Материки
Шрифт:
— По рукам! — Хором прокричали мы и, обменявшись (я ему золотой, он мне сережку), остались довольны друг другом.
Положив покупку во внутренний карман кожаного жилета, я продолжила дальше блуждать по темным ночным улицам и медленно, но верно, сама того не сознавая, забрела в свой любимый трактир «Пивной Торг» и сейчас привычно и ловко лавировала сквозь поток людей к барной стойке. За прилавком суетился сам трактирщик, стараясь угодить разномастным посетителям и при всем этом, не забыть взять с каждого втридорога.
— Привет, Фарих. — Поздоровалась я, подойдя вплотную.
— О! Ренка… абажди, — он проворно рассчитался
— Так уж и скучаешь… — Хмыкнула я.
Мы вместе протиснулись в дальний конец комнаты и заняли любимые места в темном углу, возле окна.
Фарих был старым знакомым моей матери… и самым настойчивым ее женихом. Лет как двадцать уже. Мужчина он был ладный — крепкий, стройный и даже красивый (это к пятидесяти-четырем годам!), и что совсем уж удивительно — владел некими задатками предвиденья. Правда, в свое время отказался пойти обучаться в академию, так как готовился стать приемником своего отца в «семейном бизнесе» владением трактира. И это ему удалось неплохо, надо признать. Под его железным руководством, дело процветало. Ко мне лично Фарих всегда относился неплохо, и порой закрывал глаза на приобретенную мной выпивку. Я твердо уверенна, что маме он никогда не «докладывал» про мою жизнедеятельность, за что мне и нравился.
— Чего загрустила, милая? — Он протянул руку и потрепал меня по голове, как маленькую. Учитывая, что я выросла на его глазах, то таковой для него останусь навсегда.
— Да ничего, вроде… просто… ты слышал, что наш выпуск едет завтра на практику?
— Да, о чем-то подобном ваши говорили, заходя сюда. — Он задумчиво потер лоб и прямо посмотрел мне в глаза. — Куда вас-то отправляют?
— На все четыре стороны. — Хихикнула я. — Света, то есть. Но так уж получилась, что лично меня, коленкой и под зад на Лунный материк.
Фарих неожиданно напрягся.
— Совсем ваши маги выжили из ума… — пробасил он, сжимая руки в кулаки, — детей во враждующее государство отправлять, когда со дня на день война разразится.
— Да чего уж там… — «отмахнулась» я, а сама решила проследить за его реакцией, — мне после экзамена по демонологии ничего не страшно. Представь, успешно вызвала демона третьего ранга и получила «пять».
Фарих побледнел и упорно отворачивался, а я устало вздохнула и выложила на чистоту:
— Слушай, я уже не маленькая, поэтому перестань скрывать от меня мое происхождение. Ты же знаком с мамой больше двадцати лет, а мне всего девятнадцать! Прекращай притворяться, что не знал о моем отце.
Трактирщик удивленно посмотрел на меня.
— Откуда?..
— Опять же, вызов демона прошел успешно.
Фарих тяжело вздохнул.
— Говорил я твоей матери, чтобы не якшалась с ним. Ребенка ей заделал, а сам удрал.
Я фыркнула.
— Если бы он маме «ребенка не заделал», меня бы сейчас не было, так что я не жалуюсь.
Мы несколько минут посидели молча. Нам принесли грушевый сидр и несколько ароматных булочек с маком. Уже уплетая за обе щеки, я неожиданно для самой себя поинтересовалась:
— А… какой он был?
Трактирщик улыбнулся, как будто ожидал этого вопроса восемнадцать лет.
— В плане внешности — ты его точная копия, разве что форма глаз и губ у тебя материнские. А характер…
Фарих закончил свое повествование и осушил оставшееся пиво одним глотком. Мне стало его жалко. Вот так вот любить одного человека, потом наблюдать, как он от тебя отдаляется. И вот, когда ты уже сказал «лишь будь счастлива, пусть даже не со мной», видеть, как счастье рушится. А ведь он и вправду любит мою маму. Уж я-то могу сказать.
— Извини, что спросила. — Наконец решилась я первой нарушить затянувшееся молчание.
Фар лишь добродушно улыбнулся.
— Не стоит, милая. Когда-нибудь, ты бы не сдержалась и поинтересовалась.
Я пристыжено замолкла. Потом глянула на Фариха и в мою тыковку неожиданно пришла странная и полная здорового идиотизма мысль.
— Фар… слушай, а можешь мне погадать перед дорогой?
Трактирщик поперхнулся сидром и уставился на меня, как на новый вид налога.
— Айреночка, ты себя хорошо чувствуешь? — Осторожно спросил он, отставляя стакан с содержимым подальше.
— Ну Фарих, ну пожалуйста! — Умоляла я. — Может мне там действительно грозит смертельная опасность…
— Ренка, ну я же не умею!
— Подскажем! Главное, чтоб дар был, а остальное дело за малым! Ну Фарих….
— Ладно, ладно! — Он закатил глаза и встал из-за стола, буркнув: — Дитя малое…
Я, довольная, поплелась за ним. Мы зашли на второй этаж, в одну из пустующих гостиничных комнат с моим любимым номером. Догадались каким? Правильно, тринадцатым…
Фарих сел на диван и вопросительно посмотрел на меня.
— Так. — Я потерла ладони. — Медитировать умеешь?
— Это расслабляться в смысле? — Неуверенно переспросил Фар и, дождавшись моего утвердительно кивка, ответил. — Умею.
— Тогда ложишься на кровать, закрываешь глаза и расслабляешься. Только не засни! Я пока положу в курильницу слад-траву, вместе с восточным дурманом и подожгу. После возьму тебя за руку и перенаправлю чуть-чуть своей энергии тебе. Тебе остается только узреть виденье и сказать его мне, хорошо?
Фарих обреченно кивнул и улегся на кровать, честно пытаясь расслабиться.
Я вынула нужные травы, которые всегда с собой носила и, подпалив их, начала развевать дым вокруг неподвижной фигуры трактирщика. Тот, минут через пять, окончательно обмяк.