Меч
Шрифт:
Однако мне не нравилось слишком много задумываться об этом.
Всё ещё экспериментируя, я подцепила конструкцию команды к белому свету, который использовала для своего щита, сделав из своего aleimi резонирующее связующее звено. Мне понадобилось несколько минут поэкспериментировать, чтобы сделать всё правильно. Я пыталась подключить её напрямую к свету, который видела над собой, но он был недостаточно стабильным и двигался вместе с Барьерными потоками. Конструкция в итоге утратила структуру и рассеялась в тех местах, где я пыталась выстроить связь.
Сменив стратегию, я поискала
Небольшой плотный узел резкого света жил там как часть меня.
Работая осторожно и постепенно, я отвела конструкцию команды от серебристого света. Я скормила структурам aleimi больше того белого света, используя узел в своей груди, как опору для якоря конструкции.
Я наблюдала, как вся эта штука меняет частоту.
Врег стиснул мою руку.
— Что ты делаешь? — спросил он субвокально.
Я ощутила нить паники в его голосе.
Я взглянула на остальных, и меня омыла волна страха вместе с сокрушительной неуверенностью. Я игралась с их главной конструкцией посреди операции. Что я творю, во имя богов? И почему я вообще решила, что знаю, как провернуть нечто подобное?
Мое горло сдавило, сердце гулко заколотилось в груди, ударяясь о рёбра, когда я осознала, что случится со всеми нами, если нас поймают. По моей вине все эти люди могли погибнуть, подвергнуться пыткам, оказаться с перерезанным горлом или в работных лагерях, или хуже…
Пальцы Врега на моей руке расслабились.
Он посмотрел на меня, и его странно непрозрачные, почти чёрные радужки выражали какое-то изумление. Я ощутила, как он сканирует пространство вокруг нас.
Его свет внезапно начал расслабляться.
Посмотрев на него, я почувствовала, будто впервые увидела его без серебристого света, доминирующего в его aleimi. Его свет искрил, всё ещё резкий от Дренгов, но позади этого жило более мягкое, красновато-оранжевое свечение, похожее на закатные облака, плывущие на ветру. То свечение сделалось лишь ярче за те несколько секунд, что я смотрела. И чем ярче оно становилось, тем сложнее было отвернуться.
Я едва не сделала комплимент, как это красиво, но не могла найти слов.
Он заговорил первым.
— Как ты это сделала, Мост Элисон?
Моё беспокойство вернулось, и я осознала, что Дренгам тоже может не понравиться то, что я сделала. Тот факт, что мне вообще позволили это сделать, удивил меня — по крайней мере, когда я посмотрела на это под таким углом.
— Я ведь ничего не испоганила, нет? — только и спросила я.
— Испоганила? — он улыбнулся. — Нет, принцесса. Нет.
Я посмотрела на других, и на их лицах тоже увидела нечто иное.
Их света искрили вокруг меня проблесками разноцветных волн, и все они содержали тот высокий, белый свет. Вместо того чтобы заглушать их собственный свет, он окутывал его сверху резким, плотным плащом, который как будто даже подчёркивал их индивидуальные оттенки. Они купались в этом оберегающем щите, но он их не подавлял.
Я в изумлении посмотрела на всех них, и по мне ударил странный прилив эмоций. Это не плохие парни. Они — моя семья.
Врег
— Я бы поцеловал тебя, если бы не лишился за это пальца, — сказал он, широко улыбаясь.
Прежде чем я успела спросить его ещё о чем-то, он прошёл мимо меня в туннель. Его ботинки плюхали по добрым пятнадцати сантиметрам воды, которая скопилась внизу сливной трубы.
Локи, ближневосточный видящий, который беспокоился, что я могу убить Ревика, последовал за ним, и я невольно уставилась на него с таким же изумлением. Насыщенно зелёный и синий свет исходил из груди Локи, неподвижный как озеро в безветренную погоду, наполненный такими замысловатыми и изящными структурами, что они казались сплетёнными из шёлковых нитей.
Послав безмолвную благодарность кому-то там наверху за то, что я не убила всех ещё до первого блок-поста, я последовала за ними, стараясь производить как можно меньше шума в дурно пахнущей воде.
***
По мере нашего продвижения вперёд физическое освещение становилось всё более тусклым и редким, пока мы не миновали последний светильник.
Впереди я слышала тихий шум воды, вроде водопада или трубы, которая текла быстрее стоячей воды, по которой мы шли вброд. Я также слышала шарканье ног и писк крыс — а может, это были тараканы размером с кокер-спаниеля. Освещения уже не было, а вода становилась всё более глубокой, и вот я уже проталкивалась сквозь массу воды, которая поднималась чуть выше моих коленей. Когда несколько брызг, поднятых моими ногами, долетели до моего лица, я стала держать губы плотно сжатыми и шагала уже аккуратнее.
Кажется, мы пробирались в темноте уже больше часа, когда Врег резко остановился и поднял ладонь, останавливая всех остальных.
Тогда до меня дошло, что я могу видеть его даже в кромешной тьме туннеля.
Его силуэт и черты виднелись слабо, но будь я человеком, я бы вообще ничего не увидела. А так aleimi всех видящих позволял мне различить их фигуры и лица внутри нашей мобильной конструкции.
Мне приходилось усиленно концентрироваться, чтобы различить стены трубы или то, что находилось под нашими ногами, и за это я была по-настоящему благодарна. Одного лишь запаха хватало для того, чтобы я вдыхала только при крайней необходимости, а мои ноги то тут, то там прикасались к вещам, которые вызывали почти панику от брезгливости.
Пока что я сумела не опозориться.
Когда он заговорил в моём ухе, я сосредоточилась на силуэте и свете Врега.
— Не думаю, что что-то проникает за этот щит, Мост Элисон, — сказал он, и его уважение присутствовало даже в субвокализации в моём ухе. — Но я был бы очень благодарен, если бы ты присмотрела за всем, пока я открываю этот замок?
— Оу. Конечно, — отозвалась я.
Я прохлюпала по вонючей воде и подошла ближе к месту, где стоял он.
Не уверена, как именно я должна была присматривать, но я просканировала пространство вокруг него, пытаясь уловить любые аномалии. Вдруг я увидела, как его свет вспыхнул, осветив ту часть конструкции. Я тут же использовала свой свет, чтобы сгладить его вспышку. Затем, осознав, что, возможно, полностью перекрыла ему доступ, я отступила и нашла баланс, при котором мой свет просто удерживал его свет в небольшом пузырьке.