Меч Алдонеса

Брэдли Мэрион Зиммер

Он смущенно улыбался мне. Я немного пришел в себя.

— Извини, Мариус. Ты был совсем ребенком и так здорово изменился… Ну…

— Поговорим потом, — быстро произнес он. — Тебе надо пройти таможню и все прочее. Я просто хотел первым тебя встретить… Что с тобой, Лью? Ты нездоров?

Я тяжело оперся на его напрягшуюся под моим весом руку. Головокружение наконец прошло.

— Это все прокаламин, — объяснил я. В его глазах засветилось понимание. На космических кораблях всех пассажиров перед полетом накачивают

прокаламином, чтобы легче перенесли перегрузки и не развалились на составляющие. А у меня еще и аллергия на препарат.

Я перехватил его искоса брошенный взгляд и помрачнел еще больше.

— Что, я так скверно выгляжу? Конечно, когда ты меня видел в последний раз, вторая рука была еще цела, да и лицо не исполосовано. Что ж, можешь теперь рассматривать, сколько влезет…

Он тут же отвел взгляд, но я крепко взял его за плечи и повернул к себе.

— Смотри, смотри, я ничего не имею против, — предложил я, смягчившись. Лучше так, чем все время коситься на меня украдкой. Ты что, черт побери, думаешь, я не замечаю этих твоих взглядов?

Он немного расслабился и с минуту изучал мое лицо. Затем улыбнулся.

— Да, не очень красиво. Но ты ведь никогда не был красавцем, насколько я помню. Ладно, пошли.

Я посмотрел на небоскреб имперской администрации, затем на высокие здания Торгового Города. За ними вдали виднелись зубчатые отроги горного массива, а над равниной возвышался Замок Комин, над которым доминировал длинный шпиль Башни Хранительниц.

— Совет Комина уже собрался в Тендаре? Мариус отрицательно помотал головой. Я все еще никак не мог привыкнуть к мысли, что передо мной мой брат. Я не чувствовал этого.

— Нет, — сказал он, — они намерены собраться в Закрытом Городе. Лью, ты, случайно, не привез с Терры никакого оружия?

— Черт, конечно, нет. На что оно мне? К тому же оружие считается контрабандой.

— Значит, ты прибыл совсем без оружия?

— Да. На большинстве планет Империи запрещается носить оружие, так что я утратил эту привычку. Почему это тебя так интересует?

— Я достал себе оружие в прошлом году, — хмуро сказал он. — Переплатил за него вчетверо. Я думал… Погоди, это же тебя вызывают по внутренней трансляции!

Действительно, голос из динамика выкликал мое имя. Я медленно направился к низкому белому зданию таможни. Мариус плелся сзади. Он кивнул дежурному офицеру и прошел внутрь. Мой багаж уже был на транспортере. Чиновник взглянул на меня безо всякого интереса.

— Льюис Элтон-Кеннард-Монтре-Элтон? Прибыл в Порт-Чикаго на «Южном Кресте»? Техник?

Я отвечал утвердительно; потом показал ему пластиковую карточку — мое удостоверение техника по матрицам.

— Придется проверить через главный компьютер, — заявил терранский чиновник. — Это займет часа два. Мы вас потом вызовем.

Затем он достал готовый бланк декларации:

— Готовы ли вы официально засвидетельствовать

и подтвердить, что в вашем багаже нет дезинтеграторов, бластеров, ядерных изотопов, наркотиков, а также опьяняющих и легко воспламеняющихся веществ?

Я подписал декларацию. Он включил экран аппарата для просвечивания багажа; на экране ничего не появилось — я был уверен, что так оно и будет. Все, что он перечислил, производилось на Терре; по официальному соглашению с Хастурами Империя брала на себя обязательство не допускать проникновения подобных вещей на планеты Лиги Дарковера и вообще куда бы то ни было, помимо Торговых городов. Все это считалось здесь контрабандой и перед доставкой помечалось радиоактивными изотопами.

— Желаете что-нибудь предъявить для досмотра?

— У меня есть бинокль земного производства, фотоаппарат и полбутылки вэйнуолского фири, — заявил я.

— Давайте посмотрим.

Он открыл мои чемоданы. Я почувствовал, как внутри все напряглось. Именно этого я и опасался.

Может, надо было дать ему взятку? Но это означало — если он окажется честным — штраф и занесение в черный список. На такой риск я пойти не мог.

Он мельком глянул на фотоаппарат и бинокль. Оптика с Терры — предмет роскоши, и ее всегда облагают высокими таможенными пошлинами.

— Пошлина в десять рейс, — заявил он, отодвигая в сторону стопку одежды. Если фири меньше десяти унций, тогда ввоз бесплатный. А это что такое?

Я думал, что прокушу себе губу, когда он схватил этот сверток. Казалось, сердце сжала чья-то рука. С трудом сглотнув, я сказал:

— Не трогайте!

— Какого… — он извлек сверток из чемодана. Мне словно гвоздь вогнали в череп. Он начал разворачивать сверток: — Контрабандное оружие, а? Вы… черт, да это же меч!

У меня перехватило дыхание. Синие кристаллы на рукояти словно подмигивали мне. Вид чужой руки, сжимавшей мой меч, причинял мне невыносимые страдания.

— Это… семейная реликвия. Досталась мне по наследству.

Он странно посмотрел на меня.

— Ну, ладно, ладно. Я просто хотел убедиться, что это не контрабандный бластер или что-нибудь в этом роде.

Он вновь завернул меч в кусок шелка, и я наконец смог перевести дыхание.

Мариус уже ждал меня. Мы двинулись к стоянке флаеров.

Глава II

Гостиница «Небесная гавань», на редкость безвкусно обставленная и дорогая, мне совершенно не понравилась, однако здесь явно не грозила встреча ни с кем из членов Комина, и это было самое главное. Нас проводили в два маленьких кубических помещения, которые на Терре-Земле именуют комнатами.

Я привык к подобным жилищам и чувствовал себя вполне сносно. Но, запирая двери, с внезапной тревогой повернулся к Мариусу:

— Клянусь адом Зандру, вылетело из головы! Тебе здесь не будет плохо?