Матабар V
Шрифт:
Лекарства, по закону Империи, кроме самых специфичных и дорогих, продавались гражданам без рецепта. Опять же — одна из реформ, продвинутых Павлом IV.
— Мне, пожалуйста, омраиол двенадцать грам, — немолодой мужчина стоял у прилавка, где несколько фармацевтов в белой униформе взвешивали на весах препараты и щелкали рычажками кассовых аппаратов.
Омраиол, если Арди правильно помнил лекции профессора Ковертского, использовался для лечения язвы желудка. Не Лей-препарат. Хотя имелся и Лей-омраиол с добавлением толченого корня Кричащей Сушеницы Топляной и цветков Сонливого
В случае со Звездной Магией в искусственной среде требовалась постоянная подпитка от Лей-кабелей с малым напряжением.
— Конечно, — девушка резво пробежалась пальцами по бусинам деревянных счет. — С вас восемьдесят четыре ксо.
Семь ксо за грамм? И вновь Ард был вынужден признать, что Март Борсков не ошибся в своих рассуждениях о стоимости лечения.
— Хорошо, — мужчина уже полез за кошельком, как фармацевт сделала встречное предложение.
— Можем предложить Лей-омраиол.
— А он лучше?
— Да, господин, — кивнула фармацевт. — Намного. Первые симптомы пройдут уже к вечеру, а при завершении курса лечения вы заметите явные улучшения общего самочувствия. Язва, конечно, не пройдет, но беспокоить перестанет. И если будете придерживаться диеты, то, через полгода, забудете о ней окончательно.
Немолодой господин засомневался и засмущался. На его ногах рабочие ботинки стыдливо прятались под следами застывшей грязи, а на плечах лежал не по сезону теплый пиджак.
Вряд ли у него имелись лишние средства.
— А сколько такое стоит?
— Двенадцать грамм? — уточнила фармацевт.
Мужчина кивнул и снова тонкие, девичьи пальцы застучали по бусинам счет.
— Три экса, тридцать шесть ксо.
Ардан не был уверен в том, кто конкретно поперхнулся первым. Он сам или покупатель. Стоимость за грамм Лей-омраиола, довольно несложного лекарства, превышала его обычный аналог ровно в четыре раза!
Хотя себестоимость производства одного грамма вряд ли превышала шесть, может восемь ксо.
Спящие Духи, что за грабительская наценка?! Даже если учесть траты на аренду здания, стоимость всех лицензий, зарплаты фармацевтов, транспортные расходы и налоги, то стоимость все равно не должна была превышать четырнадцать, максимум шестнадцать ксо! Никак не двадцать восемь!
— Нет, пожалуй, лучше обычный омроиол, — прокашлявшись, отказался мужчина.
Он отсчитал нужное количество монет, а фармацевт взвесила ему двадцать четыре миниатюрные, спрессованные таблетки и убрала те в подписанный конвертик.
— Принимайте утром натощак со стаканом теплой воды.
— Разумеется… спасибо.
— Хорошего вам дня и поправляйтесь скорее.
Уходя, мужчина бурчал себе под нос, что с такими ценами он скорее к Вечным Ангелам отправиться, нежели выздоровеет. Ардан его всецело поддерживал.
Даже если принять во внимание, что производитель ничего не знал об искусстве Эан’Хане (что, разумеется, так и было) и прибавить к формуле расчета расходы на Лей-энергию, то все равно
Куда смотрела Гильдия магов?
Даже Тимофей Полских, самый большой скряга всей Пригорной губернии; и попросту жадный человек не позволял себе такой чудовищной наценки.
Пока другие покупатели общались с фармацевтами, Ардан продолжил ходить между рядами.
С момента возвращения в Эвергейл, за редкой надобностью, когда кто-то из родных болел, Ардан сам готовил лекарства. Не справлялся он только с недугом Эрти, потому как Фае не болели анемией и, следовательно, не умели её лечить. Так что он понятия не имел, сколько стоят лекарства. Знал только, что за год лечение брата, с учетом вызовов врачей из Дельпаса, обходилось едва ли не в две месячных зарплаты Келли.
Арди, прислушиваясь к покупателям, смотрел на ценники Лей-аналогов.
— Асфартанет, — попросила молодая девушка. — Тридцать два грамма.
Специфичное лекарство для лечение весьма специфичного, женского недуга. Его, обычно, вызывала неподходящая, слишком легкая одежда из-за которой тело переохлаждалось и нарушался хрупкий баланс женской физиологии.
— Четыре экса, сорок восемь ксо.
Ардан же нашел на одном из стендов Лей-асфартанет. Он стоил просто каких-то невероятных сорок шесть ксо за грам! Это получалось почти пятнадцать эксов за лекарство! Хотя в данном случае самого лекарства потребовалось бы в полтора раза меньше, но цена, при этом почти в три раза выше!
И опять безумная наценка.
— Будьте добры одну склянку с пятипроцентным раствором ултафола, — попросил уже другой болезный.
Ултафол использовался для лечения кожно-инфекционных заболеваний.
— Конечно, с вас экс и тридцать пять ксо.
В одной такой склянке содержалось сто пятьдесят миллилитров раствора. При этом найденный Арди Лей-ултафол в таком же объеме и такой же концентрации обходился в невероятных шесть эксов и семьдесят девять ксо!
Ардан не особо верил тому, что видит собственными глазами. Даже если предположить, что все инженеры теплиц и цветников, где в промышленных масштабах выращивали Лей-растения, ничего не знали о расчете средней эффективности (которую профессор Конвел буквально вбил в головы своих студентов) и их оборудование выдавало минимальное полезное действие, то все равно стоимость препаратов, в лучшем случае, была завышена на сорок процентов от уровня неплохой, десяти процентной прибыли.
Вон, Аркар вообще жаловался, что маржа «Брюса» составляла всего около четырех процентов, если округлять в большую сторону.
Четыре процента!
На довольно известный в городе Джаз-бар, пусть и с несколько сомнительной репутацией, но, обычно, забитым до отказа.
— Третий курс?
Ардан резко развернулся. Рядом с ним стоял мужчина в очень дорогом костюме, начищенных туфлях из дорогой кожи, а в пальцах, с несколькими печатками из белого золота, украшенных черными бриллиантами, он крутил сигару. Той же фирмы, которые курил Бельский, больше известный как Пижон.