Мастер гнева
Шрифт:
С этими словами Иоганн повернулся и зашагал к костру.
Прошел еще час. Выставив двух дозорных, германцы завалились спать. Как только голоса стихли и на смену им пришел дружный храп, Волчок достал из травы кость. Обломок был острый. Не такой острый, как нож, но вполне пригодный для того, чтобы попытаться измочалить веревку.
Дозорные, сидевшие у костра, тихо переговаривались, и порой до слуха Волчка долетали обрывки их фраз:
– …Выгоднее, чем пахать землю, – говорил один, с разбойничьим лицом и сутуловатыми плечами. – Ландскнехт
– Ты не прав, Мародер. У фермеров бывают и урожайные дни.
– Плевать я хотел на их урожайные дни. Я за один поход…
Тут ветер изменил направление, и окончания фразы Волчок не расслышал.
Высвободить ноги из пут удалось только через пятнадцать минут. Немного передохнув, Волчок принялся пилить веревки, стягивающие запястья Ратибора.
– …Таскать вещи с убитых воинов, – снова донес ветер. – Если ты спросишь меня, Ганс, то я тебе скажу: в этом нет ничего предосудительного. Не говоря уж про то, чтобы грабить дома побежденных. Я разумею так: тащи все, что под руку попадется, а коли кто-нибудь встанет у тебя на пути – коли его в пузо клеймором, ибо сие есть твое законное и божественное право.
– Ты не прав, Мародер, – снова возразил ландскнехт по имени Ганс. – Таскать вещи с поля брани – это подобно тому, как если бы ты…
Ветер снова изменил направление и подул от Волчка к дозорным. Волчок попытался работать как можно тише. Острый край кости слегка притупился, и провозиться пришлось дольше, чем прежде.
…Через полчаса Волчок допилил последнее крученое волокно веревки, после чего высвободил затекшие ноги Полея из ослабевшей петли.
– Теперь помассируйте ноги, чтобы восстановить кровоток в мышцах, – велел Волчок шепотом, внимательно следя за дозорными, которые вяло играли в кости.
Дорога утомила и дозорных, и время от времени им приходилось легонько пинать друг друга, чтобы прогнать дрему.
И все же они задремали.
«Пора!» – сказал себе Волчок.
Боясь даже шептать, он знаками показал Полею и Ратибору, чтобы те попробовали встать на ноги. Однако то, что произошло дальше, спутало Волчку и его товарищам все карты.
Ближайшие к костру кусты шелохнулись. Ландскнехты тут же открыли глаза и вскочили на ноги. Мародер вскинул меч, а Ганс подхватил с земли мушкет и вскинул приклад к плечу, нацелив ствол на кусты. Едва они сделали это, как из кустов вырвалась черная тень и метнулась к дозорным.
Прогрохотал выстрел, а вслед за тем черная стрела вонзилась дозорному Гансу в горло, выбив фонтан крови. И все же, кем бы ни были нападавшие, им не удалось застать воинов рыцаря Иоганна врасплох. Ландскнехты вскочили на ноги в мгновение ока, будто и не спали, и клинки их ярко блеснули в полутьме, отразив языки пламени догорающего костра.
Завязалась битва. Задрожали натянутые тетивы арбалетов, но стрелки были сонными, и половина выпущенных ими стрел ушла вверх, сбив ветки деревьев и вонзившись в стволы.
Волчок увидел,
– Поднимайтесь! Быстро! – Волчок помог подняться сперва Ратибору, затем Полею. Отекшие ноги плохо слушались их.
– Прочь, собачье отродье! – прокричал неподалеку картавый голос.
Краем глаз Волчок увидел рыцаря Иоганна. Он сражался один против четырех или пяти разбойников. Иоганн был спокоен и неколебим и отмахивался от разбойников своим огромным мечом, будто от назойливых мух.
– Ходу! – скомандовал Волчок и, поддерживая товарищей за плечи, потащил их к кустам.
Пробежать удалось всего несколько шагов. Разбойники, появившиеся невесть откуда, перекрыли им дорогу, и мечи их несколько раз со свистом рассекли воздух. Рыжеволосая голова Ратибора упала на черную траву, а пленник Полей рухнул на колени, прижав ладони к животу, из которого вывалились кишки.
На мгновение Волчку показалось, что у разбойников не человечьи лица, а отвратительные звериные морды – белые, безбровые, с черными глазами, в которых нет белков. Он рванулся вперед, отклонился от меча, ударил одного разбойника кулаком в челюсть, сшиб плечом другого и нырнул в кусты. Затем быстро продрался сквозь кусты, не замечая, как острые ветки царапают ему кожу на лице и руках, и побежал дальше.
Над ухом у него просвистела стрела, и Волчок стал петлять на бегу, как заяц, спасая свою жизнь.
3
Хрипло и тяжело дыша, Волчок упал на землю, ткнувшись лицом в мокрую от росы траву. Он прикинул в уме, сколько километров смог пробежать за это время. Выходило никак не меньше десяти. Что ж, отлично. Работа с молотом укрепила не только его мускулы, но и увеличила объем его легких. Вот только с ногами были проблемы. Мышцы их затекли, а левую икру скрутила судорога.
Лежал Егор долго, прежде чем снова почувствовал себя в состоянии продолжить бег. Отдохнув и восстановив дыхание, он перевернулся на спину и медленно сел на траве. И в этот миг Волчок услышал громкое угрожающее рычание.
Он быстро повернул голову на звук и увидел между деревьями черную фигуру зверя. Зверь был похож на волка, но размерами напоминал медведя.
Егор нащупал рукой острую ветку, сжал ее в руке и стал медленно подниматься на ноги, хрипло бормоча:
– Тише, собачка… Тише…
И тут зверь бросился на Волчка. Прыжок был настолько внезапным и быстрым, что Егор не успел увернуться. Странный зверь сбил Егора с ног и попытался вцепиться ему в горло, однако Волчок выставил перед собой обломок ветки. Волк наткнулся небом на острый конец, ветка хрустнула, а зверь рыкнул от боли и взвыл.
Волчок оттолкнул монстра от себя и быстро отполз в сторону. Только поднявшись на ноги, он заметил, что предплечье кровоточит. Проклятый волк успел-таки запустить клыки в его плоть.