Мастер душ. Том 3
Шрифт:
Только вот он выглядел в то время вполне прилично, а не так, словно его бомбили несколько недель. Стены местами облупились, пол кое-где был вздут и покрыт глубокими трещинами. И чем дальше мы продвигались, тем больше разрушений было вокруг. Дверей, ведущих в теплицы, вообще не оказалось на месте. На их месте зияла огромная дыра, через которую пробивалась какая-то густая трава, практически полностью перекрывающая вход.
– А теперь объясни мне, Михаил, что именно ты тогда сделал с этой дьявольской морковкой, что никто из клириков и приглашённых магов, включая твоего отца, не смогли разобраться с наложенными на неё чарами, – донёсся до меня недовольный
– Проредил, вроде это так называется, – неуверенно проговорил я.
– Хм, надо же. Выглядит это обычно не так. Почему ты не исправил всё сразу, как только старший клирик показал тебе, во что превратились твои эксперименты.
– Я не подумал, что она продолжит расти, – честно ответил я, вспоминая, а почему, собственно говоря, Паша ничего не сделал? Никаких дельных воспоминаний на ум не приходило, поэтому я только сокрушённо покачал головой и глубоко вздохнул, принимая вид полного раскаяния.
– Миша, – осторожно пробормотал Павел, прекрасно чувствуя моё изменившееся настроение. – Я всё исправлю. Честно. Ну, наверное. Но я буду очень сильно стараться. А ты спроси, за ущерб нам нужно будет расплачиваться опять из моего кармана, или твой отец наконец-то выделит тебе хотя бы немного денег, и оплатит восстановление этой части монастыря?
Я ничего не ответил, только прикрыл глаза, стараясь не разразиться площадной руганью, которая явно была несвойственна сыну Светлейшего князя.
– В общем, разберись с этим феноменом, пока это мутировавшее растение не разрушило мне половину монастыря, – более мягко произнёс настоятель, по-своему интерпретируя моё молчание.
– Но магией я не могу пользоваться, – пробормотал я.
– Значит, там была какая-то магия. А ведь вам говорили, что в теплицах нельзя ей пользоваться, – прищурился он.
– Да не знаю я, как это вышло, – я аккуратно пробрался сквозь зелёную ботву, заходя внутрь и с ужасом осматривая пространство вокруг себя. Пробравшись немного вперёд, я вступил на какое-то возвышение и ошалело посмотрел наверх.
– Ух ты ж, блин. Миха, я точно такого не ожидал, – пробормотал Павел и заткнулся, давая мне время разглядеть огромную ботву, уходящую высоко в небо, которая не только разрушила крышу, но и начала заполонять другие отсеки, разбивая стеклянные стены и разрастаясь во все стороны далеко за пределы моей видимости. Я посмотрел себе под ноги, понимая, что стою не на пне, а на огромном корнеплоде, который показался небольшой своей частью из-под земли.
– Ты не можешь использовать энергию души, а магией своего ядра пользоваться тебе никто не запрещает, – проговорил отец Фёдор, когда я в полной мере насладился тем эффектом, который получился от художеств Павла. – Но ты скажи, что именно нужно сделать, чтобы нам хотя бы выдернуть этих громадин можно было, а то на сами плоды наложены какие-то защитные чары, которые слились с охранной системой монастыря. Их можно было разрушить, всё-таки я маг седьмого уровня. Но при этом вся охранная система этого места разбилась бы вместе с ними.
– Я постараюсь разобраться, – пробормотал я, поворачиваясь в сторону настоятеля.
– Хорошо. Оставлю тебя на некоторое время одного. Надеюсь, за это время ты не вляпаешься ни в какие неприятности, – недолго промолчав, проговорил отец Фёдор и, окинув бывшую теплицу взглядом, вышел из неё, переступая через сломанную ботву.
–
– Да ничего такого. Просто немного роста добавил, кто ж знал, что так хорошо получится, – пробубнил сосредоточенно он.
От меня отделилась едва заметная переливающаяся серебристая волна, которая распространилась по всему занимаемой морковью периметру.
– Ну вот и всё. Чего было так ругаться? Тоже мне, маги седьмого уровня, с обычными чарами роста и укоренения справиться не смогли. Вот и изучай только боевую магию. У меня хозяином лет сто назад, был один садовод, там я и подсмотрел многое, да изучил. Иногда полезные вещи попадались… Бежим!!! – неожиданно заорал Павел, когда по земле прошла дрожь. Морковка-исполин, на которой я всё ещё стоял, начала медленно подниматься вверх, а вся ботва – резко увядать и падать прямо на меня.
Раздался небольшой едва слышимый хлопок, и оставшаяся часть крыши, оставшись без опоры, разлетелась на мелкие осколки и полетела вниз, накрывая меня стеклянным ковром.
Глава 2
Я зашнуровал высокие удобные ботинки и поднялся с кровати, после чего подошёл к зеркалу. Прошло уже почти полтора месяца с тех пор, как я выбрался из-под обломков крыши и засохшей ботвы, по толщине напоминающей стволы молодых деревцев. Как мне удалось избежать тяжёлых травм, до сих пор остаётся загадкой. Павел точно щит не смог наложить, а я элементарно не успел. Реакция не позволила обратиться к ядру силы, магия которого как бы не старался, всё ещё была для меня чужеродной. Ну хоть защитные чары монастыря не пострадали. Только вот теплица, по крайней мере, та часть, где росла эта злополучная морковка, восстановлению не подлежала. Но это уже, как говорится, издержки.
Отлежавшись неделю, залечивая ушибы, синяки и царапины, я приступил к тренировкам и теперь уверенно мог сказать, что физически смог полностью восстановиться.
Сейчас на меня из зеркала смотрел парень на вид лет шестнадцати, с серыми невыразительными глазами и волосами цвета свежей соломы. Черты лица Павел оставил те же. Мы решили изменить чары маскировки, потому что многие из клириков и учащихся монастыря могли узнать Михаила Вайса, который нехило им так подпортил жизнь в битве за урожай. Поэтому мы остановились на этом варианте, не привлекающем излишнего внимания. Да и никто не смог бы узнать в этом юноше черноволосого подростка с ярко-синими глазами.
Придирчиво осмотрев свой внешний вид, я поправил чёрную тренировочную форму клириков, которая на удивление была удобной и практичной. Чего нельзя было сказать о форме Стражей с этими их плащами, смысла в которых я так и не увидел. Да и в принципе, вся система обучения двух школ разительно друг от друга отличалась.
Если из Стражей готовили исключительно магов, не делая упор на физические тренировки и владение хоть каким-нибудь оружием, то в монастыре подготовка была диаметрально противоположной. Сильные маги в клирики не шли, поэтому разработанная схема подходила обычному человеку или оборотню. Последних в монастыре, кстати, было больше. Занятия же Лебедева были какой-то дикой смесью двух школ, и что уж говорить, по эффективности явно превосходили каждую по отдельности.