Мастер путей 7
Шрифт:
— Заваливайте, гости дорогие, — на чистейшем русском наречии изрёк похожий на шкаф с антресолью «Бармаглот».
Да, это был именно он. Тот самый, за которого я поначалу принял полковника Протопопова. Ростислав был похож на него как две капли воды. Избежать ошибки помогли характерные повреждения и шрамы бойца: в отличие от руководителя Тайной Канцелярии, «Бармаглот» имел ожог на горле, от чего не спасла в своё время шейная секция-броневорот от «плитника» (да и какой «плитник» закроет такое огромное туловище?), и порванные
— Уж извините, что без церемоний. Как понял, кто конкретно залетел к нам в гости — так от беспамятства и сон потерял.
Старый знакомый уселся на единственную мебель в помещении, способную выдержать его вес и принять на себя объём. Даже сидя, старый ЧВКшник занимал полтора-два места людей стандартной комплекции. А для него тут соорудили целый, мать его, трон.
Но и про нас, гостей, не забыл. По числу присутствующих местные расстарались на добротные кресла, что расставили в помещении, некоем среднем между рабочим кабинетом и тронным залом.
Нам составили компанию уже известные нам Акса и Руна: жрицы заняли свои места по правую и левую руку от трона, мгновенно став похожими на мышек, подкравшихся ко льву. Очень уж контрастно выглядели компактные женщины небольшого роста рядом с похожим на серверную клеть наёмником.
— А ты, «Мастер», прям вообще не изменился… Не знай я тебя годами — подумал бы, что пластическую операцию себе сделал. Нет же. Годы идут, а всё такой же. Воистину, пришло время вас, молодых…
— Не прибедняйся, «Бармаглот», — хмыкнул я. — Тут каждый первый, не считая каждого второго, кто старше меня, норовит в могилу слечь. Ты-то хоть не стремись туда. На том свете и без нас хорошо.
— Это уж точно… — задумчиво постучал массивными пальцами по подлокотнику деревянного трона собеседник. — Может, поэтому я до сих пор тут. Хотя, если честно, поначалу этот свет за тот и принял.
— Накрыло чем-то? — участливо поинтересовался у старого знакомого.
ЧВКшник отмахнулся.
— Сам же знаешь, как это бывает. На любую хитрую гайку находится болт с резьбой побольше и поострее. Пидорги зажали вообще без шансов. Всех, кто со мной был, задвухсотило. Бандерлоги, конечно, те ещё кончелыги, но числом давить горазды. В общем…
«Бармаглот» коснулся рукой верёвки на своей шее, на которой болталась чека от гранаты.
— Последний патрон — и гранату на грудь. «Это вам за пацанов!» — а дальше всё в обжигающем тумане. Пришёл в себя, на удивление, целым, и даже невредимым. Ну…
Оратор потянул себя за разорванное осколком ухо.
— По крайней мере, без новых повреждений. Немудрено уверовать, что на тот свет попал. Тем более, когда тут такие ангелы…
Наёмник притянул к себе жриц, приобняв их за талии. Губы женщин тронули тёплые улыбки. Определённо, «Бармаглот» сумел отвоевать себе место под солнцем в этом мире. Да
— Вы присаживайтесь, — спохватился наёмник. — В ногах правды нет! Скажи, «Мастер», ты-то тут какими судьбами? Тоже шагнул в бессмертие?
— Куда уж мне, — хмыкнул я, дожидаясь, покуда свои места займут девчонки. — У меня другая история. Если сильно не вдаваться в технические детали, то очередной контракт. Раз в курсе за телепортацию, то уже проще: местным нужны мои услуги путепроходца. Работёнка не пыльная, в цене сторговались, вот и воюем помаленьку. А это…
Указал рукой на успевшую сесть Алину.
— … представитель нанимателя. Оперативный позывной «Разноглазка».
Что-то более оригинальное придумать с ходу не сумел.
Не потому, что приступ острого языка накрыл. А потому, что привычка: не раскрывать себя и своё прошлое первому встречному-поперечному. «Бармаглота», конечно, узнал, и рад видеть его живым, но я и Окси не сразу поставил в известность о творящемся со мной. Сначала выясним тут всё и поймём, кто чем дышит. А там уже можно и информацией делиться, если понадобится.
— «Буря», — представил Ветрову. — «Искра» и «Льдинка».
Вот, если для Пламневой с Морозовой мне фантазии хватило, то для Распутиной не придумал ничего лучшего:
— «Вера». И «Луна».
Повернулся к мало что понимающим девушкам и представил им хозяина пенатов:
— Это «Бармаглот». Как и я, человек не от вашего мира. Мы с ним соратники.
— Бывшие, — усмехнулся наёмник. — Меня уже несколько лет нет в живых того мира.
— Из списков личного состава ты вычеркнут, — произнёс я. — Но жив, покуда тебя помнят в сердцах.
Старый ЧВКшник едва заметно улыбнулся мне.
— Вот, всегда ты был таким, «Мастер». Умел тёплым словом умаслить душу да боевой дух поднять.
Я присел на оставшееся свободным место.
— К бесам лирику.
Взгляд «Бармаглота» окреп и потяжелел.
— Вы откуда путь держите и куда? Идёте с запада на восток. От гор? И куда? Дальше — айновы земли. Местная чудь едва держится, чтоб не скатиться в вымирание. А вы? Неполным отделением суётесь в самую срань?
— У нас нет выбора, — пожал плечами я. — Есть задача, есть оплата, есть сроки. Нам надо выйти на восточный берег материка.
— На востоке старые территории чуди, — нахмурился старый знакомый. — Их оттуда выбили айны ещё в те времена, когда на небе было три луны. Эти земли небезопасны.
— Нас это не особо тревожит, — подала голос Алина. — Как уже сказал «Мастер», есть задача. И мы обязаны её выполнить. Любой ценой.
— Даже не буду спрашивать, зачем, — пробормотал коллега. — Всё равно не расскажете. Я бы не рассказал. Но у вас только один путь: придерживаться партизанской тактики. Прямоходом вы в лепёшку расшибётесь. Айны — слишком грозный противник.