Меч чародея

Сухинов Сергей Стефанович

— Ничего, это только волк, — с усмешкой успокоил его Гуд и взмахнул над головой топором. — Давненько мне не приходилось драться с волками! Так и совсем поржаветь можно. Но Изумрудик прав — имя Владыки Тьмы попусту упоминать не стоит.

Рассевшись в лодке на трех широких скамьях, путники отошли от причала. Аларм поставил парус против ветра, и плавание в тумане началось. Гуд со Страшилой затеяли очередной спор, а Том с Пеняром возились между скамьями, мешаясь у всех под ногами.

Однако довольно скоро все пассажиры лодки почувствовали что-то неладное. Ветер

то и дело менял направление, и Аларм не успевал отслеживать его парусом. Наконец он огорченно сказал:

— Кажется, я потерял направление…

Страшила пренебрежительно махнул рукой.

— Не огорчайся, куда-нибудь да приплывем, — заявил он. — Слава Торну, мы не на море. А озеро не больше трех миль в ширину. Подумаешь, три мили!

Гуд покачал головой.

— А по-моему, мы кружим на одном месте, — с тревогой сказал он. — И плеска волн у берега не слышно. Э-эх, если бы не туман, мы могли бы воспользоваться волшебной трубой!

Аларм стиснул зубы исосредоточился на управлении парусом. Но как им управлять, если ветер словно в хороводе ходит кругами? Наконец юноша оставил парус в покое.

— Дальше пойдем на веслах, — сказал он. — Этому ветру я больше не доверяю. Гуд, помогай.

Мальчик и железный человек взялись за весла и стали дружно грести. Страшила перебрался на корму — к рулю. Волны усилились, но лодка явно прибавила ходу, и, казалось, теперь ее ничто не могло остановить.

Прошел час, другой… Аларм устал, но Гуд неутомимо работал веслами, что-то негромко напевая себе под нос. Вот-вот из тумана должен был выплыть лесистый берег… вот-вот…

Аларм вдруг перегнулся через борт и вытащил из воды большую ветку.

— Я уже видел ее в самом начале пути, — сказал он взволнованно. — Точно, это была она! Но тогда выходит, что мы продолжаем кружить на месте! Чудеса, да и только…

Страшиле очень хотелось сказать, что он, мол, предупреждал, что он предостерегал, — но соломенный человек сдержался. Аларму и без того было не весело.

Гуд опустил весла.

— Раз мы все время делаем что-то не то, лучше вообще ничего не делать, — предложил он. — Может быть, нас прибьет к берегу течением, если ветер сжалится…

Он замолчал, почувствовав, что ветер внезапно стих. Волны быстро улеглись, и наступил полный штиль.

Аларм ощутил сильную усталость. Он зевнул раз, другой и стал усиленно тереть глаза.

— О-ох, как хочется спать… — пробормотал он. — Друзья, я чуть-чуть вздремну…

— Конечно! — воскликнул Страшила, улыбнувшись. — Мы с Гудом будем о-о… начеку-у-у…

Изумрудик встрепенулся. Он не понимал, что с ним происходит. В его нарисованных глазах как-то странно темнело, голова кружилась… он словно проваливался в какую-то бездонную яму…

— Эй, что со мной… — забормотал Страшила. — Я словно куда-то уплываю… Гуд, дорогой, помоги!

Изумрудик с большим трудом различил, что Гуд сидит на соседней скамье, бессильно свесив голову и издавая какие-то странные хрипящие звуки. Изумленный Страшила понял, что Гуд спит! Железный Дровосек спал, словно обычный Жевун или Марран! Но тогда выходит, что и он,

Страшила… ну конечно же, он засыпает… засыпает… впервые в жизни…

Если бы Изумрудик был в состоянии заглянуть под скамью, то он обнаружил бы, что Том с Пеняром тоже дружно сопят, привалившись к бортам лодки.

И все они видели сны — странные, завораживающие…

Аларм увидел себя стоящим на хрустальных ступенях чудесного дворца, переливающегося сиянием алмазов и рубинов. Двери дворца распахнулись, и к нему навстречу стала спускаться ослепительной красоты девушка, одетая в черное, расшитое жемчугом платье. Голову красавицы венчала высокая, ослепительно сияющая корона. А вокруг царила глубокая тьма, и даже сияние дворца не могло рассеять ее… Девушка улыбнулась, протянула к нему руки, но вдруг отшатнулась с испуганным криком. Откуда-то с темного неба на ступени опустился странный крылатый человек, похожий на большую ящерицу. Выхватив из-за пояса меч, человек-ящер преградил ему путь…

Гуду приснилась его родная деревня Сосенки. Но какой же запущенной и мрачной она теперь стала! Вокруг опустевших, заколоченных домов теснились огромные ели, улочки заросли странной колючей травой… Несколько низкорослых существ в черных плащах теснились на крыльце одного из домов, взламывая железными палками дверь. Вот они с пронзительными воплями ворвались внутрь и выволокли оттуда пожилую седую женщину. Чем-то она была ему знакома… очень знакома… А над крышей, хохоча, летала на метле сама Бастинда, грозя кому-то кулаком.

Страшила видел свой первый сон, и он оказался светлым и в то же время грустным. Изумрудик шел по золотистому пшеничному полю и вел за руку двух детей — светловолосую девочку и темноволосого мальчика. Ребятишки весело смеялись, пытаясь дотронуться ручонками до бабочек, круживших в воздухе. А он, Страшила, почему-то плакал — первый раз в жизни. С неба навстречу им спустилось белое облачко и на нем стояла… нет, это была не Элли, а волшебница Стелла…

Сон Тома оказался очень забавным. Медвежонок увидел себя — ха-ха, самым настоящим живым существом, из мяса, костей и крови. Но почему-то, хи-хи, он превратился не в могучего медведя, а принял облик стройного, некрасивого юноши с застенчивой улыбкой и неуверенным взглядом… И этот юноша, закованный в серебристые доспехи, ехал по полю, окутанному мглой, держа тяжелое копье наперевес… И конь был не просто конь, а Джердан, старина Джердан!.. Медвежонок заходился от хихиканья, видя во сне эту ну просто невероятную сцену.

А Пеняру привиделось, что он стал царем леса. Могучие дубы склонились до земли, приветствуя его, простого пня без роду и племени. А затем он врос своими коротенькими корнями в землю, и из его плоской, изрубленной мечами макушки внезапно появился зеленый росток…

Сильный порыв ветра разом разбудил всех. Лодка резко качнулась, и нос ее с глухим звуком ударился обо что-то твердое.

Сидящий впереди Аларм первым открыл глаза и увидел, что они причалили к берегу. Широкие гранитные ступени вели к куполообразной беседке, а чуть поодаль от нее начинался древний лес.