Мастер Зеркал Книга I
Шрифт:
— Везёт же тебе, — гыгыкнул Сальвур, — прямо, как утопленнику.
— Ну, есть надежда, что она сейчас занята, — ответил я.
Дело в том, что помимо девушек, Леопольдину сопровождало ещё трое парней, которые активно старались завладеть вниманием сопровождаемых ими прелестниц. Естественно, Леопольдина привлекла внимание парня, явно лидирующего в этой небольшой мужской компании. Он, вероятно, считал себя самым неотразимым альфа-самцом. А потому был нахрапист и нагл. Возможно, он и неотразим. Но ему ещё только предстоит оценить, насколько глубоко он вляпался. И сейчас я даже ему немного сочувствую. Хотя мимолетное чувство сожаления о потере доступа к столь роскошному
Так вот, этот безрассудный герой-любовник всеми силами старался завладеть вниманием красавицы. И, хотя она и отвечала ему, сохраняя на своём прекрасном лице маску слабой заинтересованности, мне со стороны было видно, что она уже начала строить относительно него какие-то планы. И тут она обернулась ко мне и пристально так, с прищуром, посмотрела. Она не могла не отметить моего интереса к её беседе с этим красавчиком. Да и сам красавчик, как и следовало ожидать, обернулся вслед за объектом своих ухаживаний. Запоздало отвернувшись, я краем глаза продолжал отслеживать происходящее. А они обменялись несколькими фразами, глядя на меня, и потом её ухажёр решительным шагом направился в нашу сторону.
— А вечер-то перестаёт быть томным, — всплыла у меня в голове чья-то крылатая фраза.
Глава 3.1 — Месть брошенной
Я изо всех сил старался делать вид, что не вижу приближающегося Валейра, так звали этого третьекурсника, но боковым зрением, само собой, старался отслеживать его перемещение в моём направлении. А он продолжал целеустремлённо двигаться к нам. Я был далёк от мысли, что идёт он сюда, чтобы сердечно пожелать нам доброго дня. Напротив, зная мстительный характер Леопольдины, я предполагал, что она решила его руками мне мелко отомстить. То есть, этот молодой человек приближался, имея своей целью хорошенько начистить мне физиономию, и тем самым почесать своё эго, и заодно, заработать несколько очков в глазах объекта своих ухаживаний. В его представлении, я, наверное, выглядел, как беспомощный задохлик, так как он был и тяжелее и выше меня. Ну, и старше, конечно. А потому он, вероятно, считал, что осуществит задуманное без каких-либо трудностей и неожиданностей. Ну, и флаг тогда ему в руки. Я же, тем временем, не глядя в его сторону, продолжал неспешно обмениваться репликами со своими друзьями.
И тут на моё правое плечо опустилась рука. Рывком Валейр, а это был он, грубо развернул меня к себе лицом. Я сразу же сделал ему предложение, которое сам расценивал, как свою последнюю, и единственную, попытку разойтись миром, а он, видимо, воспринял это, как доказательство моей полной несостоятельности. На самом деле, произнесённая мною фраза должна была дать понять окружающим, что меня вынудили к жестким действиям, которые я планировал предпринять.
— Будьте добры, уберите от меня свою руку, пожалуйста.
Всё это напоминало какой-то бестолковый наезд. Планируешь ударить, так бей сразу, как говаривал наш монастырский мастер кулачного боя Ли. Я был, в общем-то, готов и к такому варианту, когда драка начинается без всяких прелюдий. Но, так, как события начали развиваться, конечно, было гораздо для меня удобнее. А вот эта привычка рисоваться в расчёте на невзыскательного зрителя, и любование самим собой, до добра его не доведут. Но вот он, однако, посчитал,
Дальше я действовал на автомате, как на тех изматывающих тренировках, где мастер Ли, буквально, забивал в подкорку обучаемым эту нехитрую последовательность действий. Я сделал левой ногой отшаг назад, уходя с линии атаки и разворачиваясь боком к оппоненту, одновременно накрывая своей левой ладонью его кисть, фиксируя её на своём плече. И, в процессе разворота корпуса накрыл, уже своей правой рукой, его предплечье, изгибая его кисть под прямым углом и придавливая его локоть вперёд и вниз, так же изгибая его под прямым углом. Ну и что, что он сильнее меня? Мастер Ли совершенно справедливо обращал наше внимание на то, что, как бы силён ни был человек, а в суставах мышц нет, и если вы правильно его взяли, то никакая сила ему уже не поможет. Валейр охнул от внезапно нахлынувшей боли, а потом послушно последовал за моим движением, и, в конце концов, упал на колени, ибо, если бы он этого не сделал, запястье я ему бы вывихнул бы. А это, мягко говоря, весьма неприятно.
Наша возня никак не могла остаться незамеченной. Начали подтягиваться зрители. Примечательной была реакция Леопольдины. Лицо её выражало явное недовольство происходящим, и, как я думаю, причин тому было две. Первое, это то, что наказать меня, за проявленные ранее строптивость и неповиновение, не получилось. И второе, это то, что, похоже, она придавала перспективе построения отношений с Валейром гораздо большее значение, нежели старалась показать. А теперь ей уже не очень комфортно будет иметь ухажёра, которого уделал парень младше и слабее его. То есть по тем перспективным планам, которые она строила относительно этого молодого человека, был нанесён серьёзный удар. Вот такой я нехороший.
Но события продолжали развиваться. Увидев, что что-то у Валейра пошло не так, парни, которые вместе с ним окучивали девчонок, тоже двинулись в нашем направлении. Я, глядя на это, сделал пару небольших шагов, развернув постанывающего от боли и покорно следующего за моими движениями Валейра так, что бы он оказался между мною и, подходящими ему на подмогу, товарищами.
Мои парни тоже, хотя я и представляю, как им этого не хотелось, переместились ко мне поближе. Я решил, что, наверное, им не стоит сейчас за меня вписываться. Огребут ни за что. Поэтому я и сказал им:
— Сальвур, Улимпе, пока не ввязывайтесь, попробую сам разобраться.
Они с недоверием посмотрели, сначала на меня, потом на подходящих старшекурсников, И сделали пару шагов назад, оставаясь в состоянии готовности, на случай, если всё-таки придётся вмешаться.
— Отпусти, — зло прохрипел Валейр.
— А ты будешь себя хорошо вести? — задал я вопрос. Вопрос, судя по всему, оказался провокационным.
— Я тебя по стенке размажу, мразь! — просветил меня о моём недалеком будущем, стоящий на коленях, оппонент.
— Так-таки и размажешь? Ну-ну, — прокомментировал я, одновременно немного усиливая давление на его многострадальное запястье. Бедняга аж зубами заскрипел, — А прилечь не хочешь? — глумливо спросил я,
— Сволочь, — сверкая глазами, ответил на моё предложение Валейр.
Тем временем подтянулись его дружки, а, поскольку подпускать их к близко к себе в мои планы не входило, я провозгласил:
— Ещё шаг, и я вашему товарищу руку таки сломаю.
Они в нерешительности остановились.