Меч Белогора

Хабибулин Юрий Далилевич

Евгений оказался мастером своего дела. Укола я почти не почувствовал. После обработки ран ватками, жидкостями, мазями и последующей перевязки, доктор позволил мне одеться и сесть. Затем, уселся сам, заполнил какую-то бумажку и неторопливо высказался

– В принципе, молодой человек, вы легко отделались. Ранения в мягкие ткани, кости и сухожилия не задеты, мышцы чуть-чуть, по касательной. Думаю, обойдётся без осложнений, если вы, конечно, будете выполнять мои предписания и беречь пострадавшие конечности.

Новый

знакомый придвинул мне листок, заполненный корявым и трудночитаемым почерком, каким обычно пишут медики, затем помолчал с минуту и осторожно спросил

– Может, кто объяснит, что произошло? Почему человека пытались убить этой саблей? – Евгений небрежно кивнул на катану, - или он на дуэли дрался, - насмешливый взгляд в мою сторону, - из-за дамы, поруганной чести? А, понял, это просто неудавшаяся попытка харакири? Изучаем японские ритуалы в натуре? И почему молодой человек, - Евгений взглянул на Маршавина, - не захотел обратиться в больницу? Что тут за тайны мадридского двора?

Профессор негромко фыркнул

– А то ты до сих пор не привык, что я всё время с тайнами связан? Работа у меня такая. Со всякими чудесами, магией, колдовством и злодеями, - Игорь Леонидович ухмыльнулся, - вот и сейчас разбираемся в одной тёмной истории. И ты можешь нам помочь.

Я вопросительно глянул на Маршавина, - стоит ли втягивать в эту далеко небезопасную авантюру ещё одного человека? Он своё дело сделал, помог и сейчас может спокойно уйти, не забивать себе голову чужими и совсем ему ненужными проблемами…

Профессор энергично шлёпнул ладонями по столу, поднялся с кресла и сообщил

– Вот что, друзья мои, во-первых, я сейчас быстренько сделаю вам свой фирменный чаёк. Возражения не принимаются! Выпьем, потом посидим и поговорим о том деле, в котором мы с Сергеем сейчас пытаемся разобраться.

– Ты ж любишь всякие загадки, ребусы, кроссворды? – обращаясь к Евгению, добавил хозяин кабинета, подходя к столику с чайными принадлежностями.

– Люблю! – охотно подтвердил военврач, - особенно загадочные случаи с твоими клиентами.

– Я думаю, мой дорогой доктор Ватсон, ты правильно поступил, что приехал, - напустив на себя таинственный вид, шутливо сказал Маршавин, - к тому же, ты убедился, что человек действительно нуждался в твоей помощи.

Успокаивающе посмотрев на меня, профессор продолжил

– Женя – мой лучший друг. Он мне часто и бескорыстно помогает в делах, примерно так же, как доктор Ватсон помогал Шерлоку Холмсу. Разве что поканичего не пишет. Но, возможно, когда-нибудь сподобится.

Доктор саркастически прищурился, но ничего не сказал.

– Кстати, - выждав небольшую паузу, которая сопровождалась бульканьем разливаемого по чашкам горячего напитка, - снова заговорил Маршавин, обращаясь ко мне, - как ты думаешь, сколько лет Евгению?

Совсем

лёгкий вопрос! Я посмотрел на развалившегося в соседнем кресле эскулапа – густые, чуть вьющиеся каштановые волосы без единого седого волоска, худощавое, но крепко сбитое тело, сильные жилистые руки с большими ладонями, но удивительно тонкими и длинными, как у музыканта, пальцами. Ногти коротко пострижены. Узкое волевое лицо с близко посаженными голубыми глазами, чуть пухлые губы, прямой нос. По походке и движениям, похоже, бывший спортсмен. На глаз, лет 45 - 50.

Я уже было открыл рот, собираясь высказать свои предположения, как вспомнил о возрасте Маршавина. Неужели и этот… тоже такой… хорошо сохранившийся… старичок?

Профессор, раскладывая в вазочки печенье и сахар, покосился на меня, подмигнул

– Ладно, дед Пихто, скажи ему, сколько тебе лет. Не стесняйся! Сколько мне, он уже знает.

Доктор придвинулся к столу, осторожно взял двумя пальцами белую фарфоровую чашку с горячим чаем. Несильно подул, сбивая в сторону струйку поднимающегося к потолку белого пара. Подождал чуть, затем отпил глоток и причмокнул губами

– Ах и вкусно же твоё колдовское зелье, господин волшебник!

Он прикрыл глаза и несколько секунд сидел, расслабившись, впитывая всеми клетками тела энергию маршавинского коктейля из лесных трав и наслаждаясь приятными ощущениями. Затем посмотрел на меня, и отчётливо выговаривая слова, произнёс

– Часто то, что на первый взгляд, кажется абсолютно понятным и простым, на деле оказывается ошибочным из-за всяческих, привычных людям, штампов. Человек в тридцать лет должен выглядеть молодым, крепким и здоровым, а в семьдесят – старым, больным, разбитым? А, собственно, почему?

Разве мало попадается сейчас совсем молодых людей, которые ненормальным образом жизни, бездумным поведением довели себя до состояния полной развалины? Минимальный ресурс человеческой жизни 140-150 лет. Он может быть и в несколько раз больше, если соблюдать некоторые простые правила.

Маршавин сердито буркнул

– Слушай, ты ему лекции потом читать будешь. Если захочет и сам попросит. Забыл наше первое правило – никому ничего не навязывать? Скажи просто – сколько тебе лет. И всё.

– Ну вот, взял и всё испортил. Юноша мне понравился, и я захотел его чуть-чуть просветить.

– Ты его так не просветишь, а отпугнёшь.

– Ну, хорошо, убедил - расстроенно вздохнул Евгений, - только говорить я ему ничего не буду, пусть лучше посмотрит.

Доктор залез в нагрудный карман рубашки, достал паспорт и протянул мне.

– Открой и посмотри сам, а то мне надоело, когда меня слушают и кивают, а в душе считают обманщиком.

Я попытался возразить, что я, де, не такой, но Евгений отмахнулся