Меч наемника
Шрифт:
– По крайней мере, с той стороны. Может быть, наши сумели разыскать этого проклятого Волка?
– Вот уж хотела бы я с ним встретиться.
– Да и я тоже.
Дойдя до башни, они развернулись и медленно направились обратно, поглядывая на подступы к форту. Пакс энергично повела плечом и пожаловалась:
– До сих пор болит.
– А что случилось? Ударилась?
– Нет, это Хофрин чуть не выдернул мне руку из сустава. Сегодня на занятиях по рукопашному бою он так швырнул меня… Ничего не понимаю – вроде бы и стараюсь, и все правильно делаю… Может быть, слишком
– Ну и что? Зато тебе лучше многих дается меч и другое оружие.
– Да, но Хофрин говорит…
– Знаю-знаю: каждый из нас должен сносно управляться с любым оружием и уметь вести бой голыми руками, потому что всякое может случиться. Можешь оказаться лицом к лицу с противником, а у тебя в руках ничего нет – ни меча, ни сабли, ни кинжала, ни боевого топора… что у нас там еще есть – копье, пика, лук, арбалет, палица, алебарда… Так вот, даже если ты таскаешь всю эту кучу оружия на себе, может возникнуть ситуация, когда двинуть кулаком в челюсть – самое милое дело.
– Да ну тебя с твоими шутками. Мне нравится заниматься… Особенно когда я не служу мешком для отрабатывания ударов или не летаю в воздухе, словно чучело для бросания.
– Знаешь, – заметил Сабен, – по-моему, ты действуешь слишком… прямолинейно. Начинаешь атаку и лезешь напролом, пока не…
– …пока не оказываюсь опять на земле. Да, ты прав. Хофрин мне это все время говорит. Я стараюсь действовать хитрее, но стоит мне завестись, я забываю обо всем и – бац! – получаю очередную оплеуху. Но сегодня мне уже удалось продержаться несколько минут. Может, со временем станет лучше получаться.
– Я уверен, ты всему научишься.
В это время с противоположной стены форта раздался предупредительный окрик, а затем приветственный сигнал горна. Оказалось, что в форт приехал герцог Пелан, но, пробыв всего час, поскакал со своей охраной дальше. Лишь на следующий день, сменившись с дежурства, Пакс и Сабен выяснили у Боска, что случилось.
– Оказывается, то нападение на наш санитарный обоз было не единственным, – объяснил капрал. – Вскоре на одной из дорог был разграблен большой караван, несмотря на отчаянное сопротивление охраны. Кроме того, сожжена деревня в зоне, которую прикрывают солдаты Золотой Роты, а еще эти бандиты обнаглели до того, что напали на тыловой лагерь роты Хальверика. Даром им это не прошло, лагерь устоял. Но и у Хальверика были потери. В общем, этот Волчий Принц сумел насолить всем в округе, и вот командиры договорились выделить часть своих отрядов, чтобы совместно выследить эту банду и разделаться с нею.
– Мы участвуем? – возбужденно спросил Сабен.
– Нет. Герцог выставляет отряд стрелков, а также когорту Кракольния и взвод из когорты Доррин. Нам же придется охранять все форты куда меньшими силами. Треть нашего гарнизона отправится в тот форт, где стояли ребята Доррин.
К ее разочарованию, Пакс была оставлена на старом месте.
– Ну вот, – пожаловалась она Сабену, – здесь никогда ничего не случается и не случится. А они будут выслеживать Волка и участвовать в настоящих боях.
Сабен
– Да, даже Кобен и остальные, которых переводят в другой форт, увидят хоть что-то новое. Но повоевать, я думаю, и им не придется.
Оба они ошиблись. Банда Волчьего Принца не дала покоя гарнизонам, оставленным в фортах, пытаясь грабить и терроризировать охраняемые ими деревни. Каждому гарнизону довелось поучаствовать в боях, и не один раз. Когда когорта, наконец, вновь соединилась перед маршем на зимние квартиры в Вальдайр, Пакс узнала, что погибли еще двое из ее друзей по учебному лагерю: Кобен и Сули, подружка Арни. Итак, восьмерым из первогодков не суждено было дожить и до конца первой кампании.
– Если так пойдут дела, – мрачно сказала Пакс, – через несколько лет никого из нас не останется.
– С каждым годом мы будем становиться опытнее, и потери будут меньше, – размазывая по щекам слезы, успокаивала сама себя Арни.
Даже всегда веселый Вик совершенно серьезно согласился:
– Да, придется еще многому научиться. Мы делали слишком много ошибок.
– Но ведь погибли не те, кто был слабее или глупее! – неожиданно воскликнула Пакс. – Кобен был одним из лучших, да и Эффа знала толк в деле… – Пакс уже забыла, как надоедала ей Эффа. – Нет, это нечестно!
– Согласен, – сказал Стэммел, подойдя к ней, – но слишком большую роль в нашей жизни играют случай и везение. С этим солдату приходится мириться. Умение, сила, храбрость и опыт – очень важны, но иногда случай оказывается сильнее всех этих качеств.
– Удача, случай… или воля богов? – ни к кому не обращаясь, произнес Сабен.
Стэммел пожал плечами:
– Называй как хочешь. Суть дела от этого не меняется.
Пакс все не успокаивалась:
– Но ведь у лучших должны быть лучшие шансы…
– Так и есть, Пакс, – ответил ей Стэммел. – Но шанс – еще не гарантия. Вспомни, далеко ли ты сама была от смерти в первом бою? А четверо из погибших – если говорить начистоту – были одними из самых слабых солдат. Вспомните: Илвин продолжал торчать на стене тогда, когда Боск уже предупредил о появлении арбалетчиков. Глупо. Даже Кобен – да, даже он – вспомни: он ведь так и не научился защищаться от ударов противника-левши. Так вот, левша и выбил у него щит, а затем вонзил ему меч в горло. Сули – ей не хватало ни силы, ни ловкости, и вы сами это знаете…
– Я тоже не отличалась быстротой движений…
– Но ты много тренировалась, Пакс. Занималась каждую свободную минуту. Поймите вы, мне точно так же, как и вам, больно терять друзей. Но если вы останетесь служить дальше, каждый год кто-то из друзей будет уходить от вас навсегда. Разве я могу объяснить, насколько мне больно видеть, как погибают те, кого я учил. Ведь я отвечаю за вас; каждая такая смерть – упрек мне. Что-то я вам недодал, чему-то недоучил. По возвращении в Вальдайр состоится церемониальное прощание с погибшими товарищами по оружию. Это поможет вам смириться и частично утешит вас. А думать, справедлива смерть или нет, – бесполезно.