Мастер Масок 2

Ло Оливер

— Когда закончишь с отцом, не уходи. Мне тоже нужно с тобой поговорить. Вчера ты дал мне возможность уцелеть. Практически спас жизнь. И теперь я перед тобой в долгу. Но даже не представляешь, как же хочется выбить из тебя всю дурь.

Лиза топнула ножкой с такой силой, что застонал паркет, в котором остался небольшой каблук. Но Лиса даже не обратила на это внимание, резким рывком ноги она сломала второй и пошла на занятия, слегка припадая на одну ногу. Я же открыл дверь и вошёл в кабинет, где меня уже ждали.

— Проходи, Николай. Расскажи, как прошла твоя встреча с Горностаем. —

сказала мне та самая женщина из тайной канцелярии, что и поручила это задание.

Она сидела на месте главы поместья. Лицо было скрыто под тяжёлым капюшоном, но этот голос я запомнил. А ещё на столе стояла та самая статуэтка женщины с весами. И сейчас одна из чаш очень сильно перевешивала другую.

А ещё перед глазами вылезло предупреждение об одновременном воздействии Александрита и Опала. Но я пока ничего не ощущал, так что не стал нейтрализовать это воздействие. Всё в точности, как и с Морейн. Смогу в любой момент нейтрализовать любое воздействие.

— Это Судья. — представил мне женщину Кирилл Андреевич. Как-то сразу захотелось не только, воспользоваться Бриллиантом Тишины, но и сбежать из поместья. А ещё лучше, сразу из империи.

Судя по рассказам бойцов второго отряда — Судья невероятно жестока и не терпима к нарушению законов масок. Но всё же я совладал со своими желаниями. Да и Тигр вновь напомнить о себе, начав поднимать во мне непонятную ярость, даже будучи неактивным.

Судья мне точно ничего не сделает. Она сама дала мне задание внедриться к отступникам и теперь просто требует доклада.

— Николай, просто расскажи, что произошло после того, как ты остался прикрывать Лису. — подтолкнул меня Василиск.

Я посмотрел на него и не увидели ни малейшего намёка на какую-нибудь озабоченность. Кирилл Андреевич был уверен и совершенно спокоен. Он не боялся Судьи. А вот женщина казалась мне довольно раздражённой. Она стучала по столу ногтями, и от этого перевешивающая чаша склонялась ещё ниже.

— Можешь говорить смело. Я уже предупредила Кирилла о том, что за задание ты получил. — неправильно растолковав моё молчание, произнесла женщина. После чего я начал говорить.

* * *

— Все же Ростовы смогли уцелеть, а их родовая маска не была уничтожена. — задумчиво произнесла Судья, когда я закончил свой рассказ.

Ничего упоминать про Великую империю и настоящие планы отступников я не стал. Хотя было это сделать невероятно сложно. Даже пришлось прибегнуть к помощи Бриллианта Тишины, но Судья не подала виду, что смогла это заметить.

Один из её самоцветов позволял определять, говорит собеседник правду или нет. А, возможно, в этом ей помогали весы. Когда я применил Бриллиант, чаши резко вернулись, а потом и вовсе пришли в равновесие. Что удивило не только меня. Но никто ничего не сказал.

Я сообщил, что отступники предложили мне присоединиться к ним в качестве одного из мастеров, которых по их словам, уже было предостаточно. И благодаря перетаскиванию на свою сторону именно мастеров, отступники совсем скоро смогут стать реальной проблемой.

Кого конкретно они уже смогли перетащить, я не знал. Как не знал, сколько вообще человек состоит в их организации. Видел лишь пятёрку основных. Да и то не

факт.

Рассказал о том, что они собираются разобраться с Бернадотами, а потом подмять под себя все имперские шахты. Захватить контроль над добычей самоцветов и энергонов. Старался говорить лишь правду, предпочитая умалчивать об остальном. И вроде у меня это получилось.

По крайней мере, весы больше совершали стремительных падений или взлётов. А к концу моего рассказа они и вовсе выровнялись.

— По крайней мере мне представили этого человека, как одного из Ростовых. Ещё они называли его Зелёным ящером. И маску он имел соответствующую.

— Родовая маска Ростовых, как раз и является Болотным Ящером. Довольно неприятный артефакт абсолютно для всех. Гораздо сильнее в плане яда, если сравнивать с Василиском. Да и мой Василиск создавался твоим отцом наподобие родовой маски Ростовых. Даже можно сказать, в противовес Зелёному Ящеру. Но немного не вышло. Так что эта маска может принести много проблем. — пояснил мне Кирилл Андреевич.

— Расскажи, какие маски помимо Горностая и Болотного Ящера, присутствовали при том разговоре? — спросила Судья.

— Остальных я толком не разглядел. Всего отступников было пятеро. Горностая, Зелёный Ящер, мужчина в маске какой-то хищной кошки, мужчина в маске птицы с огромным клювом и женщина в маске, состоявшей из сплошных линий и завитков. Я даже не могу точно сказать, на что это было похоже.

— На лабиринт. — произнесла Судья. — Значит, доклад разведки подтверждается. В рядах отступников есть чужеземцы. Тукан и Манул также решили показаться, что довольно странно. Слишком они осторожные. Слишком не любят вылезать из-под защиты. Похоже, что любой мастер для них действительно крайне важен. Иначе они даже не стали бы показываться и тратить на тебя ресурс своих самоцветов.

Судья размышляла вслух, совершенно забыв о нашем с Василиском присутствии. Но внезапно одна из чаш весов резко пошла вниз, глухо ударив по столу, что заставило Судью вернуться. На мгновение мне даже удалось увидеть оранжевый отсвет самоцвета в прорезях маски.

— Николай, ты должен дать отступникам положительный ответ. Скажи, что выступишь на их стороне. А то, что запросил Горностая, стать твоим наставником очень хорошо. Аверий слишком мало знает о масках и артефакте создателя. Тебе нужен действительно хороший наставник. И Горностай им будет. Уверена, что совсем скоро он свяжется с тобой. Не забудь и нам сообщить об этом.

Сказав это, Судья поднялась, коснулась статуи и та в одно мгновение словно перетекла женщина в руку, скрывшись под рукавом балахона. После этого женщина тихо удалилась из кабинета, оставив нас с Василиском вдвоём.

Сообщение о воздействии чужих самоцветов исчезло, а вот чувство тревоги никуда не делось. Получается, что оно исходит от Василиска.

— Почему ты не сообщил, что Судья завербовала тебя? — спросил Кирилл Андреевич.

Он по-прежнему был спокоен, но меня подобным не провести. Если при Судье он сдерживался, то сейчас выпустил все свои эмоции. Даже нацепил маску, после чего в кабинете запахло чем-то едва уловимым. Сладким и одновременно терпким. А мне очень захотелось рассказать всё, что я вообще знаю.