Мастер сновидений
Шрифт:
Ящер со мной на спине тихонечко ложится, чтоб мне слезать было удобнее. Юллит оборачивается и бежит помочь мне. Его помощь необходима, ноги затекли и плохо слушаются, потом меня, кажется, немного укачало. С большим трудом перемещаюсь из седла на лежащее бревнышко, сижу, вытянув ножки, и борюсь с головокружением. Услужливый оборотень приносит мне воды, становится немного легче. Надо походить и размять ноги, островок маленький, а ящеры большие, надо еще найти уединенное местечко. Придется согнать с Мары Одрика и спрятаться за ее тушкой, больше негде. Жених слезать с Мары не собирается, на ней он чувствует себя в относительной безопасности, ящеров
— Одрик, душа моя, слезай с Мары, дай ей отдохнуть, и помоги Торкане, ей тоже, наверняка, надо пройтись и дела разные сделать. А ты пока найди в наших вещах, они где–то там, у Юллита, что бы нам такого пожевать… поухаживай немножко за девушками. Мара, ложись, чтобы Одрику было удобнее.
— Ладно. — Шипит сквозь зубы, злится… Странно…
— А что ты такой злой? Я тебя чем–то обидела?
— Зачем ты устроила это представление?
— Какое представление? О чем ты?
— Ты что предупредить меня не могла!
— Да о чем предупредить?
— Об этих… — и кивает головой в сторону ящеров.
— Одрик, ты же местный житель, ты про Топи знаешь все. Что не так и чем ты недоволен?
— Ты должна была мне сказать, что ты … — и осекся, не знает, как сказать дальше.
— Что я? Нет, ты договаривай!
— Ты должна была мне сказать, с кем нам тут придется иметь дело.
— И чтобы я тебе сказала? Дорогой, не мог бы ты сопроводить меня в Топи, мне просто необходимо повидаться с моими подданными, ты не бойся они всего–навсего ящеры–оборотни. Так надо было сказать?
— Да, именно так и надо было сказать.
— И ты бы мне поверил?
— Да.
— Не ври. Ты бы мне не поверил. И, между прочим, я тебе честно сказала, зачем я еду в Топи, но ты мне не поверил, и решил посмотреть на все своими глазами. Вот и смотри.
— А зачем ты мне наврала, что меня сюда пригласили? Зачем? Что, я так бы с тобой не поехал?
— Но тебя действительно пригласили.
— Это когда же?
— Еще в день бала по случаю открытия ярмарки.
— Опять врешь, мы тогда еще не были с тобой знакомы!
— Да не были. Но меня попросили взять с собой в Топи мага, который узнает меня по собаке. Ты узнал Мару, сказал, что видел ее во сне, и меня тоже видел во сне и даже портрет мой написал. Поэтому я так подумала, что ты тоже приглашен в Топи вместе со мной.
— И кто меня пригласил? Который из этих ящеров?
— Тебя пригласил тот, кто создал Дика. — С Мары–варга, на которой все еще сидела Торкана, раздалось сдавленное бульканье, иначе эти звуки идентифицировать я не смогла. Мы дружно прекратили ругаться и посмотрели на страдалицу. Моей подруге опять было плохо. Она медленно заваливалась на нас, и если бы не веревка, что крепко прикручивала ее к спине Мары, то она бы упала на землю как мешок.
— Вот смотри, до чего ты довел девушку! Я тебя просила позаботиться о ней, а ты! Вместо этого устраиваешь мне скандалы.
«Дик! Дик! Что с ней?!?»
«Нервы и … и… я не знаю, кажется, что когда мы въехали в Топи активизировались остатки яда, которым она была в свое время отравлена.»
«Мы же вроде весь яд вывели… Опять ставить плетения для очистки крови?»
«Боюсь, что сейчас это не получится. А весь яд вывести невозможно, уж очень его в ней было много. Я сделаю, что смогу, но нужно будет обязательно отвести ее к Хозяйке, она даст противоядие.»
«Я думаю, что мы скоро приедем и там уж как–нибудь повидаемся с Хозяйкой.»
«Я
«Понятно. Приедем на место, и я все же поставлю лечебное плетение.»
— Одрик, лапочка, давай не будем больше ругаться, ладно? Если я в чем виновата, то я не нарочно. Я не хотела, поэтому прости меня и займись девушкой, а я пойду, поищу обед и принесу ей водички.
Оставила Одрика утешать Торкану и пошла искать уединения где–нибудь в другом месте. Потом потребовала у своих подданных в лице Юллита обед. Он мужественно перерыл весь наш небольшой багаж и организовал обед из остатков сухпайка в лучшем виде. Хорошо иметь подданных. Одрика и подругу тоже пригласила, если им не нравятся мои подданные, то это не повод для голодовки.
Больше причин для задержки не было, я села обратно на ящера, а мои спутники на подозрительно смирную Мару, и мы продолжили путь. Ящеры бежали еще быстрее, чем утром, так, словно пытались наверстать время, потерянное во время привала. Скорость их передвижения завораживала. Они казались мне совершенными, ну да, как там — «И какой русский не любит быстрой езды?» Больше остановок мы не делали, я не требовала, а ящеры не предлагали.
Последние лучи Андао еще золотили вершины деревьев, когда оборотни замедлили свой бег. Сначала мы проехали странную местность, всю затянутую паутиной, потом пересекли большую дамбу, и пошли обжитые места. Здесь от Топей почти ничего не осталось, кругом были луга с пасущимися на них илларями. Луга чередовались небольшими, поросшими лесом холмами, маленькими полями и запрудами. Почти на каждом островке притулился небольшой каменный домик, с торчащей из крыши трубой. Возле многих домов стояли оборотни в разных ипостасях и махали нам вслед. Несколько раз пересекали широкие протоки, через которые были перекинуты мосты. Я так крутила головой, что заболела шея.
Впереди показался большой лесной массив, ящеры выбежали на небольшую деревенскую площадь и остановились. Вокруг площади стояли оборотни в человеческой ипостаси, дома были украшены черными шелковыми полотнищами. Эти черные украшения совершенно не сочетались с радостными лицами встречающих, хотя тут на Лари черный цвет не является траурным.
Сейчас еще и хлеб–соль принесут, но не принесли, обычая такого тут, нет и хлеба тоже нет. Ящер, на котором я ехала, мягко и плавно улегся на землю, а остальные стали спешно и как–то суетливо оборачиваться, побежали вперед, подтягивая юбки и выстаиваясь в строй почетного караула. Я кое–как слезла с седла, ноги затекли и плохо слушались, спина болела, в животе бурчало, и настроение было из серии «ЩаЗ покусаю, или сразу загрызу».
Откуда–то сзади донеслось обиженное бухтение Мары, и вместо того, чтобы идти к встречающим я сделала несколько шагов назад и помогла Одрику снять с седла Торкану. Девушка выглядела не очень, была бледна, а ее взгляд совершенно отсутствующим, примерно с таким же выражением я увидела ее первый раз в Злых Камнях. Одрик держался молодцом, он больше не злился, и ему было просто любопытно: куда же он попал и чем все это закончится?
С помощью младшей сестры быстро освобождаю Мару от седла, она в срочном порядке усыхает до привычных размеров и вида. Если оборотни для смены ипостаси выворачиваются наизнанку, как двухстороння куртка, то Мара или распухает, или сдувается, тягуче меняя свой вид, и делает она это или плавно, или одним рывком, в зависимости от ее настроения.