Маяк
Шрифт:
– Солнце, эй, ну ты же знаешь каковы реалии. В восемь утра я должна быть на маяке, иначе моя мать будет разыскивать меня по всему городу и не дай Бог узнает о нашей связи! Тогда не поздоровится никому!
Руфь была расстроена, что в свои двадцать восемь лет вынуждена скрывать от матери свои привычки и любовь к девушкам. И если дедушка ее полностью понимал и даже поддерживал, заявляя, что «хочет чтобы Руфь была счастлива», то Катрин не упустит возможности унизить Руфь прилюдно, возведя ее в ранг «позорища этого городка». Нельзя было такое допустить. Поэтому приходилось молчать.
– Думала,
Времени у Руфь оставалось двадцать минут чтобы через весь город добраться до маяка. А Лия похоже снова желает, чтобы она опознала. Ну, что за женщины!
– Послушай, давай встретимся в обед в закусочной у Ланы. Накормишь меня черничным пирогом, наконец.
Лия повернулась к Руфь и ее лицо просияло.
– Заметано. Только не опаздывай.
Сорок Шестое шоссе было пусто. От Ванкувера уже было прилично миль, когда девушке на сером «Мустанге» пришлось припарковаться у бухты Доусон. Отсюда было всего двадцать миль до ближайшей заправки и тринадцать – до маяка, который виднелся с поворота. Хотя на карте, которую раскрыла перед собой короткостриженая брюнетка казалось что расстояние, что до маяка, что до заправки примерно одинаковое.
– Черт бы подрал эту колымагу! – ругнулась она, выходя из машины.
Пришлось взять вещи, права, закрыть машину и отправится к маяку. Погода не благоволила дальним прогулкам и солнце уже жарило как следует. Но что сделаешь, если ее машина отказывалась заводиться. Надо искать помощь.
– Подвезти? – неожиданно услышала она позади.
Темно-синий видавший виды «Бьюик» мягко притормозил рядом с ней. За рулем сидела молодая блондинка в темных очках и в совершенно белом одеянии, похожим на те, в которых ходят в закусочных и придорожных кафе. Она оглядела туристку с ног до головы и сняв очки, спросила:
– Это не ваша машина там на обочине дороги?
– Моя, – покачала головой девушка. – Сломалась, зараза.
– Я работаю в придорожном кафе, у нас там есть механик. Садитесь.
Хоть в чем-то повезло, подумалось туристке. Может быть к вечеру, она будет в Кэмпбелл-Ривер. Не особо хочется задерживаться в портовых городках, в которых для нее нет ничего интересного.
– Из Ванкувера? – метко предположила водитель.
– Да. Мне нужно попасть в Кэмбелл-Ривер до заката.
– Попадете, – улыбнулась водитель, сворачивая с шоссе на проселочную дорогу, которая впрочем, по качеству мало отличалась от шоссе. – Меня зовут Лана Джонсон. А вас?
– Терранс Адамс.
====== 2. Неровная дорога. ======
Иногда Терри удивляли хорошие люди попадающиеся на ее пути. Она всегда знала, что она бы ни за что не подобрала попутчицу, если бы случилась обратная ситуация. Сколько ей приходилось ездить в Ванкувере, она никогда не подбирала тех, кто шел по шоссе. Возможно потому что работа в криминальном отделе новостей расставляет свои приоритеты, а возможно это была простая осторожность.
– Какими судьбами вас забросило в Кэмбелл-Ривер? – полюбопытствовала все же Лана. – В этом городке и посмотреть-то не на что. У нас хотя бы маяк.
– Маяк? – переспросила Терри. – И что?
– Ничего. Хорошая тема для статьи , если бы я была журналисткой.
Странный
– Писать о маяке скучно, – скорее для порядка ответила Терри, смотря за окно, где уже начали мелькать домики.
– Не скажите, – возразила светловолосая Лана. – Об этом Маяке очень интересная вышла статья. Стоит только увидеть «Сан-Флорес» и вы поймете о чем я.
После этих слов стало любопытно, что же такого интересного в этом маяке действительно. Однако, Терри решила, что сперва она все же должна найти в Кэмбелл-Ривер то, зачем она ехала. А уже на обратном пути она, возможно, посетит маяк. Тем более, что это должно быть недалеко.
Машина мягко притормозила на стоянке и Лана, повернувшись к ней, сказала:
– Нашего механика зовут Джоди. Я могу познакомить вас.
Терри даже не предполагала, что автомеханик окажется высокой и плечистой девицей, уже далеко за тридцать. Однако как только она услышала проблему Терри, она тут же села в грузовик и сказала:
– Стартер скорее, поедим, покажите.
– Мам, давай ты снова не будешь начинать, – выдохнула Руфь. – Сколько можно?
Катрин Авери была женщиной, которая считала, что все что она говорит, должно было беспрекословно выполняться, иначе тот, кто это не выполняла и ослушивался очень сильно пожалеет. Руфь жалела иногда, что не уехала в Ванкувер к своему дяде жить. Но с другой стороны, тогда бы маяк давно разворовали, да и разрушили.
– Не смей мне перечить! Ты еще ничего не достигла в этой жизни, чтобы идти мне наперекор, девчонка! – зло парировала женщина, хлопая по столу ладонью.
Адвокат сидевший в кресле позади Руфь, устало вздохнул и потер переносицу. Вот ему точно эти личные перепалки слушать не хотелось. Оливер Примм, тоже присутствовал в этом кабинете, но молча слушал претензии высказываемые женщиной, которая вряд ли так любила своего отца, чтобы хоть на минутку подумать о том, что она делает и как.
– Что можно сделать, мистер Гроховски? – обратилась она к адвокату. – У меня что не достаточно полномочий для того чтобы получить документы на маяк.
– Это личное желание вашего отца, мэм. Чтобы ваша дочь владела всем маяком и прилегающей к нему территорией. Вы можете только обжаловать это решение через суд Ванкувера. К сожалению, по закону, ваша дочь Руфь Авери владеет этой землей и постройками на ней. Отменить это нельзя и ваши полномочия тут не причем. Руфь Авери прямая наследница, вы – косвенная.
– Вот как! – разозлилась Катрин. – А как же факт, что я дочь мистера Скотта Авери, а моя дочь – ему внучка?
– В документах на маяк указана только одна фамилия и вы ее знаете, – еще раз указал на вышесказанное адвокат. – Мистер Оливер Примм из всего этого получает лишь яхту и «Ролс-Ройс», а так же библиотеку мистера Скотта Авери. Вам же досталось двести миллионов евро наличными. Это окончательное решение мистера Скотта Авери. Вы можете обжаловать его через суд.
– Это какой-то беспредел! – всплеснула руками рассерженная женщина. – Я этого так не оставлю, слышишь? – неизвестно к кому обратилась Катрин Сапато.