Мастер-класс для диверсанта
Шрифт:
Новый звонок в дверь застал Веру в тот момент, когда она мыла посуду. Девушка хотела как можно скорее уничтожить все следы пребывания этих страшных людей в своей квартире. Звонок прозвенел в тот момент, когда она домывала последнюю чашку. Вера вздрогнула, чашка вылетела у нее из рук и разбилась, ударившись о край раковины. «Это к счастью», – попыталась успокоить себя девушка и пошла к двери.
– Кто? – устало спросила Вера, выйдя в коридор.
– Мне нужно передать вам повестку с требованием явиться сегодня в городской отдел ФСБ, – официально ответил голос за дверью.
«Ну да, они
– Пройдите в квартиру, мне нужно выписать вам повестку, – произнес Осипов и шагнул вперед, оттесняя девушку в глубь коридора.
«Только бы не закричала», – подумал он. Но Вера не закричала. Страх сковал ее движения и парализовал волю. Осипов понял: действовать нужно, пока девушка не успела опомниться.
– Идите в комнату, – приказал он.
Вера повиновалась. Но в тот момент, когда она повернулась спиной к убийце, он заломил ей правую руку за спину и втолкнул в комнату. Это был один из немногих приемов, которыми владел майор военной контрразведки Сергей Осипов. Руку противника нужно было захватить за запястье, отвести назад и, согнув в локтевом суставе, заломить за спину. Если продолжить это движение, то заломленную руку можно было вообще провернуть в суставе, разорвать сухожилие или нанести противнику другую тяжелую травму. При правильном захвате, даже не причиняя противнику телесных повреждений, можно было легко удерживать его одной рукой. Прием относился к разряду простых, поэтому Осипов освоил его довольно неплохо.
Заломив руку девушки за спину, он прижал ее к себе, а свободной рукой попытался зажать ей рот. Когда ладонь убийцы закрыла ей рот, Вера дернула головой и укусила Осипова за палец. Осипов с трудом сдержал крик, готовый вырваться у него из горла, когда зубы девушки сомкнулись у него на пальце. Зато боль придала ему сил. Осипов швырнул Веру на кровать, которую она так и не успела заправить, и прижал ее голову лицом к подушке. Девушка снова дернула головой, но на этот раз ей не удалось освободиться. Убийца держал ее очень профессионально. Одной рукой он прижимал лицо девушки к подушке, держа ее за волосы, а другой продолжал удерживать ее заломленную за спину руку. Чтобы облегчить себе задачу, Осипов навалился на Веру всей своей массой.
Убийца продолжал ломать ее правую руку. Боль стала уже просто невыносима. Вера чувствовала, что у нее вот-вот разорвутся сухожилия. На глазах выступили слезы. Девушка попробовала закричать. Но из зажатого подушкой рта уже не могло вырваться ни одного звука. Осипов ощутил, как тело Веры под ним беспорядочно задергалось, и сообразил, что девушка задыхается. Сердце ее бешено колотилось. Вера захрипела, но и этот хрип заглушила прижатая к лицу подушка. Тело Веры Кольцовой еще несколько раз дернулось в предсмертных судорогах и затихло.
Убийца встал и посмотрел на свои руки. Он нигде не испачкался. Только на указательном пальце, где Вера укусила его, появился свежий кровоподтек. Осипов взглянул на часы: «Отлично, я пробыл в квартире всего несколько минут. За это время Ветров, конечно, ничего не заподозрит. Однако я еще не закончил». Сейчас требовалось создать впечатление, что девушка умерла лишь спустя какое-то время после того, как он покинул ее квартиру. Убийца снял уже с мертвого тела Веры махровый халат и полой вытер девушке лицо,
– Ну как она? – спросил Ветров, когда Осипов вышел из подъезда.
– Нормально. Обещала прийти, – с безразличным видом ответил тот.
– Вот ведь как бывает, – заметил Ветров, когда машина контрразведки отъехала от дома Веры Кольцовой. – Ведь знаешь, что девчонка причастна к ограблению, знаешь, что врет нам без зазрения совести. Но если при этом она еще и красива, то поневоле вызывает симпатию и сочувствие.
– Это точно, – не глядя на Ветрова, ответил Осипов.
59
Совещание
2.ХI, вторник, 19.55
К назначенному времени в городской отдел ФСБ Вера Кольцова не явилась. Впрочем, это уже не имело значения, потому что полковник Чернышов в Моздок так и не приехал. Вечером с группой местных сотрудников в горотдел вернулся Олег Муромцев. Встретившись там с Сергеем Осиповым и Артемом Ветровым, Олег лишь кивнул им и устало опустился на стул.
– Все правильно, – объявил Олег. – Четверо мужчин, по документам беженцы, поселились вместе на одной квартире еще 26 октября. Но, – Олег развел руками, – розыск диверсантов по этому направлению мы начали слишком поздно. Уже на следующий день все четверо съехали с этой квартиры в неизвестном направлении. По рассказам соседей, это здоровые, крепкие мужики тридцати с небольшим лет. Уж на беженцев они никак не похожи. Я уверен, это были именно диверсанты, но мы их, к сожалению, упустили.
– Ладно, Олег, чего винить себя? – попытался успокоить друга Артем Ветров. – О том, что диверсанты в Моздоке, мы узнали лишь двадцать седьмого числа. Возможно, к этому времени они уже покинули эту квартиру.
Возвратившись в часть, Муромцев и Ветров в сопровождении Осипова направились в штаб в надежде разыскать там Чернышова. Дежурный сообщил оперативникам, что полковник Чернышов находится на совещании, организованном командиром части.
– Ничего страшного, вы оставайтесь здесь. Я сам расскажу полковнику Чернышову о результатах нашей поездки в Моздок, – сказал майор Осипов.
Сам он приоткрыл обитую искусственной кожей дверь и, не спрашивая разрешения, вошел в кабинет, в котором шло совещание.
Собственно, оно уже закончилось, и Осипов стал свидетелем лишь заключительного разговора начальника военной базы с полковником Чернышовым.
– Павел Андреевич, вы же сами слышали, что сказал командующий, – говорил начальник военной базы. – Ни о каком пересмотре, а тем более изменении плана завтрашних охранных мероприятий не может быть и речи. План согласован с командованием всей группировки федеральных сил и одобрен Москвой. Вы понимаете, что это значит? Представители всех силовых структур: армии, Министерства внутренних дел, Управления ФСБ по Северной Осетии, вашей службы – уже получили соответствующие задания. А вы сейчас предлагаете все это менять. Да для того, чтобы обеспечить надежное взаимодействие всех этих структур, потребуется несколько дней, а до визита премьера осталось меньше суток.