Мать Ученья
Шрифт:
— Магия крови? — заинтересовался Зориан. — Ты с ней знаком?
— Ах да, ты, вероятно, не знаешь… Гильдия скрывает эту информацию, так? — вслух размышлял Каэл. — Магия крови использует жизненную силу людей — обычно для питания заклятий. Жизненная сила куда мощнее обычной маны, так что всегда есть соблазн. Но, разумеется, расходовать собственную жизненную силу и крайне вредно, и опасно, так что большинство практиков используют чужую. Ну, знаешь, все эти истории, где злодей ради силы приносит в жертву людей? Это и есть магия крови.
— О. Так это она и есть? Как-то даже разочаровывает, — заметил Зориан. — Учитывая манию Гильдии стирать все
— Покуда есть жертвы — магия крови до безобразия проста, — ответил Каэл. — К тому же жизненная сила людей практически одинакова. В жертву сойдет любой гражданский. Это быстрый и кровавый путь к силе, и Гильдия опасается, что если сведения будут общедоступны — слишком многие захотят пройти этим путем. Опять же, я слышал, что магия крови позволяет красть родовые и особые способности — можешь себе представить, как к этому относятся Благородные Дома. Так что Гильдия сурово карает тех, кто прибегает к магии крови — а тем не удается скрываться, магия крови требует слишком много жертв.
Прежде, чем Зориан ответил, снаружи загрохотали взрывы, и они оба выбежали на улицу. Остальные жильцы были в порядке — только напуганы и растеряны — но, кажется, Зориан понял, что происходит.
Поднявшись на крышу, он убедился в своей правоте — город горел, а на улицах зверствовали тролли и вражеские маги.
Ибасанцы и Культ начали вторжение раньше срока.
Следующие несколько часов пролетели в непрерывной суете. Да, в этот раз у захватчиков не было железноклювов и нежити Судомира. Да, сегодня королевские войска были куда более готовы к бою. И все равно захватчики были чертовски сильны и стремились нанести максимальный ущерб. Зориан хотел бы пойти на улицы, пронаблюдать за этим необычным вторжением, но не мог оставить остальных жильцов дома Имайи без защиты. Так что он оставался у дома, уничтожая забредающие группки ибасанцев, а в периоды относительного затишья — наблюдая за городом посредством прорицания.
Что любопытно, хоть он и уничтожил по меньшей мере шесть отрядов, Кватач-Ичл так и не пришел разобраться с ним. Видимо, сегодня у древнего лича хватало более важных забот.
Сказать по правде, Зориан понятия не имел, чего ибасанцы пытались добиться своим преждевременным вторжением. Их первоначальный план нападения в разгар летнего фестиваля хотя бы имел шансы нанести городу серьезный урон — этот же налет был обречен с самого начала. Впрочем, возможно, у их просто не было выхода. Они, несомненно, знали, что эльдемарские дознаватели уже идут по следу, так что ждать летнего фестиваля было бы действительно глупо… с другой стороны, захват поместья Яску отрезал их путь отступления на Ибасу.
Некоторое время спустя его видение показало, что самые ожесточенные бои идут вокруг Провала. Там сконцентрировалось большинство захватчиков, а Кватач-Ичл и вовсе не отходил оттуда. Неужто захватчики сделали ставку на успешный призыв первозданного? Очень на то похоже. Какая-то часть его спросила, означает ли это, что Ночка похищена и будет принесена в жертву, но он задвинул эту мысль подальше. Даже если и так, он ничем не мог ей помочь, а в следующем цикле она вновь будет жива.
Хотя… это даже любопытно. Если культисты все же сумеют освободить первозданного, он наконец увидит силу и опасность чудовища своими глазами. До конца цикла было еще далеко, первозданный успеет явить свою мощь.
Прошло еще некоторое время, и Зориан внезапно понял —
Трещины, сообразил Зориан. Реальность трескалась.
Внезапно огромный объем пространства просто… обвалился внутрь, открыв висящую в воздухе черную дыру. Что-то темно-коричневое и огромное, подобное руке, усыпанной глазами и ртами, вырвалось из разрыва в небе, но Зориан даже не успел это разглядеть. Совершенно без его участия ожил маркер в его душе — и все поглотила чернота.
Он проснулся в Сирине — Кириэлле желала ему доброго утра.
Зориан, вздохнув, помог Кириэлле вытащить багаж из вагона — голова все еще была занята событиями прошлого цикла. Почему цикл внезапно завершился? Случилось ли это потому, что Зак умудрился умереть именно в этот момент? Или, как он подозревал, это эффект освобождения первозданного?
Какова связь между петлей времени и первозданным? Не предназначена ли петля, чтобы не допустить освобождения чудовища? Интересно, обычный рестарт в конце месяца происходит из-за истечения срока, или именно в этот момент захватчики обычно освобождают первозданного, а он никогда не пытался вмешаться в ритуал? Хмм.
— Добро пожаловать в Сиорию, Кири, — сказал он. — Довольно впечатляюще, не находишь?
Конечно, он жульничал. Он знал, что центральный вокзал впечатляет Кириэлле. Впрочем, в этот раз, похоже, ее интересует что-то другое.
— Эмм, — она указала куда-то позади него. — По-моему, тот парень хочет с тобой поговорить.
Зориан обернулся — и увидел топающего к нему сердитого Зака. Зориан так растерялся, что не двигался, пока одноклассник не подошел вплотную.
Преодолев смущение, он открыл было рот, чтобы поздороваться, но прежде, чем он успел сказать хоть что-то, кулак Зака, размазываясь в движении, метнулся вперед и врезался ему в челюсть.
Глава 53. Призраки
Едва заметив угрожающее движение Зака, Зориан инстинктивно попытался отшагнуть и уклониться. Увы, он никогда не был хорош в рукопашной — а прямо за ним был свален их багаж. О который растерянный Зориан благополучно запнулся и, получив дополнительный импульс от удара в лицо, растянулся во весь рост, больно приложившись затылком о твёрдый бетон.
Он не потерял сознания, но в голове от удара помутилось. Едва ли надолго — от силы на пару секунд — но, когда он вновь смог связно мыслить, обстановка вокруг разительно переменилась. Кириэлле звала на помощь во всю мощь лёгких — а когда хотела, она могла кричать действительно громко — одновременно пиная и царапая Зака, словно дикая кошка. Сам Зак был на грани паники, неловко пытаясь защититься, не повредив ей, и при этом оправдываясь. Безуспешно — крики и визг Кириэлле совершенно его заглушали. Бедняга был в полной растерянности, явно не представляя, что теперь делать.