Мастеровой
Шрифт:
– Это для затравки, – сказал «волк». – Будешь врать дальше, получишь еще. Бить Игнат умеет. Будет мало – раскалим в костре кочергу, мы ее специально прихватили, – он осклабился, показав белые зубы. – Попытаем ей. Все равно скажешь. Будешь говорить?
– Да, – прохрипел Федор.
– Подыми его, Игнат, – приказал «волк». – Хочу видеть лицо. И подбрось хворосту в костер, прогорает быстро.
Боевик усадил Федора на траву и занялся костром. На короткое время он заслонил его от хозяина. Улучив момент, Федор подтянул брючину и достал револьвер из кобуры на щиколотке. Но стрелять
– Итак? – спросил «волк» после того, как Игнат, справившись с приказанием, примостился рядом с ним на корточках. При этом он не сводил с пленника глаз. – Слушаю.
– Был я на берегу, – начал Федор. – Видел мертвых князей, но сам не убивал. Подобрал несколько сотенных и убежал. Испугался очень.
– Снова врешь! – сморщился «волк». Игнат вскочил.
– Погодите, ваше благородие! – поспешил Федор. – Посудите сами! Как можно простецу Осененного убить? У тех щиты.
– Ты откуда знаешь?
– На военной службе видел. Приезжали на учения в полку.
– Читал в полицейском протоколе, – усмехнулся «волк». – Только врешь ты, Кошкин. Можно простецу Осененного убить, если неожиданно напасть. Что ты сделал, бросив камень. Или же ударил им. А чтоб не врал далее, расскажу, почему не верю. Не знаю, для чего на Юсупова напал: может, испугался, может, из-за денег, но убил точно. Подобрав перстень, нацепил его на палец. Заключенная в камне душа подселилась к тебе, подсказав, что делать дальше. Ты уехал из Москвы, перебрался в Тулу, поступил на оружейный завод, где себя и выдал.
– Это чем? – поинтересовался Федор.
– Прежний Кошкин был обыкновенным мастеровым, – терпеливо объяснил «волк». – Хорошо работал, жил в казарме, посещал трактир – жил как все. Прибыв в Тулу, первым делом снял квартиру в доме, где живет богатая публика – с ванной и клозетом. Плата не смутила.
– Так всегда мечтал барином пожить, – объяснил Федор.
– Помолчи! – приказал «волк». – А не то вновь Игнат займется. Слушай далее. Новый Кошкин заговорил по-французски, да еще бойко. Это где ж мастеровых языкам учат? На заводе поразил всех знаниями. Усовершенствовал производство, изобрел револьвер. По нему, кстати, тебя и нашли, – усмехнулся «волк». – Опрометчиво было называть его своим именем.
– Это генерал велел, – буркнул Федор.
– Пусть так, – кивнул «волк». – Как бы ни было, но стал совершенно другим. А все подселенная душа. Она, кстати, кем была?
– Инженером-оружейником, – сказал Федор.
– Вот и разобрались, – хмыкнул «волк». – Так бы сразу.
– Вы дозволите спросить?
– Говори! – разрешил «волк».
– Что со мной будет?
– Это князь решит, – пожал «волк» плечами.
– Он знает обо мне?
– Пока нет, – «волк» встал. – Сюрприз будет. Игнат, тащи его в коляску! Едем на вокзал.
Боевик вскочил, в этот миг Федор выстрелил. Игнат рухнул как сноп. Пуля в грудь – это серьезно. «Волк» вскинул пистолет, но опоздал – Федор выстрелил раньше. Все-таки револьвер в таких делах быстрее. Получив пулю в живот, «волк» выронил пистолет и упал на бок. Федор встал, подошел к нему и ногой перевернул на спину.
– Отвези меня в больницу, – попросил, прижав руки к животу. – Обещаю, что отстану. Никогда более не увидишь.
– Отвезу, – пообещал Федор. – Если скажешь правду. Кто еще знает обо мне?
– Только мы двое, – простонал раненый. – Никому не говорил. Я всегда так делаю.
– Делал, – уточнил Федор и поднял револьвер.
– Ты же обещал! – возмутился раненый.
– У тебя пулях в кишках, – объяснил Федор. – Все дерьмо из них вытекло в живот. Доктор не поможет, помирать будешь в мучениях. Я от них избавлю. Помолиться хочешь?
– Чтоб ты сдох! – плюнул раненый. – Все равно тебя найдут. А не я, так другие.
– Это как сказать, – хмыкнул Федор и нажал на спуск.
Раненый дернулся и обмяк. Отойдя от него, Федор проконтролировал Игната. Тот был мертв. Пуля, выпущенная из коротыша, угодила ему прямо в сердце. Федор сунул револьвер в кобуру и обыскал убитых. Первым делом вытащил из жилетного кармашка «волка» ключ от наручников. Сняв браслеты, зашвырнул их в реку. Вывернул карманы убитых. Оружие, бумажники, документы свалил у костра, где внимательно рассмотрел. Документы бросил в костер, где их пожрал огонь. Вытащил деньги из бумажников, свистнул, оценив их количество, и засунул в карман. В портмоне «волка» обнаружились визитки. Федор взял одну и поднес к костру. «Хоффман Карл Готлибович, – гласил отпечатанный на мелованной картонке текст. – Частный сыщик». Далее следовал адрес и телефон.
Федор сунул визитку в карман, остальные вместе с портмоне полетели в огонь. Подобрал связку ключей, обнаруженных у «волка». После чего стащил с себя одежду. Перед этим зашвырнул в реку оружие похитителей – пистолет «волка» и наган Игната. Поеживаясь от холода – октябрь как-никак, он оттащил трупы к берегу, а затем, зайдя в воду, поочередно спровадил их к стремнине. Тела скрылись под водой с тихим плеском.
– Полежат с недельку, раздуются и всплывут, – прокомментировал Друг. – Течением понесет к Оке. Может, там поймают, – он хохотнул. – Концы в воду.
– Душегубы мы с тобой! – буркнул Федор, подбежав к костру. Его кожа посинела, зубы выбивали чечетку. – Обязательно было убивать?
– А у нас имелся выбор? – возмутился Друг. – Или мы их, иль они нас. Этот князь нас бы сжег или что он там умеет? На хрена такое удовольствие! Ты их рожи заценил? Навидался я таких – наверняка у каждого по кладбищу за спиной…
Под его ворчание Федор обогрелся у костра, натянул одежду, после чего подбросил хворосту в огонь и внимательно осмотрел все вокруг. Следов от похитителей не осталось, если не считать примятой травы и полос от волочения тел. Ничего, выпрямится трава. Да и кто станет искать? Мало кто костер на берегу жег и к воде ходил? Подойдя к пролетке, Федор сел на облучок и погнал лошадку к Туле. Не доехав до центра, спрыгнул с облучка и, сказав кобылке: «Но!», бросил вожжи. Та повлекла пролетку дальше. Лошадь – умное животное, дом найдет. Нет сомнений, что похитители наняли экипаж здесь, пусть возвращается к хозяину. Тот обматерит арендаторов, но кипеж подымать не станет – лошадь с экипажем воротились.