Мать Богов

Бердичева Екатерина Павловна

– Но я – не ваш. – заметил Ласски, обходя по краю сияющую чашечками крошечных цветов поляну.

– Все мы – дети Творца. – ответил Инти и легко вскочил на склоненный и обвитый какими-то растениями до состояния катушки ствол. Кроме привычных бабочек, взлететь с него захотели даже многослойные поганки, прижившиеся в нагретых гниением нишах. Но юноша на них цыкнул, и шляпки вновь успокоились. Тогда Ференц отправился следом. Правда, ему все время казалось, что в процессе восхождения на него таращатся испуганные приближением неуклюжего чужака глаза.

– Зачем

мы сюда лезем? – окликнул своего провожатого мужчина. – И где находятся ваши взрослые?

– Я хочу показать тебе воду. – просто ответил рейнджер. – Ночью она особенно хороша. Ну же! – Обернулся он, стоя на толстом сучке. – Ты ползешь, словно по лицу капля пота. И мне приходится гадать, дойдешь ты или все-таки свалишься!

– Извини. – Ласски встал рядом. – Не хотел случайно кого-нибудь задеть.

– Если бы хотел, они бы разбежались. – ответил парень и нырнул под длинные пряди мха, свисавшие к земле бурым пологом. Ференц нырнул следом и, подняв голову, не сдержал восхищения.

– Вот это да-а! Видал я, как вода светится… Но это же – чистая радуга!

Летящий со спрятанных за листьями скал водопад шумел, бурлил в каменной чаше, искрился невероятным количеством оттенков голубого, зеленого и малинового. Казалось, молекулы воды переплелись с бесчисленным множеством крохотных воздушных шариков, наполненных разными красками. А цветные брызги, оседая на больших листьях и падающих к озеру травах, медленно таяли, растворяясь в воздухе бледным туманом.

– Рад, что тебе понравилось. – Улыбнулся мальчишка и схватил рукой толстый гибкий стебель. Потом, немного покачав его из стороны в сторону, стремительно прыгнул вниз.

– Иди ко мне! – Замахала ладонями с земли тонкая фигурка. – Ты же не боишься?

«Если собрался дернуть тигра за усы, вначале подумай о последствиях. – Перед тем, как ухнуть в светящуюся бездну, господину Ласски вспомнились слова отца. – Дорога меняется, если делаешь хоть один шаг…»

И он этот шаг сделал.

Вскоре они вдвоем сидели на берегу темного лесного озера. Где-то далеко, на другом его краю, плескал струями невидимый за деревьями ручей. А тут, по зеркалу вод около рассыпанных по берегу валунов и круглых обломков скал, пробегала лишь светлая дрожь.

– Почему ты не отвечаешь на мои вопросы? – Мужчина вытянул к воде ноги и оперся на отставленные назад ладони. – Зачем потащил меня в свой лес, если не даешь прийти сюда остальным? Кстати, почему? Я совсем не чувствую никакой опасности!

– Почему? – Юноша провел пальцами по шероховатому каменному боку. – Ты любишь купаться и не любишь, когда за тобой наблюдают. Но бассейн на станции очень мал. Поэтому я разрешаю тебе приходить сюда.

– Разрешаешь? – удивился человек. – Ты?

– Они – тоже. – Поднятый кверху тонкий палец обвел небольшой полукруг. – Им до сих пор хочется надеяться.

– Кому и на что?

Вместо ответа парень откинулся на спину и растянулся на камне, сквозь черные ветви глядя в фиолетовое небо.

– Чтобы принять решение, нужно все

понять самому. – Он поднял ладонь и посмотрел на звезды через растопыренные пальцы. – Твой отец не смог.

– Мой отец… он был здесь?!

Ференц навис над мальчишкой, словно через глаза пытаясь прочесть его память. Но тот снова засмеялся и помахал рукой.

– Отодвинься. Ты – жаркий.

– Значит, на этот вопрос искать ответ тоже мне?

– Да. – Кивнул пацан. – Если ничего не получится… – Он вздохнул. – Значит, снова не время.

Мужчина опустил подбородок на скрещенные руки.

– Последний вопрос… если не хочешь, не отвечай. Где в Лесу находятся катера? Откуда берете для них топливо? И расскажи, пожалуйста, про сеть… Три вопроса.

– Первый ответ. – Инти повернул к нему голову, и он увидел в глазах парня смешливые огоньки. – Вы, люди, не воспринимаете то, что нельзя потрогать и попробовать на зуб, сколько вас ни убеждай, что учиться лучше на чужом опыте. Поэтому посмотри по сторонам, попробуй до всего дойти сам и не торопись делать выводы.

Инти подложил руки под голову и снова взглянул на звезды.

– Так много живых существ! Но только некоторые из вас поднимают уныло опущенную голову и замечают небо.

***

Присев на корточки у кромки воды, он опустил в нее пальцы и с досадой отдернул руку: озеро было ледяным, похожим на то, в котором он в детстве чуть не утонул, катаясь с другом на угнанной от причала лодке. «Купаться! – фыркнул он. – Да в него зайти невозможно!»

Но с поверхности камня, возвышавшегося над его головой, послышался тихий голос капитана Лийма.

– Твое тело помнит ужас ледяной пучины и неизбежность смерти. Поэтому ты не любишь покрытые жизнью планеты, предпочитая тесноту скафандра и плотные купола станций. Неизвестность тебя пугает. Ты цепляешься за привычный порядок, общественный регламент и чужое мнение. Ты – неплохой человек, Фейри, но боишься открыть глаза. – мальчишка сел. – Я совершил ошибку, пригласив тебя в Лес. Пойдем, покажу тебе дорогу назад.

– Подожди! – выкрикнул мужчина раньше, чем успел подумать. – Не надо! Ты прав, Инти… я – трус и вечная тень своего отца, с детства пытающаяся встать с ним на одну ступень. И сюда я поехал только потому, что хотел доказать ему свою преданность.

Снова опустившись перед озером на колени, Ференц вгляделся в его глубину. А спустя время с удивлением произнес:

– Надо же! Оказывается, оно – светлое. Через толщу воды я вижу камни и песок. А еще – водоросли, между которыми плавают рыбки. Какие красивые! – Растопырив пальцы, он медленно опустил в него руку. – Невероятно! А сейчас оно – теплое.

Обернувшись, он взглянул на мальчишку, оседлавшего валун.

– Так я могу… искупаться?

Парень приподнял брови и промолчал. Но человек, спокойно освободившись от одежды, медленно ступил в воду и почти сразу поплыл вперед, оставляя за собой серебристую дорожку. А потом, словно такое было для него делом привычным, легко нырнул в глубину.