Материк Тьмы
Шрифт:
— Привет дружище, — сказал я ему, — готов вернуться назад к друзьям?
— Эх, — вздохнул опечаленный гном. — Пропало моё пиво. Вот ведь, пока пил его, мучился, думая, что лопну, а как оно исчезло, так жалко, что больше не смогу его выпить. Уж больно оно хорошее было.
— Наваждение это было друг Орин, не было здесь никогда доброго гномьего пива.
Гном встал с алтаря, поклонился надгробию и подошел к нам.
— Что это за место? — спросила его Хельга.
— Здесь похоронен настоящий Оракул, после гибели от рук лживого
Мы с Хельгой тоже склонились в глубоком поклоне.
Уже на пути к выходу из пещеры в моей голове раздался приятный женский голос.
"Спасибо за то, что освободил это место, Шагающий по мирам. Твой путь лежит на ту сторону Ледяных гор. Будь мужественен, ибо тебе и твоим друзьям предстоит битва с самим Злом. В этом тебе пригодится и та вещь, которую ты нашел сегодня", — сказал голос и замолк.
Я почему-то сразу понял, что это со мной говорил настоящий Оракул.
Метель снаружи за это время так и не перестала бесноваться и мы, проплутав в снежной пелене приличное время, с трудом нашли нашу пещеру.
У входа, не смыкая глаз, стоял на страже с факелом в руках Дори. За то время пока мы отсутствовали, он так и не оставил свой пост.
Вместе с Ориным я отправил его спать.
Все были безумно рады нашему возвращению. Глядя на уже храпящих у костра гномов, я почувствовал, как и сам безумно устал.
Мы с Хельгой тут же упали на шкуры рядом с гномами и, обнявшись, уснули беспробудным сном.
Глава 16 Долина цветов
Метель бушевала ещё пять дней.
За это время лошадка была окончательно съедена и перед нами замаячила перспектива вновь перейти на ту снедь, которую для нас заготовили запасливые гномы, благо, что брошенная в походные сумки игроков она сохраняла первозданную свежесть и вкус.
Но наступил день, когда в проёме выхода из пещеры вместо молочно-белой пелены вьюги перед нами предстало голубое небо с ярко-жёлтым желтком солнца.
Щурясь от лучей небесного светила, мы выбрались на карниз и замерли в восхищении. Вся округа была покрыта искрящимся, словно бриллианты, белоснежным ковром. Великаны горы застыли как величественные памятники самой природе.
Воздух был прозрачен и настолько чист, что сделав глубокий вздох можно было заработать реальное головокружение.
Эту идиллию нарушала только цепочка следов, проложенная мимо пещеры в глубоком снегу вереницей вьючных лошадей.
Стоп. Откуда здесь взялись люди и лошади? Наверное, неподалёку, кто-то также пережидал бурю и с окончанием непогоды вновь пустился в путь.
— Смотрите, следы, — сказал Хелик, также заметивший, протоптанную дорожку следов в снегу.
— Завтракаем, собираем вещи и идём по ним дальше, — сказал я и вернулся в пещеру.
Завтрак прошёл оживлённо. Члены отряда непрестанно между собой возбуждённо говорили, в предвкушении смены обстановки, которая
Верховых лошадей оседлали, поклажу возложили на единственную оставшуюся в живых вьючную лошадь, а остатки поклажи распределили между собой.
Дорога, проложенная предыдущим караваном, была не так уж плоха, как можно было представить. Растянувшись в длинную цепочку, мы шли километр за километром, и я радовался тому, что наше направление совпадало со следами, которыми мы следовали.
Наконец, когда до заката оставалось всего несколько часов, следы по которым мы шли, свернули в сторону и ушли за невысокий горный хребет.
Дори, шедший во главе нашего отряда, остановился, дожидаясь остальных.
— Командир, — сказал он, когда я подъехал поближе, — что будем делать? Свернём по следам или будем прокладывать свою тропу?
— До наступления темноты мы не успеем далеко уйти по глубокому снегу, а ночевать в горах, без укрытия тяжело. Опять же, метель может начаться снова. Давайте свернём в ту сторону, куда ведут следы, там уклон и идти будет легче.
Так и сделали.
Никто из нас не жаловался на усталость. Даже Алиса, не смотря на всю кажущуюся хрупкость, молча переносила тяготы пути. И наше упорство было вознаграждено. Обогнув горный хребет, перед нами открылось совершенно изумительное зрелище.
Далеко внизу, у подножия горы, лежала цветущая долина. Буйство красок растений произраставших в долине просто поражало.
Помимо всевозможных оттенков зелёного цвета мы видели, пожалуй, все цвета радуги.
Долина была подобна бриллианту в обрамлении оправы из белого золота заснеженных гор. Размерами она тоже впечатляла. По моим скромным подсчётам площадь долины была десять на тридцать километров.
— Вот это, да! — только и выдохнула Хельга, поражённая красотой открывшейся перед нею. — Странно, что о таком чуде среди игроков никто не говорит.
— Ага, — хмыкнул Хелик, — не говорят потому что не знают. Если бы знали, наверняка здесь бы уже стоял форпост одного из кланов, а может и несколько форпостов. И тогда о ней знал бы последний игрок.
— Да, — заметил Орин, — с первых дней нашего пребывания на этой земле мы видели всё только в серо-чёрных и тёмно-зелёных тонах, но здесь всё иное. Всё равно, что взяли радугу, засунули её в ведро, тщательно перемешали и выплеснули в эту долину.
— Давайте спустимся в долину, — предложила Алиса, в волнении ёрзающая на седле и готовая пустить свою лошадь в галоп.
— Погоди, — придержал я поводья лошади девушки, — раз сюда нас привели следы, значит, местные жители здесь тоже есть. Неизвестно как они отнесутся к появлению незнакомцев. Лучше нам сначала разведать всё кругом, а уже затем искать их поселение.
Мы начали спуск.
Граница холода обозначилась явно — вот наши лошади ступают по колено в снегу, а вот уже он закончился, и копыта стучат по поверхности скал.