Меч, дорога и удача
Шрифт:
Не то чтобы дорогой, но и не из дешевых.
Здесь можно было встретить жуликоватых купцов, сбывающих подгнивший товар, сержантов из стражи герцога, договаривающихся о визите проституток, а также ищущих работу наемников: от туповатых убийц до ветеранов, которые, пройдя не одну войну и сохранив на плечах голову, вдруг понимали, что ничего другого, кроме как воевать, они делать не умеют.
Именно в этом кабаке, носившем название «Бешеный осел», Каспар и набирал свои маленькие армии, предпочитая брать ветеранов. Впрочем,
– О, Каспар, дружище, привет! – кричали ему те посетители, которые хорошо его знали.
Однако он догадывался, что за глаза его здесь называли Пронырой. Многие были уверены, что Каспар знает какое-то заклинание. Что-то такое, что помогало ему избегать серьезных неприятностей, при этом сменяя команды одну за другой.
– Какое счастье для нашего заведения! – расцвел фальшивой улыбкой хозяин кабака.
– Здравствуй, Мольер, – ответил Каспар. – Как идут твои дела? Люди еще пьют вино?
– Люди пьют вино, – утвердительно кивнул Мольер. – И люди, и гномы, только они ко мне не заходят – все больше собираются в «Золотом колесе». У них там мебель маленькая – специально для этих уродов…
– Рад за тебя, – сказал Каспар и расслабленно откинулся на спинку стула, успев окинуть внимательным взглядом весь зал.
Кто-то из посетителей ему кивнул, кто-то с интересом посмотрел на знаменитого Проныру, и только двое биндюжников за столом возле входа пригнулись пониже к своей похлебке, словно пытались спрятаться на дне тарелок.
– Ты наилучший клиент, Каспар. Жаль, что давно к нам не заглядывал, – сказал трактирщик и поставил перед гостем кружку пива. – Это тебе от заведения, так сказать – в знак уважения…
– Спасибо, Мольер. Но пока я могу заплатить за себя сам.
– Ну как же, наслышаны. Выполнил работу для герцога, получил кучу золота, расплатился со всеми долгами. Все только об этом и говорят. Хорошо бы, дескать, все, как Каспар Фрай, поступали – тогда бы расцвела у нас торговля. Те лавочники, что не давали тебе в долг, теперь на себе волосы рвут.
– Ну что же – всем когда-то везет.
– Может, кому-то и везет, только тем, кто с тобой в команде, везет не очень.
– Ты как будто в чем-то меня обвиняешь, Мольер?
– Ну уж нет, этого я не говорил. Я не такой дурак, чтобы на тебя задираться. У меня еще не три головы. Вот пиво – пей на здоровье, оно для тебя дармовое. Я все равно не возьму с тебя сегодня ни одной медяшки.
– Спасибо, добрый Мольер.
6
Биндюжники возле двери торопливо доели похлебку, расплатились со слугой Мольера и вывалились на улицу.
Каспар, только для вида приложившийся к кружке с бесплатным пивом, кивнул на прощание Мольеру и последовал за биндюжниками.
Выйдя из заведения, он огляделся,
Громилы подошли к гостиничному окну и, указывая в сторону «Бешеного осла», что-то наперебой стали рассказывать невидимому собеседнику. Наконец Каспар заметил и его. Неизвестный показался из окна, но лицо его было скрыто под черным капюшоном.
Человек в капюшоне что-то сказал, громилы согласно закивали и быстро пошли в направлении рыночной площади.
Каспару снова пришлось увязаться за ними и следовать на безопасном расстоянии. Уж кто-кто, а он хорошо знал, что подобные игры в прятки заканчиваются ударом ножа из-за угла.
Проводив живописную парочку до площади, Каспар оставил их, поскольку громилы купили большой кувшин дешевого вина и отправились в сторону бедняцкого квартала.
Чтобы выявить других возможных лазутчиков, Каспар пошел домой окольными дорогами. Он прошел по улице Портных, миновал квартал полотняных лавок и Кузнечную улицу.
На Коровьей площади он задержался дольше, выпил травяного чая под козырьком небольшой хлебопекарни, затем у фонтана покормил крошками голубей и все это время будто бы лениво смотрел по сторонам. Такая тактика давала результаты. Каспар приметил по крайней мере трех лазутчиков, которые действовали умело, однако не настолько, чтобы их не заметил Каспар Проныра.
Бросив птицам остатки хлеба, он поправил на поясе ножны и скорым шагом отправился домой.
Уже оказавшись на своей улице, он попробовал посмотреть на свой дом глазами возможных злоумышленников.
Каменный, в полтора человеческих роста забор, тяжелые кованые ворота и толстые стены дома с узкими, похожими на бойницы окнами, выходившими на улицу. Окна были только на втором этаже, по соображениям безопасности.
Стеклянные витражи были прикрыты коваными решетками, способными остановить камень, но не защитить от стрелы.
Когда-то улица Бычий Ключ находилась на окраине города, и в те времена такая крепостная архитектура была нелишней. Впрочем, даже теперь она нередко оправдывала себя, и Каспар был благодарен за это неизвестным строителям дома.
Крышу дома-крепости помимо кровли прикрывали самокатные бревна, которые свободно вращались на специальных осях. Если кто-то пытался взобраться на крышу, чтобы оттуда напасть на обитателей жилища, то он ломал себе ноги, а то и срывался вниз, на венчавшие ограду металлические пики.
Такое на памяти Каспара тоже случалось.
– Как прогулялись, ваша милость? – спросила Генриетта, когда Каспар вошел в дом.
– Прогулялся хорошо. Погода замечательная, люди веселые. Выпил в «Бешеном осле» кружку пива, покормил крошками голубей на площади, – сообщил Каспар, передавая Генриетте сначала шляпу, а затем плащ.