Меч Севера
Шрифт:
Кейн потянулся через плечо, чтобы извлечь свой двуручный меч, но Джерек положил на его руку свою, не дав ему это сделать.
— Вы вдвоем идите, — прорычал Волк, сжимая топоры и вперив в Пятибрюхого взгляд, от которого стыла кровь. — Я догоню. За этим хреном передо мной должок, который нужно погасить.
Небо уже темнело, когда они нашли Хрипуна и Яну Шах Шан возле менгира, который почему–то опрокинулся. Это было перед крутым подъемом, который затем резко шел вниз. Яна опасно балансировала на грани поверженного камня, стоя на цыпочках
— Медленно, — произнесла она спокойно, не шевелясь. — Не напугайте их.
— Не напугать кого? — спросил Кейн.
Он встретился взглядом с янтарными глазами Хрипуна. Немой гигант сидел на упавшем камне, оперев локти на колени, с угрюмым выражением на грубоватом лице. Он с извиняющимся видом пожал плечами и кинул булыжник в скалу в двадцати футах от него. Если судить по груде камней, набросанных возле его мишени, он занимался этим уже довольно долго.
— Не напугать кого? — повторил Кейн, добравшись до менгира, но, когда в поле его зрения оказалась впадина, он увидел, что имела в виду Яна.
На каменистой земле сидела большая группа сбившихся в кучку детей. Он насчитал по меньшей мере два десятка, все они были сильно исхудавшими и покрылись глубоко въевшейся грязью. Бедняжки выглядели более изможденными, чем он сам. У некоторых детей был загнанный вид, что напомнило ему о Пятибрюхом, и многие из них тут же подались назад, когда он показался на гребне.
— Не бойтесь, ребята! — крикнула Яна, когда Джерек и Брик присоединились к Кейну на гребне холма. — Эти мужчины друзья.
Дюжины глаз уставились на них троих. Яна спрыгнула с камня, перевернувшись в воздухе, и приземлилась на ноги с грацией кошки. Несколько детей захлопали в ладоши. Большинство продолжали смотреть на вновь прибывших с тревогой.
— Твое лицо мне знакомо, — донесся нерешительный голос. Сказавшая это была уже, по правде говоря, скорее девушкой, чем ребенком, голубоглазая, светловолосая, похоже, самая старшая. — Ты напоминаешь мне старого короля.
Кейн сощурился.
— Старого короля? Меня зовут Бродар Кейн. Мой сын Магнар правит Высокими Клыками.
Девушка покачала головой.
— Теперь король — Кразка. Мы сбежали из города, чтобы убраться подальше, но Кразка послал за нами своих гвардейцев.
В груди у Кейна сдавило, и он с трудом прохрипел:
— Что случилось с Магнаром?
— Кразка поранил его. Сильно порезал.
Кейн пошатнулся, будто его ударили.
— Как сильно? Что этот ублюдок сделал с моим мальчиком?
Девушка подалась назад, внезапно испугавшись.
— Кразка держал его в ивовой клетке. Илландрис сказала, что он отрубил ему несколько пальцев и сделал еще кое–что похуже, но она не говорила, что именно. Мне жаль, я не знаю.
Кейну показалось, что воздух скрежещет в его груди. На него нахлынули воспоминания об ивовой клетке — бесконечный кошмар боли и ужаса, который грозил свести его с ума. Большинство людей
«Я должен вернуться в Высокие Клыки. Сердечный Камень в серьезной опасности».
Так это тогда Кразка захватил столицу? Захватил столицу и посадил его сына в ивовую клетку? Кейн почувствовал, что его трясет, и осознал, что с силой стиснул кулаки.
Грубая рука сжала его плечо — Джерек оказался рядом, и его голос прозвучал мягче, чем когда бы то ни было:
— Мы уже недалеко от Клыков. Мы вытащим его оттуда, Кейн. Ты можешь на это рассчитывать.
Кейн сделал глубокий вдох. Он разжал кулаки и каким–то образом смог избавиться от объявшего его жуткого гнева.
— Извини, девочка, — сказал он. — Мне не следовало набрасываться на тебя. Почему Шаман не вернул себе Сердечный Камень? Я видел, как он возвращался на север. Он и Собратья. Нет человека, который мог бы сдержать их.
— Кразка объединился с демонами. Заключил что–то вроде договора с одним из них, Герольдом. Он сражался с Шаманом и прогнал его. Я думаю, что Шаман теперь с армией Карна Кровавого Кулака, в Западном пределе, но… говорят, он умирает.
Кейн сделал еще один глубокий вдох. Горцы встают на сторону демонов. Мир изменился до неузнаваемости.
— Как тебя зовут? — спросил он.
— Коринна, — робко ответила она.
— Хорошо, Коринна. Зачем Кразка послал гвардейцев за тобой и остальными детьми?
Несмотря на свои опасения, девочка приблизилась к Кейну и понизила голос, чтобы малыши не услышали того, что ода собиралась сказать:
— Они хотят принести нас в жертву Герольду. Илландрис вывела нас из города. Железный человек догнал ее в Зеленых Дебрях и поджег лес. Мы едва успели унести ноги.
Когда Коринна подошла поближе, Бродар увидел в ее глазах яркие слезы.
— Я думаю, что Илландрис мертва, — продолжила она. — Мы бежали на юг, но у нас кончилась еда. Крошка Том и некоторые другие — они, я думаю, ужасно голодны. — Ее голос дрогнул, словно маска отваги, которую она носила, стала в конце концов соскальзывать с нее, и Кейна захлестнула волна сочувствия. Этой Коринне едва ли тринадцать зим, и тем не менее, если ее история правдива, она провела детей сотню миль по невообразимо суровой местности, преследуемая самыми грозными воинами Королевского предела.
Кейн решительно загнал вглубь собственные страдания. Теперь эти дети рассчитывают на него.
— Ты — отчаянно смелая, раз дошла так далеко, — сказал он мягко. — Но на юг отсюда ничего нет на добрую тысячу миль. — Он не стал упоминать о гхоламе. Из этого не вышло бы ничего хорошего. — Я и мой друг Джерек идем на север, возвращаемся в горы. Я думаю, вы окажетесь в безопасности в Западном пределе, если мы сможем туда добраться. Карп Кровавый Кулак никогда не был мне другом, но он честен с теми, кто с ним не в ссоре.