Мастер

Коул Кресли

Серьёзно?

Максим присоединился ко мне с бутылкой вина в одной руке и стаканом в другой. Бутылку он поставил на столик, а сам встал рядом со мной. Лунный свет падал на его лицо, любовно подсвечивая точёные черты.

Я начала мало-помалу расслабляться, хотя по-прежнему не заплатили. Как бы там ни было, но я находилась в пентхаусе отеля "Селтейн" с клиентом, который, возможно, устроит мне ТТ. Трах тысячелетия.

Я сделала очередной глоток.

– Ты сюда наркоту подсыпал, что ли?

– С наркотой я завязал, -

иронически произнёс он.
– Что скажешь про вид?

Я усмехнулась, не отрывая губ от края бокала.

– Вполне. Если тебе, конечно, нравятся такие вещи.

Моя попытка сострить заставила его чуть наклонить голову.

– Я посмотрел твою страницу на сайте агентства.

Из всего, что написала там про меня Иванна, верить можно было лишь двум из трёх моих размеров и ещё "натуральному статусу", который подтверждал, что я не подвергалась никаким хирургическим вмешательствам.

В моей фальшивой анкете на сайте было указано, что я: люблю танцевать (ненавижу) и заниматься йогой (вообще-то, я бегаю трусцой). В свободное время (было бы оно у меня!) я увлекаюсь театральным искусством (нет, gracias) и шопингом (разновидность пытки).

– Фотографии у тебя необычные, - заметил он.

– Правда?
– Иванна фотографировала меня на пляже. Я была в коротких спортивных шортиках, топлес, из макияжа - только тушь, волосы подколоты над головой. Фотография, которую она выбрала, получилась почти случайно.

На фото я повернула голову чуть в сторону, будто вглядываясь куда-то. Мой отсутствующий взгляд свидетельствовал о непростых раздумьях - вернее, а не передумать ли мне совсем по поводу всей этой затеи. Да, и, как обычно, я проклинала Эдварда.

Брызги крови по всей спальне... эти ужасные звуки...

Забудь об этом, Кэт.

Русский сказал:

– Не те обычные гламурные фотографии с приглушённым светом и кружевным бельём.

– Завсегдатай вроде тебя всё знает, да?
– я отпила ещё вина, нахмурившись, когда обнаружила, что выпила всё до дна.
– Я не одна из тех фальшивых гламурных кис.

Молча, он налил мне ещё.

– А какая ты?

Упорный боец, который знает, что каждый день - это борьба. Но я ответила так:

– Девушка, которая верит, что на пляжах все должны ходить топлесс. Viva la revoluci'on!

Я думала, что удачно пошутила, но он лишь вновь склонил голову.

– Фотография заставляет мужчин гадать, о чём ты задумалась. В этом и была идея снимка?

– Не я отбирала фото для сайта.
– Я позволила Иванне использовать

именно этот снимок только потому, что на нём я была совершенно не похожа на свою последнюю фотографию, где была ещё подростком.

– Тебе двадцать шесть?

Иванна чуть преувеличила.

– Я достаточно взрослая, чтобы понимать, что к чему.

Максим изучал мою грудь.

– Размеры: восемьдесят девять - пятьдесят восемь - девяносто один?

– Восемьдесят семь с половиной, если повезёт. И это тоже не я придумала. Мне мои размеры нравятся.
– Я свободно могла бы не носить лифчик, но также при необходимости была способна продемонстрировать красивую ложбинку.

Его брови сошлись на переносице. Мне показалось, что он пытается вставить меня в определённые рамки, но испытывает с этим какие-то затруднения.

"Моя задница туда не пролезет, чувак", могла бы я ему сообщить.

– У тебя заметный акцент. Ты родилась не в Штатах?

– Я выросла в испано-говорящем районе.
– С моей una madre loca– католичкой до мозга костей. Несмотря на её отказ выучить английский, она продержала меня на домашнем обучении почти что до старших классов, не допуская практически никого на наш уединённый пляж. О своём детстве я не любила вспоминать, а тем более - говорить.

– В Майами?

Я пожала плечами. Такие вопросы меня нервировали. Чем меньше обо мне знали, тем лучше. Связи с другими людьми были хлебными крошками. Поэтому я ни с кем не встречалась, не завела компанию. Но, вообще-то, и времени в промежутках между мытьём туалетов и школой оставалось немного.

– Ты против разговоров о себе?
– Он невесело усмехнулся.
– Впервые вижу.

– О, моя скучная жизнь не стоит того, чтобы о ней рассказывать. У меня идея: давай установим правило - не задавать личных вопросов?

– Думаешь, сможешь удержаться и не попытаться выяснить подробности обо мне?

Если он поступит таким же образом?

– Si.

– Очень хорошо, тогда, ближе к делу. Полагаю, мы переходим к части, в которой ты набиваешь себе цену.

Не в бровь, а в глаз.

– Ты мне понадобишься только на час, - продолжал он, - но я не люблю волноваться о сроках, так что забронировал сразу полночи. Сколько будет стоить разрешение делать с тобой всё, что мне вздумается?

Что может вздуматься такому восхитительному, богатому, снисходительному парню?

– Некоторые вещи не обсуждаются.

Он вспыхнул.

– Со мной всё обсуждается, девочка.

Это становилось проблемой. Нет-нет, помни про мантру.

Сталкиваясь с проблемой, правильная бизнесвумен говорила "это не проблема", а потом начинала над ней работать.