Мастер тату
Шрифт:
Кирилл оставил в покое пятно краски, очистил банан и откусил верхушку плода. Он ел не потому, что испытывал чувство голода, а потому, что не знал, сколько ему еще здесь сидеть. Кирилл прикончил один банан и взялся за второй, когда рядом примостился дядя лет пятидесяти в потрепанных одеждах с большим полиэтиленовым мешком. Исходивший от мешка и его обладателя запах вряд ли можно было перешибить самым мощным освежителем... Кирилл посмотрел на своего нового соседа с интересом, а тот порылся в мешке и выудил оттуда пакетик кефира.
– Эй,
– Чего-чего?
– Ты мне половинку банана, а я тебе кефирчику хлебнуть...
Кирилл некоторое время в упор смотрел на бомжа и рассуждал, будет ли адекватным ответом на это предложение демонстрация красной книжечки сотрудника органов внутренних дел. Обветренное лицо бомжа отвечало: "Хрен ты меня прошибешь какой-то там книжкой", и Кирилл уже решил просто отсесть подальше, как вдруг...
– Черт! – ругнулся Кирилл, бросил банан на колени невозмутимому бомжу и бросился к подъезду. – Черт! Черт! Черт!
Он все же успел – влетел в лифт, когда двери уже стали закрываться. Кирилла сдавило с боков, он скорчил умоляющую рожу, и девушка в черном плаще ткнула пальцем в кнопку "стоп".
– Спасибо, – сказал Кирилл, отдышавшись и поправив одежду.
– Не за что, – сказала девушка. Ее глаза были скрыты за солнцезащитными очками, короткий плащ туго перетянут в талии, а руки скрыты в карманах плаща – непонятно, что они там сжимали, то ли ключи от квартиры, то ли газовый баллончик. Все вместе это создавало ощущение собранности и холодности.
– Не боитесь ездить в лифте с незнакомыми мужчинами? – спросил Кирилл.
– Не боюсь, – холодно ответила девушка. Все-таки газовый баллончик.
– Может быть, я ошибаюсь, – сказал Кирилл, стараясь не делать резких движений. – Но вы – та, что мне нужна...
– Зато вы мне не нужны, – отрезала девушка.
– Мне кажется, что вы соседка Лены Ждановой, – сказал Кирилл и понял, что угадал.
– Так вы из милиции, – девушка заметно расслабилась.
– Я из милиции, – признался Кирилл. – У меня даже есть удостоверение.
– Наконец-то вы явились, – не слишком доброжелательно произнесла девушка. Кабина лифта остановилась, и она прошла мимо Кирилла на лестничную площадку. Кирилл последовал за ней:
– Что значит "наконец-то"?
– Значит, могли бы появиться и раньше. Если вам действительно нужно знать.
– Знать что? – спросил Кирилл, и, хотя глаз девушки за стеклами очков не было видно, он почувствовал презрение во взгляде. – Знать... Вы что-то знаете об убийстве Лены?
– Знаю, – щелкнул замок, и дверь в квартиру открылась.
– И вы хотите мне это рассказать?
– Господи, да как же до вас все медленно доходит!
Глава 13
Все-таки мозги у Молчуна были устроены чересчур примитивно. Если задан
– Ты прокололся, Молчун, – сказал Гоша. – Ты допустил ошибку. Но на ошибках учатся. Может, я и сам бы не раскусил этого типа. Расскажи мне, как все это было... Расскажи мне про его глаза.
– Их было двое, – сказал Молчун.
– Серьезно? – удивился Гоша. – Такого рода психи обычно действуют в одиночку.
– Этих было двое, – повторил Молчун. – И у них были нормальные глаза. И они выглядели как нормальные люди. Один – в спортивном костюме, блондин, лет тридцати пяти. Другой – лет пятидесяти, на Лужкова похож. Только ботинки грязные.
– Еще раз, – голос Гоши стал напряженным.
– Что – еще раз?
– Про ботинки.
– Ботинки? – недоуменно пожал плечами Молчун. – Обычные ботинки. Грязные. А что?
– А то, – Гоша остановил машину. – Мужик заказал себе девочек на квартиру. Мужик собирался потрахаться. Какого хрена он не снимет ботинки? Тем более они грязные. Или, может, ты встретил его, когда он был в прихожей?
– Нет, – медленно проговорил Молчун. – Он сидел на диване. В ботинках. А тот, "спортсмен", он был в кроссовках.
– Лично я, – Гоша вытащил ключи, – дома хожу в тапочках. Эти двое сидели в уличной обуви. Не собирались же они трахаться в ботинках?
– Может, это была не их квартира? – предположил Молчун. – Чужая квартира. И у них не было тапочек...
– Они не собирались трахаться, Молчун. Они с самого начала собирались прикончить девок и сразу же свалить. Им не нужно было снимать ботинки. И ты должен был это просечь, Молчун. Ты должен был заподозрить неладное. Ты прокололся. Пошли.
– Куда? – спросил Молчун, но Гоша уже вылез из "Вольво". На миг у Молчуна возникло подозрение, что сейчас его, как в фильмах про мафию, заведут на заброшенный склад и пристрелят в спину. Взыщут за прокол.
На всякий случай Молчун сказал:
– Я взял с них деньги. Они у меня.
Гоша махнул рукой и решительно зашагал в сторону двери кирпичного дома, на котором горела бледным неоном вывеска "Мираж". За железной дверью начиналась лестница в подвал, а в подвале располагался бар. Людей здесь было немного, причем добрая половина из них откровенно дремала за столиками и на небольших кожаных диванчиках. В помещении было накурено, никто не танцевал, да и музыка из динамиков раздавалась какая-то смурная. Пока Молчун осматривался, Гоша подошел к стойке и через минуту вернулся с бутылкой водки и двумя стаканами.