Мастер фиолетовых идей
Шрифт:
– Что именно?
– Мои новые документы, раз уж я за них, по твоим словам, практически рассчиталась, - она хмурилась, и в глубине ее больших темных глаз зажглись знакомые Стиксу огоньки - первые предвестники грядущей бури.
– Пожалуйста, - он достал из кармана новенький паспорт и протянул его ей.
Листая страницы, Женя криво усмехнулась, увидев свое грустное лицо на маленькой, аккуратно вклеенной фотографии; она вспомнила, как Энни, изображая из себя благодетеля, делала эти снимки, параллельно расписывая ей все ужасы сложившейся ситуации. А была ли эта
– Что? Что это такое?
– запинаясь, пробормотала она, сунув под нос Стиксу раскрытый паспорт.
– Ну, насколько я могу понять по-английски, это имена твоих детей, девочки и мальчика, - спокойно ответил он.
– Представь себе, я тоже это смогла прочитать, - процедила сквозь зубы Женя, быстро пролистав паспорт до конца.
– Теперь я - замужняя дама с двумя детьми, - она немного помолчала, после чего мрачно добавила: - Энни - сволочь.
– Без сомнения, - едва заметно улыбаясь, пробормотал себе под нос Стикс.
Автомобиль плавно свернул на одном из городских перекрестков, обогнув при этом невысокое трехэтажное здание, вывески которого свидетельствовали о том, что на первом этаже его расположен ресторан. Заметив в витринах большие красочные фотографии красиво украшенных блюд, Женя сглотнула. Она ничего толком не ела уже несколько дней, и голод, временно забывший о ее существовании, внезапно напомнил о себе, больно сдавив пустой желудок.
– Останови машину!
– потребовала девушка, резко обернувшись к Стиксу.
– Что, опять?
– он обречено вздохнул, хмуро глядя на нее из-под завесы темных густых бровей, которые были слегка сдвинуты на переносице, как свидетельство его внутреннего недовольства.
– Только не надо истерик, Евгения.
– Знаешь, Ян, - собеседница язвительно улыбнулась ему, - я, конечно, понимаю, что ты никогда не спишь и, судя по всему, ничем не питаешься. Но я живой человек и… - она сделала многозначительную паузу, после чего закончила, повысив голос, - я хочу есть!
– Прости, - Стикс виновато улыбнулся и, сбросив скорость, свернул к ресторану.
Медленно потягивая кофе, Стикс молча наблюдал, как Женя доедает четвертую тарелку особенно понравившегося ей грибного супа. Когда на его вопрос: "Что из меню тебе заказать", девушка ответила: "Все!", он счел ее слова шуткой, но вскоре убедился в обратном. При виде первых блюд, поставленных официантом на стол, Женю слегка затрясло. Руки ее дрожали, и она едва могла держать ложку. Не обращая никакого внимания на удивленный взгляд ее спутника, девушка быстро поглощала пищу, практически не пережевывая. Наконец голод ослабил свою хватку, и она смогла насладиться остатками еды, распробовав ее настоящий вкус. Досыта наевшись, Женя отодвинула последнюю, пустую тарелку в сторону и, взяв со стола чашку черного, ароматного кофе, отпила глоток, выразительно посмотрев на только что оплатившего весь ее обильный завтрак мужчину.
–
– спросила она, недовольно хмыкнув.
– Мне нравится твой аппетит, - он улыбнулся, не сводя с нее внимательного взгляда светло-серых глаз.
– Да ну? А я думала, что ты мысленно решаешь, какую сумму высчитать из моей будущей зарплаты за эту трапезу.
– Ну спасибо, хорошего же ты обо мне мнения, - криво усмехаясь, проговорил собеседник.
– Ты считаешь, следует снизить планку?
– задумчиво осведомилась Женя, подперев рукой подбородок. Она была совершенно спокойна, лишь в самой глубине ее посветлевших карих глаз плясали озорные огоньки.
– Куда уж ниже?
– И действительно, ниже уже некуда, - насмешливо сказала она и добавила гораздо более серьезным тоном: - Насколько я понимаю, убивать меня ты пока не намерен. Тогда, будь добр, объясни, зачем я тебе нужна?
– Хм, - Стикс откинулся на мягкую спинку удобного кресла и спокойно ответил, - у нас ведь заключен контракт.
– Не вешай мне лапшу на уши, - девушка подарила ему милую улыбку, но глаза ее оставались холодными.
– Зачем-то же ты придумал этот чертов контракт. Только не говори, что те идиотские переводы жизненно важны для тебя, не поверю.
– Дело твое, - он достал из нагрудного кармана шелковой рубашки полупустую пачку сигарет и, несколько раз щелкнув зажигалкой, закурил.
– Ян, зачем ты меня похитил? Должна же быть какая-то веская причина тому, что я нахожусь здесь, с тобой?
– она крепче сжала кружку, заметив, что от внутреннего напряжения ее руки начинают дрожать.
– А если я скажу тебе, что мне просто скучно, ты поверишь?
– он слегка наклонился вперед, его глаза были прищурены, а уголки губ чуть раздвинулись, выпустив на волю странного вида улыбку.
– Нет, - честно призналась собеседница.
– Ну вот, видишь, - он развел руками и улыбнулся шире.
Какое-то время они оба молчали. Женя рассеянно переводила взор с одного соседнего столика на другой, без особого интереса рассматривая местных посетителей, и невольно прислушиваясь к их грубоватой речи на чуждом ей немецком языке. Стикс же продолжал спокойно курить, не сводя со своей спутницы изучающего взгляда.
– Зачем ты убил журналиста?
– вновь заговорила девушка.
– Это не я, а ты его убила, - не меняя позы, ответил он, выпустив изо рта очередной клуб белого дыма, - ну или просто отпустила. В любом случае, он был для меня бесполезен.
– Конечно, - она ядовито усмехнулась, сверкнув глазами, - сейчас ты будешь рассказывать мне сказки, что бедный Иван скончался от удара пивной кружкой по голове, так? Спасибо, но ты опоздал. Эту версию я уже читала в прессе, - она помрачнела, вспомнив свое первое знакомство с Эн, когда в ее руки попал тот самый роковой номер утренней газеты.
– Ты открыла коробочку, когда копалась в ящиках моего письменного стола, - спокойно пояснил Стикс, напомнив собеседнице о ее проступке, отчего та невольно опустила глаза, а на щеках ее заиграл предательский румянец.
– Он был там.