот» ты совсем не обиделся, железяка?» – усмехнулся Джекоб. Он уже приготовился к тому, что генерала Штойберга снова начнут искать по злачным местам, однако Феликс отозвался сразу.
– Але! Генерал Штойберг, слушаю вас.
– Феликс, это я, Джекоб.
– А, Джекоб! Привет, приятель, как там у вас дела?
– Сегодня ходил в разведку, уже третий раз за последнюю неделю.
– В разведку? Это поступок, Джекоб, поздравляю.
«Пьян, скотина…» – подумал Браун.
– Я сегодня говорил о тебе в штабе. Описал обстановку, в которой ты оказался. Они как будто прониклись. Но нам нужны какие-то сведения, Джекоб, понимаешь?
«Или трезв? Излагает вроде связно…»
– Феликс, сегодня мы слышали перестрелку!
– Правда? Прямо на объекте?!
– Нет, совсем в другой стороне.
– В другой стороне? Нет, Джекоб, это не информация, в другой стороне мог стрелять кто угодно…
– Феликс, я, между прочим, уже вторую неделю живу с грязными ногтями и моюсь пенообразователем. Ты знаешь, что такое пенообразователь?
«Возможно, охотники-промысловики, Феликс, – послышался в трубке невнятный мужской голос с подозрительными манерными интонациями. – Иди сюда, дорогой, я хочу, чтобы мы сидели рядом!»
– Может, это охотники-промысловики, а, Джекоб? – тотчас спросил Феликс. Браун поморщился. Неужели Феликс… этот самый?
– Феликс, ты пьян? Я говорю про ужасные условия, а ты…
– Ты меня задолбал уже, Джекоб! Ты всякий раз думаешь, что пьян! А я не пьян, я трезв! Ты что, совсем меня не уважаешь? Ты меня уважаешь, Джекоб?
– Пошел ты сам знаешь куда… Я перезвоню тебе в другой раз.
Сказав это, Браун отключил связь и с минуту сидел, глядя перед собой.
В подполе зашуршала крыса. Затем успокоилась и, видимо, уснула.
Неожиданно на скриптографе сработал сигнал вызова. Браун даже не поверил поначалу и с удивлением уставился на гудящий и мигающий лампочкой прибор. Затем включил его на прием.
– Джекоб, ты?
– Я…
– Ты чего трубки бросаешь, урод?
– А чего ты там с мужиками любезничаешь? Ты что, педик?