Майло Тэлон
Шрифт:
— У вас нет семьи?
— Нет, сэр.
На этот раз мне показалось, что она солгала.
— Я дам вам денег. Вы можете найти работу в Денвере, Санта-Фе или другом большом городе. А тут нет ничего… — Пока я говорил, меня осенила идея.
— Я хочу остаться, — вдруг возразила она. — Мне здесь нравится.
Здесь? Что же могло ей понравиться на маленькой железнодорожной станции, перевалочном пункте на перегоне скота? Несколько подъездных путей с грузовыми вагонами, загоны для животных да кучка домишек. Унылое, одинокое место — пронизывающе холодное зимой, жаркое и сухое летом и весь год
— Возьмите сто долларов, — предложил я и подумал: «Вот дурак! Так промотать трехмесячный заработок ковбоя!»
Она зарделась.
— Сэр…
— Я же не сказал, что дарю. Если хотите, возьмите взаймы. Этот городок — тупик. Здесь ничего нет. — Я вспомнил о своей идее. — Спросите у Германа Шафера. Может, ему нужна официантка.
А как же Мэгги, отсутствующая владелица?
Вынув из кармана пять золотых монет, я протянул руку к ее столику и положил их на скатерть.
— Вот. Теперь у вас есть выбор. Если будете экономны, их хватит, пока не найдете работу. Во всяком случае, достаточно, чтобы доехать до Денвера.
Она хотела что-то сказать, но я махнул рукой.
— Я и сам недавно сидел на мели. Я знаю, каково вам, а мужчинам в таких случаях легче.
Наш разговор окончился. Я достал коричневый конверт, полученный от Джефферсона, и открыл его. Там лежало несколько дагерротипов. На первом — элегантно одетый молодой человек с умным, но пустым лицом. Он стоял, положив руку на спинку стула, одна нога его была слегка согнута.
На втором — тот же самый молодой человек сидел с молодой женщиной. Ее лицо с дерзким, вызывающим выражением показалось мне интересным. Третья фотография представляла все ту же пару, но на ней мужчина стоял, а женщина сидела, держа на руках ребенка. Два последних снимка были сделаны на улице. На них оказались кое-какие детали, которые привлекли мое внимание.
Отложив дагерротипы в сторону, я долил себе кофе и взял письма. К первому письму был приколот список имен:
«Ньютон Хенри,
мисс Стаси Альбро (дочь Нэнси).
Связаны с
Хэмфри Таттлом,
Уэйдом Холлеттом».
Имена мне ничего не говорили. Девушка, которую мне предстояло найти, — Нэнси Хенри, дочь. Мой взгляд вернулся к матери. Очень привлекательна и, видимо, сообразительна, если я в этом хоть чуть-чуть смыслю. В ней также было что-то, вызывающее беспокойство. Знал ли я ее? Где? Когда? Или просто где-то встречал? Она, безусловно, старше меня, но не намного.
Ньютон Хенри женился на Стаси Альбро, Нэнси — их дочь. Ньютон или она каким-то образом связаны с Таттлом и Холлеттом. Отчет бюро Пинкертона изобиловал деталями. Сыщики потратили кучу денег и времени, не дав, однако, ни одного четкого ответа. Для них подобное необычно, почти невозможно при данных обстоятельствах.
«Лицо, которому адресованы письма, — гласил их отчет, — скончалось». Письма не давали даже намека на местонахождение девушки.
Когда я складывал бумаги, чтобы положить их в конверт, фотография мужчины с невестой скользнула на пол. Девушка за соседним столиком нагнулась и подняла ее. Я заметил, как вдруг у нее перехватило дыхание и побелели губы.
— Что случилось? Вы знаете их?
— Знаю их? О нет! Нет! Просто… просто женщина такая красивая!
«Она
— Спасибо. Думал, они вам знакомы.
— Это ваши родственники?
— Нет, я ищу их.
— Так вы полицейский?
— Нет, это деловая необходимость.
Она поднялась, чтобы уйти.
— Вы не сказали, как вас зовут.
— Вы тоже. — Она очень мило улыбнулась. — Я Молли Флетчер.
— Я Майло Тэлон. — Взгляд в сторону кухни убедил меня, что Герман на месте. — Кажется, повар занят, но, если хотите остаться в этом городе, советую поговорить с ним. Может, ему нужна помощь.
Она поблагодарила меня и ушла. Я проводил ее взглядом до дверей. Взглянув в окно, увидел, как она направилась к отелю.
Допустим, всего лишь допустим, что человек на другой стороне улицы наблюдал не за мной, а за ней? В этом был смысл. Она очень хорошенькая.
Я начал перечитывать письма одно за другим, но мысли мои блуждали далеко и не давали возможности сосредоточиться.
Кто ж такая Молли Флетчер? Почему она приехала сюда и решила остаться? Случайно ли ее присутствие в ресторане и обращение именно ко мне? Конечно, она могла просто ждать, пока кто-нибудь останется один, но торговец ясно дал понять, что ему нужна компания. По-моему, я нравился женщинам, хотя никогда не знал, что их привлекает. Может, мои рассказы о далеких землях, которые они никогда не видели?
И все же, почему она хотела остаться здесь? И почему, кстати, мистер Хенри выбрал именно это место, чтобы снова начать свои поиски?
И почему, в конце концов, я?
Глава 2
Из кухни вышел Герман Шафер и начал убирать со столов.
— Я заметил, как вы разговаривали с молодой леди. Симпатичная девушка, правда?
— Она ищет работу, Герман. Если железнодорожники узнают, что у вас такая красивая официантка, отбоя не будет, число посетителей как минимум удвоится. — Никогда не угадаешь, где получишь полезную информацию, поэтому, немного помолчав, я спросил: — Герман, ты не встречал парня по имени Ньютон Хенри? Или девушку, которую зовут Стаси Альбро?
— Нет, ни разу в жизни. — Он оторвался от столика, который протирал, и задумался. — Ньютон Хенри? Не родственник ли тому, в персональном вагоне?
— Сын.
— Хм. Никогда о нем не слыхал, но вот другое имя… Альбро. Это что-то знакомое. Необычное имя.
Он направился на кухню.
— Вы придете на завтрак? Я открываю в шесть, сейчас, осенью, это почти восход.
— Можете на меня рассчитывать. Герман, когда пойдете мимо окна, посмотрите, не стоит ли кто в дверях того пустого дома дальше по улице, или не слоняется ли кто возле отеля.
Он вернулся и продолжал собирать тарелки. Дважды выглянул в окно.
— Нет ни души.
Когда я вышел, улица была пустой. Горели лишь три фонаря и падал свет из нескольких окон. Лошади, стоявшие прежде возле салуна, и упряжка исчезли. Мои каблуки гулко стучали по деревянному тротуару. В скольких подобных городишках я побывал? Сколько миль отшагал по деревянным тротуарам, в скольких отелях жил? С какой стати нахожусь здесь, а не с матерью на ранчо в Колорадо? Может, и Барнабас уже вернулся.