Мчс для разбитых сердец

Чар Элен

Ласковые руки продолжили свое путешествие и зарылись в прическу, выбрасывая все шпильки, давая волосам долгожданную свободу. Тимофей не спешил, словно смаковал каждое мгновение. Наполняя им и меня. В какой-то момент я почувствовала внутри пустоту.

Все бабочки разлетелись, не выдержав накала чувств и жара, поднимающегося из глубин. Он словно лава медленно заполнял каждую клеточку тела, словно клеймя одним мужчиной. Моим мужчиной.

Голова кружилась, ноги подгибались, но крепкие, горячие руки не давали упасть. Все теснее и

теснее прижимая меня к себе. А и не против. Мне хочется прорасти в него каждой клеточкой.

Между нами словно разряд тока прошел. Прижав меня еще сильнее, через мгновение Тимофей отступил.

Все еще держа меня, давая время вернуться на землю, лбом уперся в мою макушку:

— Тасенька, спасибо, любимая. Ты сделала меня самым счастливым мужчиной на всей планете.

Глава 18

Тимофей

Можно ли быть счастливее человека, услышавшего «да» от любимой? Вряд ли. Что с этим может сравниться? Раньше думал, что полное счастье — это когда кого-то спасаешь. Теперь сомневаюсь. Это здорово, это радостно. Но счастье вот оно, тихонько сопит у меня на плече на высоте многих километров над землей.

Замучил я ее сегодня. Блин, я не так представлял нашу поездку. Так хотел показать красивейшие города, но спина, чтоб она здорова была, так не вовремя потребовала покой.

Тасенька, расстроилась, хоть и старалась держать все в себе. Но с ее живой мимикой разве можно скрыть очевидное? И Париж уже не так ее впечатлял, как Будапешт. И рисунки уже не такими эмоциональными были.

Да, она в них погружалась ненадолго, а после как потревоженный зверек испуганно вскидывала голову пристально глядя на меня.

Кто бы мне сказал, что буду понимать эмоции рисунка. Рассмеялся бы в лицо. Это же бред. Что по той краске можно понять? Вот лица живых людей — это да. Это можно. Глупец. Я и без красок по одному лишь карандашному наброску все понимать стал.

И вот о какой романтике можно говорить в таких условиях? Весь день, как на иголках. В последний момент даже передумать хотел. А смысл? После такого ужасного путешествия признание выглядело дурацким.

Но ее чувство свободы, там на смотровой площадке, подстегнуло меня. И как же я этому рад. Не представляю, когда бы смог решиться на это снова.

Хотел привезти из путешествия невесту и везу. И первым делом в ЗАГС подавать заявления. И так из-за моей глупой гордости целый год потеряли.

— Привет, мой хороший, — Тася сидела посреди прихожей не в силах оторваться от этого уже не комка, а мешка шерсти. — Как ты тут?

— Тась, да все с ним в порядке. Ты посмотри он еще толще стал. Скоро лопнет.

– Это ты из зависти так говоришь, — показала язык и спряталась в густую шерсть питомца.

— Вот еще, — фыркнул и ушел на кухню разобрать пакеты с едой из ресторана.

— Не обижайся, я по нему соскучилась, —

теплые маленькие ладошки мягко скользнули, обняли меня за талию.

— Солнышко, я не обижаюсь. Я и сам по нему немного скучал. Привык, что вечно под ногами путается.

— Я поняла, ты голоден. Хочешь кофе тебе сварю?

— Хочу. И да, ты права. Поэтому едим и хоть пару часиков поспать. Впереди масса дел.

— И чем ты займешься?

— Для начала мы едем в ЗАГС и подаем заявление, потом поедем к родителям. Порадуем их приятной новостью. А потом… — ненадолго задумался.

— Да, что потом? — божественный аромат кофе наполнил кухню

— Вы будете с мамой обсуждать подготовку к свадьбе, а мы с отцом уйдем беседовать. Долго. И вернемся к вам, скорей всего, не очень счастливыми.

— Почему? — она не донесла чашку ко рту. — Ты откажешь отцу?

— Нет. Я возьму на себя управление ресторанами. Тасён, давай потом об этом поговорим. Хорошо?

— Конечно, — встала собрала посуду со стола, отвернулась к раковине.

Я видел грусть в ее глазах, но у меня нет ни малейшего желания обсуждать дела. Не сейчас. Я потом все ей расскажу, чтобы не думала глупости и не волновалась.

А еще занять ее надо чем-то полезным. Островский оказался важнее Таси, и сейчас, моя девочка, безработная. Я понимаю, что с ее способностями это ненадолго. Но лучше ее в какое-то нужное русло направить. Чтобы и делом занята была и в семье. Не хочу ее делить ни с кем.

На удивление в ЗАГСе мы все решили быстро. День не выбирали, в первый свободный записались. Мне кажется, что я могу бесконечно смотреть в счастливые глаза моей девочки.

— Тасенька, как же я тебя люблю, — не сдержался остановился, выйдя из ЗАГСа и поцеловал сладкие губы, так доверчиво тянущиеся за лаской. — Теперь к родителям?

— Поехали. Думаешь они обрадуются?

— Я в этом просто уверен, солнышко. Ты очень им нравишься. Впрочем, ты всем нравишься.

— Не всем, из галереи меня уволили, — ее грусть болью отозвалась в моем сердце.

— Тасёнок, это они из зависти. Все наладится, вот увидишь.

— Ага, — больше она ничего не сказала до самого дома родителей.

Нас ждали и готовились к встрече. Мама расстаралась нас угостила от души. Я решил сразу не говорить о том, что мы женимся. А то, поесть мама не даст спокойно сразу начнет о приготовлениях переживать.

— Мам, пап, у нас хорошие новости, — после плотного обеда сидя в гостиной и держа Тасю за руку я решил, что пришло время.

— Наконец-то. Я так рада за вас дети, — мама даже договорить не дала.

— Мам, я еще не сказал, что за новость.

— И не надо, я сразу по колечку на пальце догадалась, — она обняла Тасю поцеловала. — Все ждала, когда же признаетесь.

— От тебя ничего не скрыть, — блин не приятно, когда попадаешься на простейшем.

— Просто я мама. И когда свадьба?