Мастер икебаны
Шрифт:
Наверное, господина Исиду ударило подушкой в лицо, ведь он всего пяти футов росту, панель управления в «рейндж-ровере» и та повыше будет.
— Вы повезете его в больницу Святого Луки? Там хорошее травматологическое отделение, верно? — спросила я фельдшера, стоявшего возле развороченного джипа.
— Зачем это? — Он шмыгнул носом. — Мы повезем его в Университетский госпиталь, это гораздо ближе. А вы останетесь здесь. Посторонним не положено.
— Я не посторонняя!
— А кто? Родственница? — рявкнул он.
— Не то чтобы... — заколебалась я.
— Она мне как внучка, — тихо произнес господин Исида,
Мой учитель не сердился на меня, хотя, как ни крути, очутился в этой машине по моей вине. Это я вытащила его из тихого, уютного дома и окунула в кошмар на заднем дворе «Фэмили Март».
— Вы поедете с нами в госпиталь немедленно, сэр. Пожалуйста, отпустите руку этой женщины. Это может вам только повредить.
Интересно, каким образом? Тоже мне знаток. И вообще — фельдшер из него был тот еще. Я не была просто любопытной прохожей — я смотрела на все здесь происходящее внимательно, как положено дочке хорошего доктора. Вытаскивая господина Исиду из джипа в сидячем положении, а затем разрешив ему встать на ноги, они рисковали его здоровьем гораздо больше, чем могли себе представить. Я уж молчу о том, что раненого положили на носилки, не проверив толком его состояния. Если бы позвоночник оказался поврежден, то паралич господину Исиде был бы обеспечен. «Надеюсь, все обойдется», — подумала я и обошла машину кругом. Такео стоял здесь как ни в чем не бывало и беседовал с полицейским инспектором. Его тоже ушибло подушкой, судя по тому, как он морщился, прикасаясь к своей груди. Зевак вокруг ограждения становилось все больше, они толпились за желтой лентой, оживленно переговариваясь.
— Оба живы!
— Ага!
— Пошли еще пивка глотнем! — раздавались в толпе хриплые возгласы. Я с трудом могла расслышать то, что сержант Мори, симпатичный полицейский из отделения Янаки, втолковывал Такео.
Мори кивнул мне небрежно, как и положено полицейскому при исполнении кивать девушке, живущей по соседству.
— ...ваши документы? — разобрала я, подойдя поближе.
— Удостоверение? Я не уверен... — Такео замялся.
— Посмотрите в бардачке, — вмешалась я.
Сержант порылся в кабине со стороны пассажира. Обнаружив то, что искал, он вернулся к нам и посветил фонариком на страничку удостоверения.
— Вы живете в здании Каяма Каикан в районе Роппонги?
— Это официальный адрес.
— Так вы... Вы что же, Такео Каяма?
— Да. Вот мои права, — резко сказал Такео и вынул бумажник. Его интонация почему-то напомнила мне тот день в Роппонги, когда он объяснял мне, что нас не должны видеть вместе. И вот нас снова видели вместе, и при гораздо более удручающих обстоятельствах.
— Господин Каяма, не могли бы вы рассказать о том, что произошло? — Инспектор был подчеркнуто вежлив.
— Почему эта женщина до сих пор здесь? — К нам подошел санитар, все еще точивший на меня зуб.
— Она может оказаться полезной, — буркнул сержант Мори, и я удивленно посмотрела на него. Спорить с ним мне вовсе не хотелось. Первый раз в жизни я искренне желала, чтобы полиция меня подольше не отпускала.
— Мы направлялись домой после чаепития с мисс Симурой, — начал Такео в совсем не похожей на него манере: просто и убедительно. — Впереди маячил черный грузовик, двигавшийся подозрительно медленно. Я решил, что он не хочет разгоняться на узкой улице, и послушно следовал
Речь Такео становилась все более бессвязной, и я поняла, что последствия аварии начали проявляться только теперь.
— То есть вы были ослеплены, когда врезались в фонарный столб? — вмешался в беседу помощник сержанта Мори.
— Полагаю, что у меня лопнуло правое колесо, и я потерял контроль над автомобилем. Помню, как изо всех сил выворачивал руль вправо... Потом — грохот, звон разбитого стекла и темнота.
— А как же грузовик? — спросил помощник писклявым голоском. — Вы хотя бы запомнили его номер или на худой конец модель машины? А пассажиры? Кто-нибудь еще сидел в кабине? Почему они не остановились, чтобы помочь вам?
— Похоже, что это был «ниссан», — раздраженно бросил Такео. — Больше я ничего не знаю. Свет был слишком ярким, и я не смог разглядеть, кто сидел в кабине.
— Вы счастливо избежали ранений, а ваша машина сильно повреждена. Пострадало также городское имущество. — Помощник указал на фонарный столб, как будто Такео сам его не видел. Сияющий хромированный бампер «рейндж-ровера» был безнадежно, безжалостно смят толстой железной трубой.
— Я готов возместить причиненные убытки. — Такео набрал побольше воздуху. — Охотно заплачу и за столб, и за улицу.
— Не правда ли странно, что именно роскошные размеры вашей машины, говорящие о ее прочности и безопасности, подвели вас, господин Каяма? Или наоборот — то, что на узкой улице представляет опасность для движения, спасло вашу жизнь? — произнес сержант Мори с задумчивой миной. Похоже, что «роскошные размеры» настроили его на философский лад.
Тем временем я вертела историю Такео и так и сяк, пытаясь связать ее со своей недавней находкой.
Набравшись смелости, я все-таки вытащила кнопку из кармана и протянула ее сержанту Мори.
— Думаю, вы найдете такую же в проколотой шине, — сказала я. Кнопка поблескивала на моей ладони в прерывистом свете мигалки «скорой помощи».
— Вы? Но как... Как вы посмели!.. — Такео задохнулся от нахлынувшего гнева. Он явно принял эту сцену за признание Рей Симуры полиции.
— Я наступила на нее, когда бежала сюда! — Я поторопилась с объяснением. И зря, надо было его помучить. — Вся улица усыпана этими железками, и я не удивлюсь, если их рассыпал водитель того самого грузовика.
Двое полицейских с фонарями направились в том направлении, которое я указала. Несколько болезненных возгласов, последовавших через минуту, уверили меня в том, что кнопки были там и поныне.
— Ничего не трогать! — велел сержант Мори. — Нам нужен фотограф со вспышкой, чтобы зафиксировать улики. До тех пор пока это не будет сделано, вся улица считается местом преступления.
— Я, я хочу сфотографировать место преступления! — К нам пробился какой-то подгулявший созерцатель вишен, на ходу вытаскивая цифровую камеру последней модели.