Маверик
Шрифт:
— Я не терплю наглости. Твои слабая бравада разобьётся, как хрупкие раковины о берег. Не смей считать, что твоё быстротечное существование имеет смысл, ибо в великой безбрежности океана ты не что иное, как мимолётная рябь на его поверхности.
— То есть в клан ко мне ты не пойдёшь? — на всякий случай уточняю я.
Хроф с гулом бьёт концом трезубца о пол.
— Уважай силу, которая бурлит во тьме, и, возможно, я избавлю тебя от бездонных глубин, жаждущих завладеть твоей душой. Но продолжи демонстрировать своё высокомерие и скудоумие,
— Помечу себе, как «нет», — киваю я.
Нова качается над полом под шелест щупалец. Его белёсые буркала смотрят на меня сверху-вниз. Не попрощавшись, он исчезает.
Поистине необъятное ЧСВ у товарища. Впрочем, если ты дорос до Новы, полагаю, оно оправданно.
— Это тот успех, на который ты рассчитывал? — спрашивает осипшим голосом Девора.
— Поживём — увидим, — сцепив руки, отвечаю я. — Хороший шанс застать всех топов в одном месте. Жалко было его упускать.
Через две минуты к нам подходит первый проситель, а через пять — выстраивается маленькая очередь. Большинство этих людей — представители самого хвоста топа рейтинга. Мужчины и женщины самых разных национальностей. С ними беседую я, а Николай и Ребекка слушают.
Кого-то отсеиваю я сам, кого-то бракует мечник или Савант. Одни слишком много врут, другие слишком наглеют, третьи готовы крысить, и это видно невооружённым взглядом.
Процесс занимает больше часа, но под конец у меня остаётся шесть потенциальных имён: Мустафа Кхан, Ана Сильва, Лиам Мёрфи, Су Ён Хван, Хенрик Йенсен и Амара Кимани. Среди них, как золотые, так и серебряные Квазары. Эти люди раскиданы по всей планете, и мне некогда заниматься их сбором, учитывая, что я уже пообещал помочь Деворе.
Логичное решение — возложить задачу по прибытию в Небраску на плечи самих страждущих. Однако и отправлять их всех в Уайтклэй, пока меня там нет, я тоже не горю желанием. Поэтому называю им Хей Спрингс в нескольких часах езды от фактории и сообщаю, что туда следует прибыть через четыре дня. Этого времени должно хватить, чтобы разобраться с проблемой зеленоглазки.
Я провожу остатки вечера, выслушивая двусмысленные фразы от инопланетных Квазов и Нов. Им что-то от нас нужно, в этом Савант бесспорно права, но напрямую они пока не готовы о том говорить. Причём, что любопытно, даже моя выходка не повлияла на их готовность иметь со мной дело.
Мой список контактов пополняется десятками разных имён и кличек. Связи — это тоже оружие, и лучше его иметь, чем не иметь.
Нас кормят и поят, очаровывают прекрасной музыкой и под конец выдворяют обратно на Землю.
Конклав завершён.
Пора возвращаться в привычную кровавую рутину.
[1] Художник — Kekai Kotaki.
Глава 20
Сияющий зал Конклава сменяется сумраком, царящим вокруг Стелы. Многоголосый шум толпы уступает место полнейшей тишине.
— Это было познавательно, —
— Однозначно. Мир гораздо больше, чем нам кажется, и в нём полно настоящих монстров.
— Как думаешь, она доберётся до Небраски?
— Кто? Ребекка? Я позабочусь об этом.
— Нет. Ана Сильва.
Задумавшись, вспоминаю смуглокожую девушку с безбашенной улыбкой.
— Э-э, возможно?.. А что?
— Нет, ничего, — голос Николая еле заметно дёргается.
Ухмыльнувшись, выхожу на улицу. Время около десяти ночи, поэтому Уайтклэй не сказать, что обезлюдел, но большинство жителей уже сидят по домам. На соседней улице сверкает бар Зака, оттуда же доносится приглушённая музыка. Похоже, местные жители по полной используют возможность выпустить пар.
Мозг порядком перегружен сегодняшними событиями, а также обилием новой информации. Хочется расслабиться и посидеть в тишине, но не в одиночестве. Такой вот парадокс.
Неспешно я бреду в сторону обиталища Драганы и нахожу её сидящей в темноте с виски. Она даже не удосуживается встать, просто разблокирует дверь, позволяя мне войти. Ушастая пялится в стену, изредка прикладываясь к выпивке.
Присаживаюсь рядом и молчу. В какой-то момент протягиваю руку, и она без слов вкладывает в неё бутылку. Отпиваю, по груди пробегает волна жара, падая в желудок.
— Встретил сегодня твою мамашу, — негромко говорю, возвращая ей виски.
— Как она? — после долгой паузы спрашивает Драгана.
— Очень волнуется за старшую доченьку. Грозила меня всяким-разным.
— Ммм… — тянет девушка. — Кройцева ведьма!
Вопросительно смотрю на неё. На лице дрокка играют желваки.
— Конечно, любимая золотая наследница в беде. Это же не второсортный серебряный мусор, недостойный находиться в клане.
— Зато любимая золотая наследница получила по жопе и теперь где-то мутирует в Квазимодо.
— В кого? — вскидывает брови Драгана. — Впрочем, не важно. Да, ты прав. Непобедимая сестрёнка оказалась не такой уж непобедимой.
Её губы искривляются в злорадной усмешке.
— И каково это? Отомстить? — поясняю я. — Ты долго к этому шла.
— Великолепно! — её голос подскакивает. — Великолепно, — повторяет она. — Знать, что Кройцева падаль, убившая Аяра, превращается в безмозглую уродливую тварь. Надменная самовлюблённая сука, брезговавшая намочить ножки в грязной луже, сейчас сидит в какой-нибудь вонючей норе!
Под конец тирады её голос срывается, выплёскивая застарелую ненависть.
— Ты победила, — успокаивающе говорю я. — А она проиграла. С концами. От Вальторы больше ничего не осталось. Лишь ходячая мясная оболочка. Огни горят, но дома никого.
Драгана кивает и вновь прикладывается к бутылке. Остатки жидкости исчезают в её горле, и девушка медленно стягивает с себя облегающее белье.
— Я знаю хороший способ отметить эту победу, — заявляет она.
— Покажешь? — с широкой улыбкой, спрашиваю я.