Меч судьбы

Скороходова Татьяна Николаевна

– Не бойся, принцесса, я могу сделать так, что тебе никогда не будет больно. Болезнь отступит навсегда...

Я клоню голову ему на плечо. Пусть хоть живьем сожрет, лишь бы прекратить эти адовы муки, и отвечаю на поцелуй. Земля уходит из под ног, я лечу...

Так летел щуплый дебошир, когда Золтан вышвырнул его из корчмы. Приземлился он у свинарника, забавно дрыгая руками и ногами в полете, и отчаянно матерясь на весь Миргород. Я, наверное, переплюнула его полет. Последнее, что запомнила - бешеные светло-серые глаза, и горловой рык, в котором никто бы не узнал чарующий голос Вейра.

Я приоткрыла глаз и приподняла голову, изучая белоснежную спину и пепельный хвост, перетянутый

черной лентой. Вейр обернулся.

***

Он молча смотрел в светло-карие глаза. Вчера весь вечер исподволь наблюдал за этой знакомой незнакомкой. Увидев её во всем блеске, он был очарован, как восторженный прыщавый юнец.

Наряд подчеркнул точеную фигурку и сочную, южную красоту девушки. Грива распущенных волос придала утонченность эльфа чертам лица, подчеркнув скулы и огромные глаза цвета темного янтаря, но и сегодня, после бурного вечера и без дорогих нарядов, она выглядела ничуть не хуже. Милое заспанное личико, тени от пушистых ресниц на бледном лице, взъерошенная копна смоляных волос, шелком укрывшая постель. Её хотелось съесть. Или прижать к себе и не отпускать. Никогда. Вейр не понимал сам себя. Отказывался понимать. Капли имели странный побочный эффект. Или это последствия смешения сил, и его поэтому так тянет к веде? Ничего, это временно. И, значит, пройдет. На его век женщин и без деревенских девчонок, влипающих в неприятности, хватит. Только помани. Зоря моргнула, словно пытаясь понять, что у него на уме, и нахмурилась, забавно сморщив носик:

– Тебя кто просил лезть, защитничек хренов?

Он криво улыбнулся. Если бы он и сам знал.... С этой пигалицей он вел себя как распоследний дурак.

– Твоя жизнь неразрывно связана с моей, не забывай. Заботясь о тебе, я забочусь в первую очередь о себе, своем покое. И, потом, из-за смешения сил, я чувствую твои сильные эмоции. Я всего лишь хотел спокойно отдохнуть после ужина, а не забавляться заочно с вампиром.

– И что? Сразу руки распускать? Ты же с вампиршей забавляешься! И я почему-то ничего не чувствую, в отличие от тебя! Заврался совсем! Нежные мы какие, оказывается! Ни себе, ни людям! Даже бы если и так, потерпел бы! Что? Что тебе не нравится?
– вскинулась Зоря, сверкая глазищами.

– Ничего, мне всё нравится!
– заорал он. Нет, это был не он. А похотливый неудовлетворенный самец, насмотревшийся на полуобнаженных девиц. Надо сказать, девицы очень даже ничего, хоть сейчас в гарем к Фессийскому султану. Ну вот, опять! С него хватит, решил Вейр, и вылетел из собственной комнаты, как ошпаренный, и едва не сшиб с ног Сола. Вампир совсем не походил на того смазливого распутника, которому он зарядил по физиономии, едва не выбив клыки. Правда, фонарь почти такой же, как и у него, но заживет на Соле уже сегодня к вечеру, в отличие от него. Подтянутый, суровый, одетый в черное, князь древних сухо проговорил:

– Лориния прислала за Зореславой. Девочку надо предупредить.

– Сам присмотрю.

Князь прищурился:

– Отвечаешь?

Вейр посверлил взглядом хозяина, еле сдержав пару фраз, рвавшихся с языка, и молча отвернулся.

***

Я едва успела нырнуть под одеяло, когда в комнату неожиданно ворвался колдун, закрыл пинком дверь и рявкнул:

– Чего разлеглась? За тобой твои светлые явились! Труба зовет!

Я уже собиралась выпалить, куда и как далеко пойти некоторым колдунам, но в комнату неслышно, как кот, вошел князь. У меня пропал дар речи.

– Утро доброе, принцесса!

Я недоверчиво уставилась на вампира. Ни намека, ни полслова по поводу вчерашнего. Что такое для древнего какая-то веда? Так, мимолетное и неслучившееся. Стало немного обидно. Женщина я, или кто? Впрочем, так даже лучше. По внимательному

взгляду синих глаз я поняла, что он читает меня, как открытую книгу, и вконец смутилась.

Князь подошел к постели, взял за руку и поцеловал, осчастливив меня таким взглядом, что все женщины Славнополья отдали бы не только руку, но и душу за один такой взгляд. Такие взгляды женщины помнят всю жизнь.

– Прекратите эти свои гляделки!
– прорычала я неожиданно охрипшим голосом, выдернув руку.

– Принцесса не в духе, и имеет полное право сердиться на своего покорного слугу, - одними глазами улыбнулся вампир.

Я слезла с постели, в ярости решив наплевать на не подобающий приличиям вид, замоталась в покрывало и босиком прошествовала к выходу, изо всех сил стараясь не запутаться в ткани, волочившейся по полу королевской мантией. Обернувшись в дверях, заметила, что князь и Вейр смотрят вслед. Помедлив, вскинула голову и, стараясь подражать Ольгиному тону на совете колдунов, промолвила:

– Когда буду готова, Вас известят, - и удалилась, громыхнув дверью.

Глава 15

В которой героине предстоит сделать судьбоносный выбор

За огромным, занимающим полстены окном, цвела сирень, словно здесь, во владениях Верховной веды, царствовала вечная весна. У окна стояла женщина.

Складки тяжелого толесского шелка цвета малахита облегали высокую стройную фигуру, водопад роскошных огненных локонов, в которых запутались солнечные лучи, струился по спине. Она обернулась. Сочетание рыжих волос, миндалевидных глаз цвета сочной травы и пухлых влажных губ, словно после ночи любви, делало обладательницу роскошной гривы неотразимой. Королева Осени во всем своем великолепии. Лоринии можно было дать двадцать лет. А можно и все пятьдесят. Она легким шагом пересекла просторный кабинет, подошла к деревянному креслу, поправила подушечку на сидении, вышитую золотыми нитями, и села. Ворон, сидевший на жердочке, моргнул иссиня-черными глазами, взъерошил перья. Непростая птичка, машинально отметила я про себя. Мне она сесть не предложила.

– Здравствуй, Зореслава.

– Здравствуйте, - буркнула я. Радость от встречи с Лоринией несколько омрачал эскорт, который сопроводил нас от замка вампиров до Ведовского Дома. Тройка мрачных мужчин, одетых в льняные черные балахоны, больше смахивала на конвой, чем на слуг Света. Я невольно обернулась. Прозрачная стена отделяла комнату от просторной приемной, где на скамье сидели Вейр с Ольгой. Колдун, хмуря брови, изучал буйную растительность, украшавшую стены, а вампирша пилочкой поправляла ногти. Единственное оружие, которое нам разрешил оставить привратник, похожий на каменную глыбу, облаченную в серый плащ. Север замер, уткнувшись носом в преграду и не сводя глаз с Лоринии. Мой оберег покалывал кожу, но никакой угрозы я обнаружить не могла, как ни старалась. Да и какая опасность могла грозить в цитадели Света?

– Я знаю, как тебе помочь.

Я уставилась на Верховную. Слова, которые я так долго ждала, которые снились, и о которых мечтала, почему-то не принесли облегчения. Все мои чувства кричали, орали благим матом, что дело нечисто. Колдуну с вампиршей беспрекословным тоном приказали остаться в приемной, а при попытке войти вместе со мной вход перегородили всё те же безмолвные балахонистые типы, молча ощетинившись клинками Света. Смертоносное оружие не оставляло шансов даже вампиру, и Ольга с Вейром отступили. В башне колдунов прием и то был теплее. Я сомневалась, что могла вернуться к спутникам без позволения Верховной. Наша хозяйка и приглашение, больше смахивающее на похищение или арест, мне нравились всё меньше и меньше, не говоря уже о бесцеремонном обыске.