Материки

Марон Эстэр Львовна

— Да на кой мне твоя группа нужна! — Сплюнул мужик и, хлестнув поводьями по крупу дряхлой пегой кобылки, поехал дальше. Я мстительно запустила ему вслед сглаз чесотки, дабы не возникал, но факт остался фактом — мы с рысем одни в чужом городе и похоже, что мы заблудились.

— Мохнатый, ты случаем не помнишь, как называется та гостиница, которую обожествлял Сарин?

«Мохнатый ничего не помнит.» — Оскалился вышеупомянутый.

Я закатила глаза.

— Рильен, лапонька, душечка, твоя красота не знает горизонта, а твой ум по силе превосходит Сарута… так ты что-нибудь вспомнил, блохастый?

Риля мысленно вздохнул.

«Злая ты…»

— Уйдешь

от меня?

«Никуда ты от меня не денешься! Но, если честно — Рин вообще не называл названия этого заведения.»

Блин. Хорошо еще, что у меня сохранилось чуток сбережений. Я в отчаянии посмотрела по сторонам. Сейчас улицы Санту представлялись мне одним сплошным лабиринтом. Небо прорезала молния, сопровождаемая звучным раскатом грома. Не-е, так не честно, только не это. Только не ливень на мою седую… на мою бывшую седую голову. Я что-то там говорила про сбережения? Так вот, на снятие комнаты в каком-нибудь трактире их не хватит. Максимум, я смогу отобедать чем-нибудь легким, недорогим и таким же несомненно противным.

— Рысь, признавайся, у тебя свои пятнадцать золотых с собой?

«Э-э-э… если честно, то нет. Я отдал их Саине, чтоб она мне купила походный костюм.»

Я испустила горестный вздох. Рядом пробегающая собака недоуменно на меня посмотрела. Оскалившись во все свои клыки и тем самым напугав бедное создание, я решительно потопала вперед. Отыщу какой-нибудь парк с навесом, глядишь меня и найдут.

Парк неожиданно нашелся. А я и не ожидала, после всех подлостей, на которые не поскупился сегодняшний день. «Живой уголок» представлял собой круглую площадку, на краю которой был обрыв, кое-как отделенный хилым заборчиком — мне по колено. Интересно, это трудности финансовые, или мэра города просто жаба душит? Склоняюсь ко второму. Гхм, так вот, парком тут громко называли небольшую территорию с травой вместо черного камня, маленьким фонтанчиком с изображением дельфина и со скамейкой, украшенную кружевным навесом из переплетенных тоненьких железных прутиков, на мое счастье плотно обросших плющем. Ну, как говорит вымирающая раса под названием «оптимисты», лучше чем ничего.

Я почапала по орошенной мелкими дождевыми каплями изумрудной траве, но, прежде чем спрятаться под навес, не удержалась и замерла возле забора, потрясенная изумительным видом.

Небо окрасилось песчано-золотым закатом, в котором были и зелень немногочисленных ростков, сумевших выжить в пустыне, и золотой контур мраморных облаков, и сирень тоскливого неба, в котором сейчас парило не менее десятка мэирлэйлов. Рильен замер рядом со мной, и, даже не обмениваясь с ним мыслями, я знала, что он также восхищен, как и я. Мы с ним оба относимся к тем существам, которые не только могут ценить красоту первозданной природы, но и быть поглощенными ею хоть на несколько секунд, безумно долгих и таких же сладостно-желанных от самой мысли, что они скоро закончатся. Сердце буквально трепещет тогда, когда этот вид оставляет свой оттиск в твоих зрачках, а ветер щекочет легкие в порыве никогда не оканчивать вдох. Ресницы подрагивают от невозможности не моргать, а губы растягиваются, в надежде подарить свое восхищение через улыбку этому великолепию. Вот это та малая часть, что чувствуем мы, которую еще как-то можно описать словами. Все остальное сможет понять только Создатель, ибо он создал. Капли нарождающегося дождя капают мне на лоб, унося всю ту головную боль и грязь в душе, словно помогая мне родиться заново. Гром ударяет по барабанным перепонкам, и в тот момент мне кажется, что это самый приятный звук который я слышала в жизни.

— Красиво, не правда ли? — Послышался тихий и глубокий голос сзади.

Это еще слабо сказано… стоп! Кто это?

Я обернулась на голос, почувствовав, как

рысь зеркально повторяет мое движение. Передо мной стоял высокий мужчина, облаченный во все черное, чуть смахивающее на одежду наемника. Темные как ночь, идеально ровные волосы были разбросаны ветром по плечам, но самое странное — это были глаза. Абсолютно белая радужка, подведенная индигово-синим ободком и с чересчур узким зрачком. Нелюдь. Если не хуже… Пожалуй, к странностям надо отнести еще и обсидиановую кожу, не просто коричневую, как у южных людей, а угольно-черную. Да и у жителей «жарких стран» не бывает таких тонких черт лица. Нелюдь улыбнулся мне белозубой улыбкой, выставляющей напоказ четыре глазных клыка, даже с виду опасно острых.

Риля, ты имеешь хоть небольшое представление, кто это?

«Не-а, сей заморский фрукт не опознан.» — Попытался пошутить он.

— Красиво. — Согласилась я, пытаясь подключить оставшиеся в наличии мозги к загадке на тему «шо ему надобно».

— Только ли? — Осведомился он, смотря мне прямо в глаза.

Мне показалось, или его зрачок пульсировал, становясь размером то с игольное ушко, то закрывая радужку? Я сделала шаг назад.

— Нет, — выдохнула я, — не только.

Ры-ы-ы-ссся-я-а!

Ответа нет.

Рысик, миленький, скажи хоть что-нибудь!

Молчание.

РИЛЬЕН!!!!

Пустота.

А я даже не могла повернуться, посмотреть, что с ним, так как это существо приковало мой взгляд полностью и безоговорочно. Как говорится, протесты не принимаются. И да — мне не показалось насчет его зрачка. Нелюдь ухмыльнулся и стал медленно ко мне приближаться. Я опять сделала шаг назад и уперлась в забор. Попыталась было применить магию, но та, как и рысь, не откликалась на мой зов. Да что же это такое?!!!

— Кто ты, черт тебя побери?! — Не выдержала я.

Мужчина остановился в пяти сантиметрах от меня, продолжая сверлить меня взглядом. Как будто все звуки отключились, и ничего не осталось кроме этих странных диких глаз. Сознание постепенно начало отключаться, я опасно накренилась назад и уже через секунду летела с отвесной скалы прямо в бушующее море… все еще смотря в эти глаза. Их обладатель мигом перепрыгнул через забор и полетел вслед за мной. Моя последняя мысль перед тем, как я окончательно отключилась, была, как ни странно, о рысе. В порядке ли он?

Под спиной ощущался каменный холод. Уже хорошо. Значит жива. А еще ощущалась сухость, чего при падении в море ну никак не могло быть. Отсюда напрашивается вывод — меня подхватили. Кто-то, кто может летать. Неужели этот черненький? Ха. Зачем ему надо было тогда меня сталкивать? Ерунда какая-то получается.

Я открыла глаза. Даже не стану описывать мое безграничное удивление насчет того, что рядом со мной лежал мэирлэйл, а мы находились в пещере. Создание воздуха похоже дремало, так что я тихо, на цыпочках подошла к выходу. Ага… выходу, конечно. Облом. Причем реальный — облом скалы. Мы находились над городом, почти на пике горы, откуда открывался великолепный вид на бушующее море… но я отвлеклась. Так вот, выйти отсюда я могла только с помощью крыльев демона или магии, которую всё еще не ощущала. А вот вызвать крылья мне удалось, но, как ни странно, я решила повременить с полетом и вместо этого подошла поближе к мэирлэйлу. Сказывался интерес исследователя.

Вблизи это создание казалось еще более красивым, а также менее реальным. Каждая чешуйка, казалось, была соткана из звездного неба, каждая мышца, комом перекатывающаяся под кожей, вызывала трепет и уважение к такой силе, а мощное дыхание заставляло задерживать свое. И в тоже время мэирлэйл выглядел чуть прозрачным, что заставило меня вспомнить слова Рильена насчет их аморфности. Но если это существо не материально, как же тогда оно смогло спасти меня? Ответ пришел так же быстро, как и вопрос.