Мастер убийств

Эйнджел Л. К.

Розен не промахнулся. Пуля попала в левую руку Жосса. Он почувствовал липкую теплоту крови в рукаве куртки и попробовал пошевелить пальцами.

«Кажется, кость не задета!»

Зато пуля раздробила лобовое стекло. Оно покрылось паутинкой трещин и мешало обзору. Жосслен скрипнул зубами, выбил стекло локтем раненой руки и выжал газ до отказа.

Растерянный Фарж, боясь упустить Домана, сбавил скорость, и Жосслен догнал его без труда. Не давая преследователям времени опомниться, он на полной скорости ударил их «мерседес» крылом своей машины. «Мерседес» бросило на обочину, и Фарж едва сумел справиться с управлением.

Жосслен ударил второй, третий раз… «Мерседес» начал «вилять», пытаясь уйти вперед, но тут из переулка медленно выехал большой груженный фруктами автофургон. Скорость была слишком велика и избежать столкновения Фаржу не удалось. Он удара автомобиль перевернулся и встал на крышу.

Жосслен на секунду притормозил, посмотрел, как Фарж и комиссар Розен, барахтаясь и чертыхаясь, дергают заклинившиеся дверцы «мерседеса», потом резко нажал на газ и затерялся в потоке уличных огней.

Глава 8

АЛИСА АРДЖАНИ

Обычно Алиса спала крепко и наутро не могла вспомнить ни одного сна.

Но этой ночью она проснулась в холодном поту. Алиса видела странный сон. Словно она снова оказалась в Альпах, в том маленьком старом отеле, где они провели с Жоссом счастливую безмятежную неделю перед его отлетом в Антананариву. Но сейчас отель был пуст, Алиса не встретила в нем ни единой живой души. Она заходила в комнаты — там никого не было, она звала — никто не отзывался…

Алисе стало страшно. Она выбежала из отеля и увидела, что горы стали огромными и продолжали расти, смыкаясь над головой, закрывая небо. Начало темнеть. Внезапно она заметила впереди просвет и бросилась туда. Она долго бежала по узкой тропинке, потом горы остались позади, и Алиса вышла на берег моря.

Было тихо, светило солнце, и море сияло под его лучами. От воды шел нестерпимый слепящий свет. На берегу лежали большие белые камни, а у камней она увидела Жосса. Он тоже заметил Алису, помахал ей рукой и пошел навстречу.

Она бросилась к нему, но расстояние между ними вдруг начало увеличиваться… Через минуту Жосс стал еле виден, Алиса в отчаянии закричала, позвала его по имени и… проснулась.

Сердце ее часто и сильно билось. В комнате было темно и тихо, но эту тишину нарушали странные звуки, похожие на плеск воды.

«Вот почему мне приснилось море…» — быстро подумала Алиса.

Она вынула из ночной тумбочки браунинг, накинула халат и осторожно ступая босыми ногами, вышла из спальни. Не зажигая света, Алиса спустилась по лестнице на первый этаж. Несомненно, в квартире кто-то был: коридор пересекала полоса света, а из кухни слышался шум текущей воды. Алиса подошла поближе и увидела на полу мужскую кожаную куртку, рубашку, испачканную кровью… Она заглянула на кухню и увидела Жосса, который, стоя у крана, пытался смыть запекшуюся кровь с раненой руки.

Алисе захотелось одновременно улыбнуться и заплакать, горечь смешалась с радостью, страх за Жосслена — с нежностью к нему. Она глубоко вздохнула и опустила браунинг в карман халата. Доман обернулся на ее вздох и улыбнулся Алисе так, словно они расстались только вчера и не было этих двух лет тоски и отчаяния.

— Привет, — сказал он. — Я тебя разбудил, прости…

— Все эти дни я ждала, придешь ты ко мне или нет, — сказала Алиса. — Что с тобой случилось?

— С рукой?

Ничего страшного. Знаешь, это очень хорошо, когда есть место, куда ты всегда можешь прийти.

— Ты поступил так мило, прислав мне цветы, — едва сдерживая слезы, прошептала она.

Жосс обнял Алису и спрятал лицо в ее волосах. Они пахли, как и раньше — травой и медом…

— Знаешь, Алиса, я все время пытаюсь нагнать упущенное, а вы стараетесь заставить меня бежать в другую сторону…

— Давай, я тебя перевяжу.

Алиса взяла Домана за руку и провела его в маленькую гостиную с белым круглым диваном и голубым ковром.

— Да, — сказал Жосслен, пожалуй, я вряд ли смог бы перевязать себя сам.

Он с наслаждением вытянулся на диване, положив голову на мягкую подушку. Алиса тем временем искала лекарства в домашней аптечке.

— Так вот, — продолжал Жосслен, пока Алиса обрабатывала его рану, к счастью, действительно оказавшуюся не опасной — пуля только царапнула кожу. — Я приезжаю в Париж, а мои бывшие сослуживцы устраивают мне такие приключения. И при этом в один голос твердят, что времена изменились. Даже Валеруа…

— Ты больше не зовешь его Эдуаром?!

— Да, я больше не испытываю к нему дружеских чувств… Даже Валеруа и моя жена пытаются убедить меня в том, что я напрасно вернулся и мои действия, не имеют смысла. Знаешь, все это, вместе взятое, могло бы заставить меня отказаться от того, что я решил сделать. И именно поэтому я первым долгом послал телеграмму, чтобы вы поняли, что я не сошел с ума.

— Может быть, ты все-таки изменишь свое решение?

— Даже если бы я передумал, это уже ничего не изменит. Приказ отдан, полицейский механизм пущен в ход. Им придется меня убрать. Или меня, или Нджалу. В данном случае речь идет только о нас двоих… — Алиса уловила нотки сомнения в голосе Домана и внимательно заглянула в его глаза.

— Если ты задумал что-то серьезное, не над, о вести себя так вызывающе. Сначала ты входишь через дверь, потом убегаешь через окно. Тебе не кажется, что такая экстравагантность привлекает к тебе излишнее внимание?

— Нет, не кажется. И вообще, почему бы моим бывшим сотрудникам не уделить мне немного времени? В конце концов, я ими тоже интересуюсь, например, Розеном и Фаржем. Но особенно — Розеном…

— А если мы с тобой уедем? Ты и я… Тогда Розен, наверное, оставит тебя в покое? — робко спросила Алиса. — Как ты думаешь?

— Мне всегда нравился твой взгляд на вещи, Алиса, — вставая, ответил Жосслен. — Это хороший проект. Можно уехать, можно уплыть, можно улететь на самолете, на воздушном шаре или на зонтике… Но, к сожалению, сегодня пятнадцатое число и у меня назначено свидание в неком парижском отеле, где я должен убить президента одной маленькой африканской страны.

— Да, Жосс, — торжествующе улыбнулась Алиса, — сегодня действительно пятнадцатое, но твое свидание не состоится, ты опоздал. Президента Нджалы уже нет в отеле. Он находится в Шато де Ферьер, примерно в десяти километрах от Рамбуйе. Его поселили в замке, вокруг которого — ров, несколько оцеплений охраны, и попасть туда практически невозможно. Ты этого не знал?

Доман был озадачен. Поездка в Рамбуйе до сих пор не входила в его планы, как и знакомство с несколькими линиями оцепления.

— Это действительно далеко? Кто же там охраняет Нджалу?