Мчс для разбитых сердец
Шрифт:
В углу нахожу мужчину тоже без сознания. Надел маску. Закинув руку себе на плечо волоку в сторону выхода. Спуск по лестнице. Черт, как же не удобно-то. Рядом что-то обваливается и придает мне ускорение.
— Тимофей идить твою налево! Ты что творишь!
— Егорыч, спокойно мы выходим уже по лестнице спускаемся.
— Ты у меня машины драить будешь!
— Как прикажете, — мы с ним давно и безуспешно меряемся силой. Я знаю, что мы должны быть вместе с Женькой и находить людей, и выводить. Но не сейчас, когда счет
До выхода осталось всего ничего, даже Женьку вижу спешащего ко мне. Резкое движение привлекает мое внимание, и я вижу, как горящая балка летит прямо на нас. У меня есть одно мгновение чтобы, вложив все силы оттолкнуть от себя мужика как можно дальше.
Таисия
Что лучше всего помогает отрешиться от боли и мира? В моем случае рисование, убийственный запах растворителя вмиг выветривает дурь из головы. Сейчас я рисовала чтобы занять руки и успокоить ум и сердце.
Я не понимаю, как он мог признаваться мне в любви и тут же ехать среди ночи к другой. Карина красива той роковой красотой, от которой мужчины теряют головы, а женщины зеленеют от зависти.
Не верить Тиму у меня нет оснований, но это не означает, что легко забуду произошедшее. Да и гонять по кругу одни и те же мысли ни успокоения, ни понимания не принесет.
На холст ложились грязные и темные цвета, смешивались хаотично, резкими и ломанными линиями. Боль и сомнения поселились в моем сердце, а мне нужно доверие и любовь.
Сама не заметила как погрузилась в себя отрешившись от всего. В реальность вернул звонок. За окном ночь непроглядная, а на часах час ночи.
— Привет, милый, — не ожидала, что Тим позвонит среди ночи.
— Эм, Таисия, простите это не Тим, я его друг и напарник, Евгений, — сердце ушло в пятки и стало как-то трудно дышать. Чувство беды проникло в каждую клеточку моего тела.
— Да, — голос охрип от страха.
— Таисия… простите, что с плохими новостями…
— Да говорите, что случилось! — сейчас попытка подобрать слова бесила и была неуместна.
— Тим в больнице, в неотложке. На операции. Несчастный случай на работе.
— Еду, — голос звучал глухо, был каким-то чужим. Сбросила звонок и пустым взглядом уперлась в стену. Приоритеты мгновенно поменялись, и, если минуту назад, мне казалось, что хуже быть не может. Зря. Может.
Сорвалась с места побежала судорожно надевая куртку и одновременно с этим вызывая такси. Час ночи должны приехать очень быстро.
Чем ближе к больнице, тем страшнее. Я не знала, что именно случилось, но если делают операцию, то точно не царапина. День не заканчивается с полночью. Этот ужасный день все еще продолжается. Может надо было лечь спать вовремя?
Перед дверями остановилась. Я не знаю куда идти. Набрала номер Тима и Евгений
Тяжелый запах больницы, серые стены и удушающий запах хлорки и лекарств, легли тяжелой плитой на меня. Кусая губы чтобы не расплакаться от страха, вонзала ногти в ладони.
Нет, нельзя думать о плохом. С Тимом все будет хорошо. Он молодой, сильный и у него доброе сердце. Все будет хорошо.
— Таисия? — молодой парень с огненно-рыжими волосами слегка улыбнулся.
— А вы Евгений?
— Да.
— Что с ним? Спасибо, что позвонили.
— Давайте немного подождем, сейчас подъедут родители Тима, и я все расскажу, — пожала плечами на большее не хватает, слезы душат.
В голове наступило какое-то отупение, все казалось дурным сном. Не бывает так, чтобы столько проблем в один день и на одного человека. Отчаянно хотелось проснуться.
— Таисия, — вздрогнула от легкого прикосновения. — Пойдемте, родители Тима приехали.
Повернулась и сразу увидела немолодую пару. Тим явно в отца и рост и стать.
Седина укрыла волосы отца, но это не портило его, наоборот добавляло шарма. Те же, что и у Тима черные пронзительные глаза, волевой подбородок. А вот мама невысокая, стройная женщина, с яркими серыми глазами и копной коричневых волос.
— Знакомьтесь это Иван Петрович и Надежда Егоровна — родители Тимофея, а это Таисия — невеста Тима.
— Вот и познакомились, — мужчина пожал мою руку. М-да не так я представляла наше знакомство. Уж лучше бы на свадьбе. Честное слово.
— Очень приятно, — хотя, если честно, мне сейчас все равно кто и что обо мне подумает. Мне важно, что с Тимом.
— Жаль, что при таким обстоятельствах, — мама еле улыбнулась, страх за сына замер в ее глазах.
— Жень, рассказывай, что произошло.
— Нас вызвали на аварию на заводе…
— Да я знаю про аварию, мне Димка звонил. Ты скажи, как это произошло, — зря я на любимого наговаривала. Вот уж чей рык пробирает до косточек.
Ой, а ведь точно! Любимый! Я его люблю, но боль от прошлых отношений не давала мне признать это. Пряталась за симпатией, боясь увидеть очевидное. А Тим он видел, хотя, наверное, ему было больно не слышать в ответ мое признание. Но не вынуждал, а ждал. Еще и замуж позвал. Надеюсь, что еще не поздно сказать ему о том, что люблю.
— Тим, как обычно, отправил меня с пострадавшей, а сам принялся искать дальше. Они уже выходили. Я видел их. И тут балка сорвалась. Вдвоем никак не успели, вот он мужика того оттолкнул, а сам…
— Господи, — мать заплакала, прижимаясь ближе к мужу.
— Ну-ну, Надюша, нам еще повезло, что, Женя быстро освободил сына и то, что до больницы живым довезли, — пойдем присядешь, я тебе чай принесу.
На Женю было больно смотреть. Хотелось что-то сказать подбадривающее, но слова не шли. Зато подошел отец Тима и прошипел: