Меч-птица
Шрифт:
ДЛЯ ВСЕХ, КТО ЛЮБИТ МИР И СВОБОДУ
Тьма питает силу.
ИЗ СТАРОГО ПИСАНИЯ.
Пролог. Тени
Лучи света падали между деревьев, создавая тени, покрывавшие густой и влажный подлесок. В этих тенях пряталась крепость, которая все еще строилась. Многие лесные птицы были пойманы и привязаны к ней, они работали молча, день за днем несли камни, глину и палки. Обычно среди них можно было встретить угольно-черную ворону, расхаживающую с важным видом. Всякий раз, когда это было возможно, она набрасывалась на ничего не подозревающую жертву с оскорблениями, криками и драками. Это был Жукоглаз, который погонял птиц-рабов. Он имел при себе черный кожаный кнут цвета его перьев. Одним золотым хитрым глазом бурый
— Не смей играть мне на нервах, Слизеклюв, иначе я понижу тебя в должности! Прекрати прыгать! — сказал Турнатт, из клюва которого свисал кусок рыбьей чешуи. Слизеклюв содрогнулся, как осиновый лист, наполовину из-за страха, а наполовину из-за плохого дыхания ястреба.
— Д-да, милорд. Но три дня прошло с того момента, как Блохоскрип и его солдаты пошли смотреть на новых рабов. — сказал Слизеклюв. — Но они так и не вернулись! Ястреб захохотал. Рыбий хвост выпал из его клюва и исчез, соскользнув с воротника халата.
— Глупец, кто же когда-либо слышал о том, как маленькие лесные птицы убили ворону? Если ты не прекратишь говорить ерунду, я сделаю тебя рабом! А теперь иди и проверь, как строится моя крепость. А потом вернись и расскажи мне все! Турнатт махнул длинным, вышитым рукавом своего халата.
Слизеклюв почувствовал себя счастливым, потому что ястреб был в хорошем настроении. Но зная о том, что Турнатт был изменчивым, Слизеклюв ринулся прочь. Увидев, как ворон унесся, чувствуя головокружение и неловкость, Турнатт удовлетворенно похлопал себя по закрытому повязкой глазу. Он усмехнулся, его блестящие перья затряслись. Его свирепый желтый глаз лукаво сузился, превратившись в узкую щель. Лорд Турнатт был злым, убийцей, завоевателем и тираном грядущего Мрака. Он хотел растерзать лесных птиц, убить всех, кто попадется у него на пути. Ни одна птица, совершенно ни одна птица не могла остановить могучего Турнатта. Все будет так, как он мечтал в течение многих сезонов. Он может завоевать лес полностью и иметь миллионы птиц-рабов, готовых поклоняться перед ним. Турнатт откинул голову назад и издал леденящий кровь визг, который эхом разнесся по всему лесу. Слизеклюв и солдаты последовали его примеру, их громкие песнопения заглушали все остальные звуки:
— Да здравствует лорд Турнатт, да здравствует Тиран Мрачной Крепости, да здравствует лорд!
Несмотря на крики, солнце поднялось над верхушками деревьев.
Лес, расколотый надвое, не может устоять.
ИЗ СТАРОГО ПИСАНИЯ.
Глава 1. Красный и Синий
Прямо на севере Леса Камнебега, военный отряд кардиналов скользил в тени и выходил из нее, когда свет рассвета медленно скользил по небу. Они двигались быстро и низко, каждый мрачно держал меч в одной лапе. Их лидер, Огнеспин, крепкий кардинал, отличающийся своими большими и мощными крыльями, пересмотрел их план атаки.
— Обведите кругом лагерь, ждите моего приказа, атакуйте. Все очень просто. Все птицы поняли меня?
Хохлатые головы кивнули в ответ. Мысль о жестокости напугала молодого кардинала, он обхватил когтем рукоять меча.
— Огнеспин, а голубые сойки проснулись? Если да, то нам конец! А я не хочу умирать!
Огнеспин посмотрел на туманную землю с далекого расстояния и, взмахивая своими сильными крыльями несколько раз, попробовал убедить в этом свой отряд.
— Голубые сойки не просыпаются так рано, поэтому ни одна птица не должна погибнуть. Слышите? Мы их напугаем,
— И нам надо найти наши яйца. Мы не можем позволить никакой птице, никакой птице совершенно, похитить наше еще не высиженное чадо.
Эти слова успокоили отряд, в особенности юношу, чей вопль стих в обнюхивание и рыдание. Кардиналы были погружены в свои мысли. Все они знали, что Огнеспин был прав. Не было слышно никаких звуков, кроме их крыльев, свистящих и шелестящих на ветру, когда они летели — красные фигуры на фоне голубого неба. Они взлетели над холмами Эпплби-Хиллз и пересекли Серебряный ручей. Капли росы дрожали на тонкой траве; одуванчики и маргаритки выглядывали сквозь свои листья, чтобы приветствовать солнце. Около грани леса буковые деревья стояли неподвижно, и только утренний бриз их беспокоил. Эти деревья были древними, покрытыми мхом и лозой, наклоняясь, чтобы коснуться ветвей друг с другом. Маленькие ручьи мягко журчали, когда они струились под мглой, покрывающей землю. Но у кардиналов не было настроения, чтобы наслаждаться такими вещами. У них была миссия. Военный отряд сделал крутой оборот вдоль валуна и пролетел над Линией, границей между территориями голубых соек и кардиналов. Но когда они пересекали границу, у каждого кардинала по спине пробежала дрожь беспокойства. Они зашли на незнакомую территорию. Но примерно месяц назад ее не было. Месяц назад красные кардиналы и голубые сойки были лучшими друзьями. Их птенцы играли друг с другом; они вместе ловили креветок и кузнечиков. Но теперь все стало другим. Быстрым взмахом крыльев Огнеспин повел своих кардиналов через поворот в просвет между переплетенными деревьями.
— Живее, ребята. Вы все знаете, зачем мы пришли сюда, так что приготовьтесь. Быстрохвост, отделяйся с третью частью наших сил и обходи слева. Остальные идут за мной. Быстрые, тихие, ловкие, низкие, друзья.
В мгновение ока кардиналы разделились на три группы и отошли в тень. После пролета сквозь призрачный туман, кардиналы увидели свою цель. Их глаза заблестели, а сердцебиение ускорилось. Вместе с несколькими приглушенными словами, кардиналы резво встали в позиции, окружая лагерь голубых соек. Ни одно перышко не шелестело. Они сидели так тихо и смирно, будто статуи. Они ждали приказа Огнеспина, чтобы атаковать. Целью кардиналов были десять распускающихся дубов, скрытых за высокой, толстой стеной сосен. На небольшом лугу росли дубы, заросшие ранними весенними цветами и искрящимся росой клевером. Граница между соснами была такой плотной, что если пролететь между ними, то можно даже не увидеть дубов. Они были действительно хитро спрятаны. Эти деревья были домом племени Голубокрылых. Здесь было очень тихо. Периодически шелест крыльев и звуки дыхания нарушали тишину. Странное дерево с длинными ветвями выступало из центра рощи. На ветвях дерева происходили приглушенные разговоры. Старая голубая сойка, Гленаг, поерзала на своем насесте. Его тонкие, поседевшие плечи сгорбились. Всматриваясь через листья дуба, он увидел тусклый луч света, взбирающийся по вековым горам.
— Как долго мы можем сражаться с нашими бывшими друзьями? — старая голубая сойка округлил глаза. Он резко повернулся к лицу своего напарника, Небесного Льва.
— И как ты собираешься продолжать эту «войну»? — спросил Гленаг.
— Когда ты станешь лидером Голубокрылых, мы будем постоянно сражаться с кардиналами. Старая голубая сойка вздохнул. Его перья поникли.
— Ты принимаешь решения быстрее, чем падающий желудь ударяется об землю.
Небесный Лев пристально посмотрел на Гленага.
— Они были нашими друзьями, даже почти семьей. — сказал он. Младшая сойка в недоумении налила чашку желудевого чая для старой птицы.
Грустно покачав поседевшей головкой, Гленаг взял чай потрепанным когтем. Сойка смотрела на свое мрачное отражение в чашке.
— Помните Быстрохвоста? Того самого кардинала-тихоню? На прошлой неделе я видел его в отряде захватчиков, он кричал и орал как все остальные.
— Что ж, — хриплым голосом ответил Небесный Лев. — Мы должны относиться к кардиналам как к врагам. Воровство и грабеж — вот чем они сейчас занимаются.
Листья зашуршали, когда сменилось направление ветра.
— Правильно, кардиналы ограбили нас ценой наших перьев, но и мы тоже выполнили свою долю. Гленаг снова глянул на свет.
— Мешок сосновых семян, изюм, пучки кореньев, яблоки... Мы вернули больше, чем было украдено у нас. Невозможно сказать, что мы не воры.
Небесный Лев посмешно отклонил эту идею.
— Да, но они украли нашу голубику, наши грецкие орехи и мед! Они украли ежевику, грибы и еще много чего!
Лидер голубых соек утверждал: