Шрифт:
Глава 1
Она впорхнула в гостиную румяная с мороза, на ходу снимая капюшон и расстёгивая коротенькую шубку из соболиного меха с белой пушистой оторочкой. По хрупким плечам рассыпались длинные волосы пшеничного цвета, играющие золотыми бликами в свете яркого зимнего солнца, заливавшего комнату через большие окна.
– Здравствуйте! – произнесло небесное создание. – Что случилось? Ольга позвонила и сказала, что я срочно должна приехать.
– Привет, Мари! Познакомься. Это – Алонсо и Хуан Торрес, наши будущие партнёры,
Маша перевела взгляд на мужчин, сидящих на диване.
«А, ну всё понятно»,– подумала она. У отца намечается очередная крупная сделка и ему захотелось продемонстрировать семейное единение.
– Добрый день, – по-испански произнесла девушка. – Я – Мария, дочь Бориса Александровича.
На самом деле её испанский был далёк от совершенства, но всё же учёба в Саламанке не прошла даром.
– О! Вы говорите на нашем языке! Это так приятно! – восторженно воскликнул невысокий коренастый брюнет. – Меня зовут Хуан, – он вскочил с дивана, чтобы поцеловать Машу в знак приветствия.
Второй испанец, постарше, не торопился выказывать радость. Он лишь внимательно рассматривал Марию. Мужчина молча встал. Плавно, но уверено двигаясь, подобно хищнику, приблизился к девушке. Она подняла на него свои огромные светло-голубые глаза, которые в этот момент почему-то стали ещё больше, и натолкнулась на спокойный взгляд гостя.
С точки зрения Маши, Алонсо был нетипичным представителем своей нации. Она привыкла, что испанцы кареглазые, смуглые. Кожа этого потомка конкистадоров была не оливковой, а светлой. Конечно, не такой белой, как у русских, но на порядок светлее, чем у жителей Средиземноморья, которых Мария видела раньше. В графитовых глазах гостя светились серые крапинки, напоминающие блестящие капли расплавленного металла.
«Опасность!» – просигнализировал мозг Маши.
От мужчины приятно пахло дорогим парфюмом. Алонсо был значительно выше своего брата. Когда гость нагнулся, чтобы прикоснуться губами к девичей щеке, холодок пробежал по спине Марии.
– Рад знакомству, – сухо произнёс испанец.
– Ну, теперь, когда все в сборе, мы готовы начать, – широко улыбнулся Борис. А затем, выразительно посмотрев на ноги дочери в капроновых колготках и сапогах на каблуках, добавил:
– Мари, ты бы переоделась.
– А что за веселье намечается? – без энтузиазма поинтересовалась девушка.
– Охота, – небрежно бросил отец.
– Пап, ты же знаешь, как я к этому отношусь! – тут же взвилась Маша. Её щёки покраснели от негодования.
– Сейчас не время для твоих сопливых закидонов. Переодевайся и поехали, – жёстко отрезал Борис.
Алонсо ничего не понял из последних фраз, потому что ни слова не знал по-русски, но по лицу Марии догадался, что та не в восторге от предстоящей затеи.
Днём ранее
– Ну, что скажешь? – спросил Борис Залесский, взглянув из-под кустистых бровей.
– Не знаю, Саныч. Тот, что пониже ростом,
– Хуан, – подсказал ему друг.
– Угу. Хуан готов расстаться с евриками. По глазам видно. А вот брат у него не прост. Хитрый змий. Взгляд такой колкий, цепкий. А ещё секретутка ему всё на ухо что-то «пш-пш-пш», да «ля-ля-ля».
– Она переводчица, Вить, – поправил партнёра по бизнесу Борис.
– А, один хрен! – махнул рукой Виктор. – Не нравится мне его настроение. Надо бы подмаслить.
– Ну, так давай подмаслим! Мы это умеем! Помнишь, как чинушу московского укатали? Все доки мигом подписал. А до этого орал: «Заповедная зона! Заказник!»
– Ты не забывай, Борь, то наш, русский, был. Ему известно как угодить, а тут иностранцы. Дело деликатное, – мужчина откинулся на спинку кожаного кресла и задумался.
– Ой, да брось! – поморщился Залесский. – Покажем ему наше русское гостеприимство! Охота, банька, водочка, икорка, катание на лошадях. От такого ещё никто не отказывался. Бабы опять же. Он с виду мужик нормальный, не заднеприводный. А если и такой, то найдем ему, кого будет надо.
– Ты чё несёшь?! – возмутился Виктор. – Ещё с голубками я в бане не парился!
– А чё такого? Пора, Вить, на жизнь шире смотреть. Деньги не пахнут.
Друг что-то недовольно пробубнил себе под нос.
– Ладно. Пойду Ольге скажу. Пусть всё устроит, – Борис встал со своего кресла.
***
Мария была отличной наездницей. Она уверенно держалась в седле и любила лошадей. Те ей отвечали взаимностью. Услышав лай собак и крики людей, девушка спешилась, взяла своего коня под уздцы и медленно пошла по тропинке. Меньше всего на свете Маша хотела видеть, как отец и его гости убивают какое-то несчастное животное.
Вдруг позади раздался топот копыт. Девушка обернулась и увидела Алонсо. Испанец нёсся во весь опор, но, заметив Марию, остановился.
– Почему Вы здесь? – спросил он. – Там же загнали кабана! – махнул рукой в ту сторону леса, откуда доносились крики.
– Неужели Вы, и правда, думаете, что так быстро выследили дикого кабана? – грустно улыбнулась Маша.
– Нет? А кого же тогда? – удивился Торрес и спешился с лошади.
– Это один из выращенных кабанов. Его выпустили из хлева специально перед охотой. Отец всегда так делает, когда хочет порадовать гостей, – произнеся последние слова, Мария резко замолчала.
Кажется, она сболтнула лишнее. Если папа узнает, что Маша раскрыла его секрет, то взбесится. Но девушку переполняли эмоции. Она не смогла сдержаться. Сколько раз дочь говорила отцу, что ненавидит охоту! Убийство ради забавы Мария считала омерзительным. Но ослушаться родителя и не поехать на охоту не могла. Тем более, при таких важных гостях.
– Только папе не говорите, – пролепетала Маша, едва дыша.
Испанец подошёл к девушке настолько близко, что она почувствовала на своей замерзшей коже его горячее дыхание. Мария смотрела Алонсо прямо в глаза и боялась, что стальной омут поглотит её.