Меч Баа Ци
Шрифт:
— Думай сам, Асламбек. Или ты уже не Асламбек, а Визирь? Я не стану призом в твоей игре. Так что твоя победа обречена на бессмысленность. У тебя еще пять минут все отменить и выйти из игры. Затем я буду не в силах тебе помочь и скажу откровенно: на этот раз все переменилось, никто уже не станет тебя щадить, когда твою команду перебьют, а ты останешься один, зажатый в углу, точно крыса, беспомощный и смешной. Время пошло, Аслами, думай!
— Я… подумаю, — ответил Асламбек и сглотнул слюну. До него только сейчас дошло, что говорил по сути с покойницей. Бояться мертвецов давно не боялся — когда те лежат в луже крови на позиции. Но вот так… чтобы мертвец говорил и убеждал, на родном давно полузабытом языке, полузабытым голосом. Он шумно вздохнул, зажмурился, снова
Он немного подождал, втайне надеясь, что сестра еще вернется и скажет что-то ободряющее. Но зеркало осталось обычным зеркалом. Визирь пожал плечами, поправил автомат за спиной и повернулся к выходу.
Даже через плотные двери и стены с улицы долетел отчаянный женский крик. Команда всполошилась, кто-то примкнул к окошку, стараясь разглядеть, что происходит во дворе. Но плотный туман мешал что-то различить.
Крик услышал и Герди. Он в этот момент едва ли не наощупь продвигался к тренажерному залу Визиря через совершенно безлюдный город. Временами ему казалось, будто где-то вдали слышатся шорохи, непонятная возня и даже легкое рычание. Вспоминая встречи с Темными лошадками, он на всякий случай держал меч убитого Суператора наготове.
Амада, так звали его клинок. Имя было нанесено на рукоять изящными латинскими буквами. Оружие вселяло уверенность в свои силы. Хотя рассудок и говорил, что меч будет не лучшей защитой, встреться на пути хотя бы один арбалетчик Ордена, не говоря уже о кровожадной Темной душе.
Уже когда подходил к двору Визиря, Герди наконец заметил движение: у входа в подъезд девятиэтажки что-то мерно двигалось. Сначала он хотел окрикнуть незнакомца. Но потом понял, что это совсем не человек. Нечто огромное, двуногое. Отдаленно оно напоминало Темную лошадку, да только ростом удалось раза в три более и с такой пастью в яйцевидной голове, сразу уходящей в ноги, что становилось ясно — это хищник и рассматривает окружающих он только с позиции сожрать сейчас или оставить на потом. Но самое жуткое — существо тоже заметило Герди и вперило в него свои огромные лягушачьи глаза навыкате. Тот покосился на свой меч, внезапно превратившийся в самоощущении из грозного оружия в бесполезную железку. А потом рванул прочь по улице, в сторону спасительных подъездов. Чуть припоздав, следом устремилось чудовище, раскидывая попавшиеся под ногу автомобили, точно игрушечные.
Беглец с пинка выбил дверь ближайшего подъезда — к его счастью, она была деревянной, хотя остальные имели солидную металлическую защиту от взломов. Далее — по ступенькам вприпрыжку вверх. В спину ударила волна воздуха и дикий рев разъяренного существа, у которого отобрали вкуснейший кусок мяса.
Герди понял, что тварь не сумеет просунуться далее, остановился на втором этаже, переводя дух. Впервые он бежал с такой дикой скоростью. Теперь организм раздирало от выплеснутого в кровь адреналина.
Чудовище еще немного пожамкало пастью, выдрав с корнем дверь. Но пролезть далее ему не удалось. Потоптавшись на месте, оно развернулось, шумно вдохнуло воздух широкими ноздрями… И стремительно понеслось прочь.
А затем раздался дикий женский визг.
«Кому-то не повезло», устало подумал Герди, тяжело опираясь на Амаду. Меч он так и не выбросил по дороге, собираясь, если тварь все же нагонит, хотя бы ткнуть ее напоследок в пасть. Вдруг да поранит.
— Помогите! Да помогите же! — отчетливо прокричала неизвестная. Далее с рычанием отчетливо щелкнула пасть твари, но голос не унимался. Герди сделал еще несколько глубоких вдохов, собираясь с мыслями. Крики продолжались.
Еще немного пометавшись, Герди выругался и нехотя направился к выходу. Посмотреть, кто там так орет.
Чудище пыталось кого-то достать между стеной трансформаторной будки и припаркованным к ней КамАЗом. Собрав последние остатки смелости, Герди ринулся к твари, попутно
"Как бы не обделаться от таких приключений", подумал победитель, еще не до конца осознавая, что вышел из схватки победителем.
— Выходи, я его убил! — крикнул Герди неизвестной. И сразу же из-под машины показалась грязная фигурка в ободранном платье. Осмотрелась затравленно вокруг, лишь затем подняла лицо на человека. Он узнал ее. Это была та самая девушка — хозяйка квартиры, в которую влетел, упав с троса, Мечтатель. Герди протянул ей руку, но она, словно ее и не заметив, вылезла из укрытия, постоянно оглядываясь и поманила за собой, припустив по двору к тренажерному залу Визиря. Там у входа уже стояли люди с оружием, всматриваясь в закрытую молочным туманом округу. Гром узнал бегущую родственницу, окрикнул по имени и вскоре уже заключил в объятья. Девушка не скрываясь, отчаянно ревела в три ручья. Следом за ней к компании подошел и Герди с мечом наизготовку.
— Прекрасный бой, достойный рыцарь Хвои! — раздался негромкий голос в спину. А через миг сквозь пелену тумана показался всадник на черном коне в парадных доспехах Ордена золотых знамен и с закрытым шлемом.
— Спасибо, — на всякий случай ответил на комплимент Герди. Но гость уже потерял к нему интерес, повернув голову в сторону Визиря.
— Готовы ли твои люди начать игру?
— Готовы, — без тени сомнений ответил Визирь.
— Отлично, — прошипел всадник. — Тогда пора начинать! Ваша задача — добраться до подземелий с горячими трубами. Твой рыцарь Хвои знает, где это. Вы должны пройти это подземелье до конца. Там в конце будет Золотое знамя. Захватишь — выиграл. Все понятно?
Визирь переглянулся с Герди, взглядом спросив, знает ли тот про обозначенное место. Теплотрассу тот помнил, поэтому коротко кивнул. Визирь ответил гонцу:
— Все понятно!
— Хоррошо! — радостно прошипел рыцарь Ордена, хватая с пояса изящно изукрашенный рог. Он поднес его к шлему и дунул что есть мочи.
По туманным улицам мертвого города пронесся утробный звук начинающейся охоты.
Глава 60. Начало положено
Страшила встречал утро в позе лотоса, закрыв глаза. Много чего в свое время попробовал от мучавших его кошмаров и головных болей — следствия контузий. По неврологам ходил, их младшим братьям мануальным терапевтам и даже совсем не братьям от восточной весьма сомнительной медицины. В итоге, как ни странно, лучшим средством оказалась обычная медитация. Садишься в позу лотоса, благо кикбоксерское прошлое позволяло это делать без проблем. И не думаешь ни о чем.
Сейчас его безмятежное безмыслие прервали шаги по гальке. Страшила приподнял глаз, рассмотрел идущего к нему Восолапа с багром наперевес.
— Эк тебя раскорячило, — сочувственно сказал ему псевдоколдун. — Ну да ничего, сейчас палку промеж ног просуну, надавлю, как рычагом, мигом выправим походку!
— Я тебе сейчас мозги этой палкой вправлю, — пообещал в ответ Страшила, приподнимаясь с насиженного места и расправляя с хрустом ноги. Поняв, что помедитировать ему не дадут, он направился к костру, у которого сидели остальные компаньоны. Вахтер помешивал варево — куски медвежатины с диким луком и чесноком. Мараш с сыном ловко вырезали ложки из загодя нарубленных чурок. Рядом с ними стопкой красовались уже готовые глубокие тарелки для похлебки. Страшила взял одну, осмотрел, кивнул с уважением: так быстро и ловко соорудить красивую посудину из дерева было достойно всяческого уважения.