Меч Севера
Шрифт:
Голос матери, казалось, приплыл из воздуха, утешая ее знакомыми словами, теми, что она слышала вновь и вновь в своих снах.
— Будь сильной.
— Бери детей, — прошептала она Коринне. — Иди по ручью на юг. Ни за что не останавливайся.
Коринна заколебалась, но спустя мгновение она чуть–чуть дрожащим голосом велела найденышам следовать за ней. Крошка Том и Майло замешкались, глядя на Илландрис большими глазами, но она прогнала их прочь. Посмотрев, как они ушли с поляны, она наконец повернулась лицом к приближающимся
— Ты лишь оттягиваешь неизбежное. — Сэр Мередит, лязгая доспехами, вышел вперед и указал на отрубленную голову Норна окровавленной саблей. — Он продержался дольше, чем я предвидел, но в конце концов настоящий рыцарь всегда одерживает победу над варваром. Твоя магия не поможет тебе сейчас, девушка.
Илландрис увидела, что Красный Рейн — с железным человеком. Он тоже носил кольцо из демонической стали, странного металла, который позволял ему быть невосприимчивым к магии. Ее мужество дрогнуло.
— Сделай так, чтобы я гордилась.
Голос матери снова пришел к ней, отгоняя прочь сомнения, успокаивая дрожь, которая угрожала одолеть ее. Она вызвала всю свою силу и метнула ее в вооруженных воинов, безнадежно надеясь, что это сработает, что это превратит их в пепел…
Ничего. Ее магия умерла, как только покинула ее, мгновенно поглощенная абиссумом на пальцах королевских гвардейцев.
Сэр Мередит опустил взгляд на свою руку в латной рукавице.
— Еще чуть теплее, и могло бы действительно причинить боль. Впечатляет. Райдер насладится, сломив твой дух, как подобает его низкой натуре.
Илландрис тоже посмотрела на свои руки. Магия подвела ее, как она и предполагала. Она вспомнила резню за стенами Сердечного Камня, ужасную участь чародеек из Черного предела. «Скоро я умру», — вяло подумала она.
Но затем духи вдруг зашевелились.
Порыв ветра взъерошил ей волосы. По поверхности озерца пробежала рябь. Земля под ней, казалось, задрожала. Подобно гейзеру, взметнувшемуся из земли, хлынула магия и наполнила ее. Необъятная магия, более великая, чем все, что она когда- либо знала, даже более могущественная, чем связующее заклинание, которое обрушил Королевский круг на Шамана. Она боролась с внезапным выбросом силы, но он оказался неконтролируемым, это был яростный поток, который угрожал разорвать ее на части.
С громким воплем она выпустила его на свободу. Он поплыл от нее, не ослабевая, рекой, набирающей скорость. Прошла секунда, и ничего не происходило. Еще одна секунда, а за ней — третья, и затем сэр Мередит вскрикнул. Ятаган Рейна шмякнулся наземь, а он тупо смотрел на изуродованную руку, и из обрубка на месте безымянного пальца с кольцом текла кровь.
Мгновением позже сработало ее заклинание. Из ее рук вырвался столб бушующего пламени. Два королевских гвардейца успели отпрыгнуть в сторону, но воины, стоявшие позади них, оказались не столь быстрыми. Пламя объяло их, и они с дикими криками умерли.
Илландрис снова потянулась за магией. Казалось, духи помогут ей, и она почувствовала, как сила вновь наполняет ее, — но тут она ощутила резкую боль в боку.
Девушка
Из ее талии торчала стрела. Тетива лука прозвенела вновь, и на сей раз что–то поразило ее в горло. Медленно подняв руку, она нащупала древко, вонзившееся в шею.
Время будто замедлилось и поползло. Мир стал расплываться перед глазами. Железный человек зашагал к ней, хотя она стояла теперь на коленях и не видела его лица. Слишком много усилий требовалось, чтобы поднять голову, поэтому она сосредоточилась на отражении пляшущих языков пламени на его нагрудной пластине. Они напомнили ей о родительском домашнем очаге, о давно ушедших днях, когда она сидела у огня, пока они разговаривали, и мечтала о том, что сделает, когда станет взрослой женщиной.
Ее голова так потяжелела. Когда она стала клониться вниз, ее слабеющие глаза остановились на мешке, лежащем на земле перед ней. «Я что–то собиралась сделать с этим мешком, вяло подумала Илландрис. — Никак уже не вспомнить, что же это было». Откуда–то издали до нее донеслись голоса…
— Я думаю, она готова.
— Все в порядке, мы не сердимся. Мы прощаем тебя.
— Теперь ты можешь пойти с нами. Бояться нечего. Мы берем тебя в лучшее место.
Сэр Мередит смыл кровь с сабли и уставился на свое отражение в воде. Его передернуло при виде лица, которое смотрело на него, редеющих волос и слабого подбородка, уродливых морщин, которые испортили его некогда красивое лицо. Когда же он успел так чертовски некрасиво постареть?
В холодной ярости он со стуком вбросил свой клинок в ножны, сорвал с руки поврежденную рукавицу и отшвырнул ее в сторону. Мередит осмотрел раненую руку в оранжевом свете пламени, бегущего по деревьям у него за спиной. Палец наполовину отрезан, там, где вдребезги разбилось кольцо из демонической стали, торчала белая кость.
— Стерва, — ожесточенно выругался он. — Шлюха! — Он понимал, что выражается как варвар, и это проявление вульгарности в пылу гнева взбесило его еще сильнее.
Прихрамывая, подошел Рейн, он бережно прижимал к груди раненую руку.
— Огонь распространяется. Если мы не поторопимся, можем не выбраться. Вот дерьмо, что за дьявольщина тут произошла!
Сэр Мередит взревел от разочарования. Он злобно пнул голову Йорна, отправив ее в озерцо, куда она шлепнулась с плеском.
— Где же этот песьелицый ублюдок Райдер? — прорычал он.
— Здесь, — ответил следопыт, выскользнув из тени. Он сверкнул желтозубой ухмылкой. — Похоже, я спас твою рыцарственную задницу. Эта чародейка превратила бы вас обоих в пепел, если бы я не пристрелил ее.
Сэр Мередит посмотрел на дымящиеся останки трех воинов, которых они привели с собой из Сердечного Камня.
— Наши доблестные поиски потерпели неудачу, — с горечью сказал он.
Райдер сгорбился и провел мозолистым большим пальцем по тетиве лука.
— Ты и Рейн возвращайтесь в Сердечный Камень. Подлечитесь. Я закончу это дело.