Мастер эфира
Шрифт:
Машина была в километре от преграды, когда с неба, словно Гневный Ангел, спикировал Ламис 36 и длинно, не жалея снарядов и патронов ударил по завалу и тем, кто за ним скрывался, добавив несколькими бомбами и зашёл на второй круг.
После трёх проходов штурмовика, Алексею оставалось лишь откатить пару камней, и взревев мотором, машина вновь полетела по дороге.
Рухол, Граница Великой Степи
К финишу шестого этапа, Алексей привёл свой Лахарг на два часа быстрее чем вся остальная гонка, и разрыв по очкам сразу резко уменьшился, выведя его экипаж на третье общекомандное место, и это уже было очень
Лагерь расположили в предгорьях, откуда начинался один из самых сложных этапов гонки. Степь, высушенная солнцем, покрытая чахлым ковром травы и мелкого кустарника, была достаточно твёрдой чтобы выдержать узкие колёса тяжёлых автомобилей, но, если начнётся дождь, всё быстро превратится в болото. Поэтому Алекс поднял подвеску до предела и взял с собой в салон дополнительно четыре колеса с грязевыми шипами.
Другие команды тоже готовились, ставя сдвоенные колёса, и более мягкую резину, с глубоким протектором.
На этот раз уходили не всем табуном, а по одной машине, с минутным интервалом. Получив свой штампик в гоночный протокол, Алекс дождался, когда судья взмахнёт флажком, и мягко стартовал.
Дороги в степи конечно же были, и трасса гонки проходила как раз по такой вот нахоженной тропе по которой гоняли караваны к горам и обратно. Отличалась она тем, что проходила мимо озёр и степных оазисов, как раз так, чтобы вьючных животных хватало на переход. Но машинам не было нужды пополнять запас питьевой воды, и многие участки были спрямлены, для сокращения трассы, которая и без того была почти девятьсот километров.
Очень быстро Алекс обогнал соперников, и возглавил гонку, уверенно идя со скоростью больше ста пятидесяти километров в час, чуть подскакивая на кочках, и фонтанируя пылью и мелкими камешками из-под колёс. Несмотря на яркое солнце, двигатель за счёт мощного радиатора оставался в нормальном температурном режиме, и даже кондиционер справлялся, удерживая в салоне комфортабельные 22 градуса.
– Прямо пятьсот, участок А-один. – Отозвалась Айра, и Алексей, обогнув невысокий холм, воткнул пятую передачу, и вдавил педаль газа, так что машина словно прыгнула вперёд, разгоняясь на длинном пятидесятикилометровом участке, высохшей до каменного состояния низины. А над их головами парил двухместный барражирующий разведчик Тамирон, переделанный специально для этих гонок для ведения прямых трансляций и репортажей.
– И что я вижу! Огромная словно лимузин, шестиметровая машина будто со старта уходит вперёд, а между тем её скорость уже была за сто километров в час. И вот теперь таинственный Алекс Роков ведёт свой Лахарг, со скоростью более двухсот километров в час, реализуя длинный прямой участок. Мы ещё удивлялись на старте, зачем он оставил на кузове антикрыло, которое существенно тормозит скорость машины, но смотрите как жёстко машина держит дорогу! Никаких длинных прыжков, или бокового ухода. Машина идёт так, словно её проектировали именно для этого – высокой скорости на бездорожье. И какой контраст с другими гонщиками, идущими по степи едва ли быстрее пятидесяти километров в час. И смотрите… я вижу, что у экипажа компании Тамирон проблемы. Их машина остановилась и правое колесо просто вывернуло под прямым углом. К счастью стартовый лагерь ещё недалеко, и техничка уже спешит на помощь гонщикам, которые сами начинают ремонт. Да, боюсь, что они не последние кто будет остановлен коварной степью…
Гонка «Десяти Корон», проходящая по территории восемнадцати стран, не то мероприятие,
Серьезные люди уже давно обо всём договорились и выбрали достойного победителя гонок, а остальные уже получили солидные отступные. И в виде денег, и в виде контрактов, и вообще всяких благ.
Вылезший из ниоткуда экипаж, носящий на борту имя Лахарг, был не просто вызовом всему могуществу властных групп, но и просто угрозой их спокойному и безоблачному финансовому будущему.
Ситуацию осложняла крупная и вполне серьёзная военная компания, которую никак не удавалось взять под контроль. Отставные военные, списанные шпионы и забытые диверсанты имели свой собственный список претензий к власть предержащим, и ни на какое сотрудничество не шли. Плюс ещё личность самого герцога Геттиса, который по своему влиянию и авторитету мог поспорить с любым правителем Рухола. Герцог естественно был против подтасовок на его гонках, и был вполне в состоянии испортить любую игру, если бы только узнал о ней.
К моменту, когда влиятельные и уважаемые люди осознали, что их проект в опасности, Алекс уже добрался до третьего места в списке гонщиков и не желал на этом останавливаться.
Но беда всех подобных неформальных объединений политиков и олигархов в том, что они физически не способны принимать быстрые решения. Слишком многое нужно было учесть, слишком въелась в подкорку тяга к интригам и разного рода манёврам, так что консультации продолжались, время шло, гонка продолжалась.
К финишу Алекс пришёл, оторвавшись от ближайшего преследователя более чем на три часа, что автоматически выводило его на первое место по сумме очков.
Каждый этап Алексей прорабатывал особым образом, смотря на аэрофотоснимки, которые делал их воздушный разведчик, и подробные карты, поставляемые штабом военной компании.
Теперь перед ним лежал смешанный этап, где основной изюминкой были чуть подтопленные участки трассы. На такой вот луже можно было запросто улететь на обочину, где глубина была ещё больше, и после долго и печально ждать ремонтно-эвакуационную машину. Лахарг, естественно не умел плавать как амфибия, но шнорхель [8] конструкцией предполагался, и установив высокую полутораметровую трубу, механик переключил воздушную магистраль с раструбов над капотом – на верхний воздухозабор. Да, так двигатель нельзя было разогнать на полную мощь, так как ему просто не хватило бы воздуха, но гонять на подтопленной трассе было не лучшим решением.
8
Шнорхель (нем. Schnorchel – дыхательная трубка), называют вынесенную вверх трубу для забора воздуха двигателем. Она предназначена для форсирования бродов, чтобы исключить попадание воды в двигатель, а также уменьшает загрязнение воздушного фильтра.
К удивлению Алексея, шнорхели кроме него поставили ещё десяток команд, и даже Либар Ухол, выступавший на лимузине от Корус – семиметровом открытом автомобиле с огромным шестнадцати цилиндровым мотором, тоже нагородил трубу над кабиной. Что он будет делать, когда его красивая машина начнёт превращаться в тазик с водой, Алексей не знал, да и не забивал себе голову. Совсем другое крутилось в мыслях.
«Эх, сейчас бы не помешал Шквал 810» Некстати думал Алексей, бодро стартуя первым номером. Но вся тяжёлая техника его бригады сейчас была так далеко, что и разглядеть нельзя, и даже Убежище едва чувствовалось кончиками пальцев, как уплотнение воздуха.