Матрешка в перьях
Шрифт:
Я удивилась. Ну надо же, оказывается, он еще и доктор в придачу. Интересно, не танцевал ли сей господин партию Маши в балете «Щелкунчик»?
– Просто надо на кого-то опереться, – проявил нетерпение клиент.
И я помогла Подольскому встать. Тот сделал несколько шагов, ойкнул и уже другим, приветливым голосом попросил:
– Евлампия, вам не трудно сопроводить меня до кафе? Оно рядом, только улицу перейти. У меня там встреча назначена, должен подъехать телепродюсер. Мне предлагают вести шоу на Первом канале, надо кое-что обсудить, а я не люблю пускать посторонних в квартиру,
– Конечно, – согласилась я. – Представляю, как бы мне сейчас позавидовали ваши фанаты. Прогуляться с самим Подольским под ручку их заветная мечта.
Вениамин ничего не сказал в ответ.
Мы вместе вышли из подъезда и побрели к кафе. Я увидела черный джип, который только припарковался у соседнего здания. Пассажирская дверца открылась, из машины выпорхнула стройная шатенка в красивом светло-бежевом платье. Ветер трепал длинные волосы незнакомки, бросал их ей в лицо, я не могла рассмотреть внешность молодой женщины еще и потому, что обратила внимание на ее элегантную, явно очень дорогую сумку из выкрашенной в голубой цвет кожи крокодила, большой замок на ней представлял причудливо изогнутую серебряную ящерицу, чей хвост, задравшись, переходил в ручку. Дама открыла ридикюль и начала в нем рыться.
Мы с Подольским очень медленно стали пересекать улицу. Примерно на середине проезжей части Вениамин замер, поморщился и вздохнул.
– Нога болит? – посочувствовала я.
– Да, – признался он, – ноет.
– Может, все-таки обратиться к доктору? – посоветовала я.
– Ерунда, пройдет, – махнул рукой мой спутник, не двигаясь дальше.
Внезапно до моего носа долетел аромат дорогих духов – с нами поравнялась та самая девушка в светлом платье. Причем встала впритык к Вениамину. Ее волосы опять упали на лицо, и я внезапно насторожилась. Почему она подошла вплотную к Подольскому? По какой причине тоже остановилась?
Быстро сделав шаг в сторону, я дернула Вениамина, тот машинально последовал за мной. Незнакомка неожиданно вскрикнула и упала. Вениамин, издав странный звук, начал заваливаться на спину. Я не настолько сильна, чтобы удержать крупного мужчину, и Подольский рухнул на асфальт. Я, не успев отпустить его руку, шлепнулась рядом.
Все это заняло пару секунд. Еще столько же я пролежала, не понимая, что произошло. Потом села и увидела лицо шатенки. Нижнюю его часть и нос прикрывала прядь волос, а прямо посередине лба чернела дырка. Я уставилась на Подольского, у которого чуть ниже правого глаза была точь-в-точь такая же, и поняла: неподалеку засел стрелок. Женщине и Вениамину уже не помочь, надо спешно выбираться из зоны обстрела – похоже, я у снайпера как на ладони. Я живо перевернулась на живот и закрыла голову руками.
– Эй! – раздался мужской голос. – Что случилось?
Я приподнялась, увидела, как от черного джипа к нам бежит мужчина, и закричала:
– Назад! Здесь работает снайпер!
Но он не обратил ни малейшего внимания на мое предостережение. Он очутился около убитой женщины, замер, наклонился, тронул ее голову рукой – на его пальце блеснул черный перстень. Затем незнакомец подхватил мертвую девушку на руки и понес к машине. Я вскочила
– Подождите! Надо вызвать полицию!
Но мужчина быстро шел к джипу.
– Давайте вернем пострадавшую на место… – попыталась я придержать явно обезумевшего человека.
А тот вдруг сильно ударил меня ногой. Не ожидая нападения, я покачнулась, упала на спину и стукнулась затылком об асфальт. На мгновение перед глазами поплыли темные пятна. Когда ко мне вернулась способность видеть окружающий мир, джип уже стартовал с места. Я попыталась запомнить его номер, но не увидела ни цифры, ни буквы.
– Убили! – полетел над улицей истеричный женский визг. – Помогите! Кто-нибудь!
Я с трудом поднялась, вынула из кармана мобильный и пошла к телу Подольского.
– Ты как? – спросил Костин, протягивая мне картонный стаканчик.
– Нормально, – ответила я, отхлебывая горькую жидкость. – Только замерзла почему-то.
– Можешь рассказать, что случилось? – продолжил Владимир. – Тесно-то, как у консьержки в будке, не повернуться. И душно. Давай лучше у меня в машине посидим, потолкуем спокойно.
– Говорить не о чем, – вздохнула я. – Вениамин спустился в холл, мы перебросились парой фраз. Он собирался на встречу с продюсером, но у входной двери упал, подвернул ногу. Попросил меня помочь ему подняться и дойти до кафе на той стороне улицы.
– Что, так сильно нога болела? – уточнил Костин.
– Наступал на нее с трудом, – пояснила я, – опирался на мою руку. Я дала ему совет вызвать «Скорую» и поехать в больницу, но Подольский его проигнорировал. Мы стали переходить дорогу. Рядом появилась молодая женщина, причем чересчур близко от Вениамина, почти вплотную к нему. Мне это не понравилось, я взяла правее и потянула его за собой. И тут девушка упала. Следом рухнул Подольский. Все произошло очень быстро, за доли секунды. Только что оба были живы – и хлоп, они трупы. Звуков выстрелов я не слышала.
Костин свел брови в одну линию.
– Не понял. У нас одна жертва.
Пришлось объяснить, что случилось с трупом женщины.
– М-да… – закряхтел Костин, выслушав меня. – Номер машины запомнила?
– Нет, – ответила я.
– Опиши автомобиль.
– Большой черный внедорожник, окна вроде затемненные, – забубнила я.
– Марка?
– Он так быстро умчался…
– Ясно, – вздохнул Володя. – Лампа, ты же профессионал!
– Я испугалась, – призналась я. – Думала, сейчас снайпер снова выстрелит, и трупов станет не два, а три. Как-то не хотелось закончить день в морге на столе из нержавейки.
– Понятно, – хмыкнул Костин. – Сконцентрируйся, может, хоть что-нибудь придет на ум.
– Колеса у него были! – обрадовалась я. – Круглые!
– У мужика? – с абсолютно серьезным видом осведомился друг.
– Конечно, нет! – возмутилась я. – У джипа.
– Жаль, – опять вздохнул Вовка. – Будь у того парня вместо ног колеса, было бы здорово. Это же супероригинальная примета. А круглая резина у внедорожника не шибко облегчат нам поиск.
– Нашел время шутить! – рассердилась я. – Ты просил вспомнить хоть что-нибудь, вот я и стараюсь.